**Треск—**
**Треск—**
В камине горело, тихо потрескивая, жаркое пламя.
Я вместе с промокшим до нитки Райксасом вошла в его покои.
На удивление, комната оказалась довольно-таки простой, без лишней мебели и помпезных предметов роскоши, которыми обычно окружают себя дворяне.
И это человек подарил мне целых десять гардеробных с шикарными нарядами?
*”Я впервые нахожусь в мужской спальне…”*
Не сказать, что факт пребывания здесь вызывает у меня отторжение… Просто чувствую себя слегка неловко.
Я медленно осмотрелась и перевела взгляд на принца.
Он уже успел снять себя пропитанный озерной водой сюртук. И только одна лишь полупрозрачная от сырости рубашка красовалась на его мощном теле. Мужчина достал откуда-то из шкафа чистое полотенце и принялся сушить свои черные волосы.
Вьющиеся пряди теперь лежали в полном беспорядке.
*”Выглядит, как пес, отряхивающийся, после того, как упал в грязную лужу.”*
Глядя на растрепанного Райксаса, я поняла, что он не сильно-то изменился с нашей первой встречи.
Прозвище “Сладкая” стало волшебным заклинанием, каким-то образом вернувшим давно отринутые воспоминания. Будто бы это слово ненадолго открыло портал в наше общее прошлое…
Все чудесатей, и чудесатей…
— Пей, пока горячий.
Райксас поставил передо мной чашку и расположился в кресле напротив.
Я взяла в руки теплый фарфор и вдохнула приятный аромат.
— Ромашковый чай?
— Да, ведь утро выдалось дождливым.
Какое отношение сегодняшний ливень имеет к тому, что принц решил угостить меня травяным отваром?
На ум пришла лишь одна догадка: маленькая я как-то обмолвилась, что дождливая погода вгоняет меня в тоску. Так, по крайней мере, я оправдала свой плач в одну из ночей, проведенных бок о бок со слепым мальчиком.
— Так ты запомнил… — удивленно пробормотала я.
За окном во мгле рассеялись последние закатные лучи, а значит, скоро дворец погрузится в сон… Вероятно, по этой причине принц предложил мне успокаивающий ромашковый чай…
*”Сколько же воспоминаний он хранит о былых временах?”*
— Пусть это было и давно, но я не посмел бы забыть…
Первый же глоток ароматного отвара помог немного восстановить душевное равновесие, даже с тело спало прежнее напряжение.
Стоило принять тот факт, что мальчик из далекого прошлого и сидящий передо мной взрослый мужчина — один и тот же человек, как мне стало гораздо комфортнее пребывать в компании Райксаса.
Рядом с юным принцем я могла позволить вести себя непринужденно… Смогу ли сейчас?
Я поставила чашку на стол и спросила:
— Как ты вообще узнал, кто я? Тогда ведь на твои глаза было наложено проклятие слепоты…
— Ко мне ненадолго вернулось зрение.
— Прозрев, я, первым делом, помчался к тебе… Ведь мне больше всего на свете хотелось увидеть именно тебя, — с теплой улыбкой на лице произнес мужчина.
— …
— Поверь, оно того стоило.
Я опустила взгляд, стараясь скрыть внезапное смущение.
— Но ты ведь был маленьким ребенком.. —Щеки мои пылали от резко прилившей к ним крови.
Принц выпрямился в кресле и удивленно спросил:
— Ребенком?
Вы только посмотрит на этого господина “Уязвленная гордость”… Наверное, мне следовало прикусить язык и замолчать, но слова сами вырвались из уст:
— Совсем малышом…
Кажется, слух уловил скрежет чьих-то зубов… Помрачневший Райксас сложил руки у себя на груди.
— Раз так, почему бы нам не начать спать в одной кровати… Прямо с сегодняшней ночи? — заявил он.
— Прошу прощения?…
— А что тут такого? — В уголках глаз принца обозначились мелкие морщинки, будто бы тот едва сдерживал порыв улыбнуться. — Почему бы нет? Все равно, в твоем понятии, я — все еще незрелый мальчишка.
Ага, мальчишка, у которого не все в порядке с головой…
Его ум повредился еще сильнее из-за ночного заплыва в ледяном озере?
— Я имела в виду… Что ты в первую нашу встречу был ребенком… А не сейчас… — Я прикусила губу, когда поймала себя на том, что начала перед ним оправдываться.
— Тогда я был уже достаточно взрослым… — сказал Райксас, делая глоток подогретого вина со специями. — Незрелый мальчишка не влюбился бы в тебя. Не воспылал бы чувствами к девушке, сладкой, как конфетка, которой она меня угостила.
Говорит подобные вещи с таким невозмутимым видом…
— Раз осмелилась зажечь огнем мое сердце, будь добра взять за это ответственность.
— …
— Ну же, погаси одичавшее пламя… Заставь исчезнуть жар, терзающий меня все эти годы…
Я смутилась настолько сильно, что кровь отхлынула от моего лица.
— Ты внезапно исчез, не сказав ни слова.
Мужчина покачал головой и спокойным тоном возразил:
— Я оставил записку.
— Что? В хижине не было никакой записки…
Сказанное мной заставило глаза принца расшириться от изумления.
— Как это возможно?
— А вот так.
Разве я виновата, что не сумела найти то послание? Вероятно, да, раз уж Райксас с такой уверенностью утверждает, что оставлял его…
Казалось, на мгновение принц утратил дар речи. Он потер рукой переносицу и тяжело вздохнул.
— Так ты продолжала ждать меня, сидя в той хижине в полном одиночестве?
— …
— Понятия не имея о том, что я не вернусь…
О, да… Ожидание было долгим… Я отчаялась только спустя целую неделю…
Я могла бы рассказать об этом, но отчего-то мне не хотелось причинять ему боль… Поведай я, что мое затворничество длилось аж семь дней, Райксас бы пришел в уныние…
Жаль было мальчика, в спешке покинувшего ставшую домом лачугу… Наверное, данное решение не далось ему легко…
Поэтому я небрежно пожала плечами и ответила:
— Вовсе нет. Не обнаружив тебя в хижине, я сразу же ушла.
Пусть не извиняется за то, что давно кануло в прошлое. Выражение раскаяния на его лице было настолько искренним, что сердце сжималось в груди.
— Так ли это?
— О чем ты?
— Когда я пришел к тебе во дворец, ты сделала вид, что мы незнакомы.
— …
— Я решил, что ты злишься… Ненавидишь меня…
— Н-нет… Просто…
Я решила быть честной с принцем.
— Забыла о тех временах…
Обновлено: 15.02.2026