Глава 18 — Глава 18. 03. Новая жизнь (8)

**03. Новая жизнь (8) – 18 глава** — Лихорадка… Изящные миндалевидные глаза Алана сузились от недовольства. Ришель взяла себя в руки и выпрямилась. — Мне жаль… — Хватит извиняться. Следуй за мной. Хоть Алан и сказал Ришель следовать за ним, он всё же схватил её за руку и повёл за собой. Его прикосновение было нежным, в отличие от его резких слов. Ришель даже не подумала отстраниться и последовала за ним. Они прошли совсем немного. Алан открыл дверь и втолкнул её внутрь. — Садись вон туда. Толчок был не таким уж сильным, но Ришель зашаталась и, полулёжа, села на диван. Стоило ей почувствовать под собой твёрдую поверхность, как её голова немного перестала кружиться. Выпрямившись, она огляделась. Это была маленькая комната, в которой находились только диван, небольшой столик и шкаф. Алан открыл шкаф и стал в нём что-то искать. Через некоторое время он подошёл к ней с квадратной коробкой. — Это жаропонижающее, а это средство от кашля. — Что? — Я не уверен, потому что не врач, но похоже, у тебя лихорадка, так что сначала нужно разобраться с жаром. Ришель плотно сжала в руке две маленькие бутылочки с таблетками. Она смогла немного прийти в себя от прохлады, исходившей от стекла, и, с трепетом держа лекарства, опустила голову. — Сп-спасибо вам. За помощь и за лекарства… Алан не ответил. Вместо этого он достал из коробки мазь и бинт. — Рука. Она не поняла, что он имел в виду, поэтому Алан схватил её за левую руку и начал закатывать рукав. — Что?! Ришель запаниковала и попыталась выдернуть руку, но увидев у себя на коже тёмный синяк, перестала сопротивляться. Похоже, он появился, когда её схватила служанка. Опустив глаза, Алан аккуратно нанёс мазь на синяк и наложил бинт. Смотря на то, как ловко он справлялся с этим делом, Ришель поняла, что ему было не впервой. — Лекарства есть только здесь, в этой комнате, — спокойно сказал Алан, убирая аптечку. — В Бертранде нет больных. "В Бертранде нет больных". Именно эти слова дворецкий Фредрик повторил три раза. Но произнёс он их совершенно без эмоций, словно кукла, декламирующая сохранённую информацию. В словах же Алана Отиса был намёк на смирение. *«Он залечивал свои раны здесь в одиночестве?»* Поджав губы, Ришель собралась с духом: — Кхм, мисс Пенни и молодой мастер Ниро тоже попали под дождь. Меня, взрослую, сильно залихорадило, так что они… — Ха! — с губ Алана Отиса сорвалась явная усмешка. Атмосфера вокруг юноши, которая до этого была спокойно-подавленной, изменилась в одно мгновение. — Послушай, наставница. Я же говорил тебе, если ты хочешь жить, тебе следует перестать совать свой нос не в свои дела. — Это не излишнее любопытство, ведь я наставница мисс Пенни и молодого мастера Ниро! — Ах, верно. Наставница. Это выдающееся звание наставницы. Алан приблизил к ней лицо. В его голубых глазах вспыхнул странный гнев. — Очевидно, ты очень привязана к этим двоим, но тебе лучше оставить их в покое. Как он может так говорить о своих младших брате и сестре? Через мгновение ей показалось, что лицо мадам Отис наложилось на лицо Алана Отиса. Ришель, сама того не осознавая, в порыве гнева повысила голос: — Они же ваши младшие брат и сестра! Как вы можете говорить так бессердечно? В этом странном особняке под гнётом родителей у них есть только один человек, к которому они могут обратиться – их старший брат. Она была уверена, что и у него тоже. — Младшие? Алан Отис схватил Ришель за ушибленное запястье и надавил на него. От невыносимой боли из груди девушки вырвался пронзительный крик: — Ах! — Ты даже о себе позаботиться не можешь. — Ми-мистер Отис. — Ты не знаешь, о чём говоришь. Ах, хочешь поиграть в семью? — Пожалуйста… — Но ты сказала, что ты наставница. Так и веди себя как наставница. Ах, если подумать, ты