— Госпожа Элизия, вы в последнее время почти не комментируете в эфире.
В одной из комнат где-то в Южной Корее анонимная зрительница потягивалась, не отрывая взгляда от экрана МьюТьюба. Хорошо, что с самого момента, когда Элизия подошла к барсу, камера и микрофон были включены — удалось увидеть всё, что произошло. Правда…
Раз уж Элизия лежала, притворяясь спящей после того, как съела отравленный скон, никаких комментариев для зрителей она давать не могла.
— …Но всё равно было интересно.
Зрите
— Госпожа Элизия, вы в последнее время почти не комментируете в эфире.
В одной из комнат где-то в Южной Корее анонимная зрительница потягивалась, не отрывая взгляда от экрана МьюТьюба. Хорошо, что с самого момента, когда Элизия подошла к барсу, камера и микрофон были включены — удалось увидеть всё, что произошло. Правда…
Раз уж Элизия лежала, притворяясь спящей после того, как съела отравленный скон, никаких комментариев для зрителей она давать не могла.
— …Но всё равно было интересно.
Зрите
— Госпожа Элизия, вы в последнее время почти не комментируете в эфире.
В одной из комнат где-то в Южной Корее анонимная зрительница потягивалась, не отрывая взгляда от экрана МьюТьюба. Хорошо, что с самого момента, когда Элизия подошла к барсу, камера и микрофон были включены — удалось увидеть всё, что произошло. Правда…
Раз уж Элизия лежала, притворяясь спящей после того, как съела отравленный скон, никаких комментариев для зрителей она давать не могла.
— …Но всё равно было интересно.
Зрите