теперь особенно близка с Роджерсом. Усмешка на его губах стала ещё шире. — Или ты решила приехать сюда, чтобы найти жениха? М-м? — Больно! Алан практически отшвырнул руку Ришель. У неё перехватило дыхание, и она отодвинулась от него. Голубые глаза юноши уставились на неё сверху вниз. В них читалась злоба, неоспоримая и явная. Из-за лихорадочного жара казалось, что холодка, пробежавшего по позвоночнику, как будто и не было. Ришель крепко сжала в руках бутыльки. — Я допустила ошибку по отношению к мистеру Отису. — Если ты и допустила ошибку, то только в том, что приехала в этот особняк. Алан Отис поднялся со своего места. Его ледяное, лишённое всяких эмоций лицо помрачнело. — Нет, ну а чего ты ожидала? Что я буду вести себя как джентльмен? Тогда это не сложно. Юноша поклонился, словно лебедь, с таким изяществом и благородством, что трудно было поверить в его бесцеремонное поведение некоторое время назад. — Добро пожаловать в самую благоухающую могилу в мире, леди Ришель Ховард. Давайте вместе станем трупами. Это приветствие звучало практически как проклятье. * * * Единственным звуком в тёмной комнате был только что исчезнувший звук дыхания. — Кхы, ах, ых. Прости… Прерывистые стоны и мольбы смешивались с неровным дыханием. Бледное лицо юноши исказилось от боли. Видимо, постель была неудобной, хотя на ней могли уместиться пятеро взрослых крепких мужчин, сильно сжавшись в позе эмбриона. Затем дверь бесшумно открылась. Незваный гость молча послушал юношу, а затем медленно приблизился к кровати и грубо схватил его за плечо. — Хэ-эгх! Проснувшийся юноша затрясся от гнева. Не обращая на это внимания, незваный гость засунул два пальца в его открытый рот. — Кха! Кха-ах! Вторгнувшиеся пальцы стали рыскать в горле юноши. Они прощупывали, скребли, как будто искали что-то. Юноша поднял дрожащую руку и схватил гостя за запястье, пытаясь оттолкнуть его, но сильная рука не поддавалась. — Угх, кхе! Стоны, рвота и слюна вытекли наружу. Юноше удалось поднять мокрые веки, чтобы посмотреть на напавшего. На него уставились красные глаза, сверкающие в темноте. — Родже... рс! — злобно вскрикнул юноша. Роджерс улыбнулся, а потом вынул пыльцы из его горла и вытащил язык. — Милый Алан. Все лекарства от простуды пропали. Изо горла Алана вырвался кашель. Слёзы, выступившие у него на глазах, стекали по щекам. Когда воспитанник не ответил, Роджерс крепче сжал язык. — Ты что, снова хотел поиграть в лекарственного самоубийцу? Было весело, когда ты наглотался снотворного, которое принёс третий наставник, и отключился. — Отва… и убьюдок! Из-за того, что язык Алана был обездвижен, слова он произнес нечётко. Роджерс что-то тихо пробормотал и отпустил его. — Не похоже, что ты принимал лекарства… Куда ты их дел? — Кхе-кхе, для чего тебе знать об этом? — В последнее время ты ведёшь себя немного глупо, Алан. Ты хочешь, чтобы спустя столько времени тебя опять привязали к кровати? У меня как раз есть для тебя собачий поводок тёмно-розового цвета. — Сдохни. — Кроме того, на кухне ещё осталось много мяса, которое тебе очень нравится. Что думаешь? Я буду кормить тебя сам, пока ты не насытишься. — С удовольствием откушу кусок от твоего горла, ублюдок. Свирепость Алана не ослабела. Роджерс вздохнул, как будто потерял интерес. — Ладно, я понял. Затем он достал носовой платок и тщательно вытер руку. — Ты, должно быть, всё отдал леди Ховард. — Что? — Мне показалось, что у неё поднялась температура, но, кажется, она спала быстрее, чем я думал. Ты дал ей лекарства? Потрясённый разум Алана медленно анализировал слова Роджерса, затем его лицо вспыхнуло от гнева. — Знаешь что, сумасшедший ублюдок… — У тебя появился новый способ поднимать себя моральный дух? На голову Алана упал использованный носовой платок, который он тут же отбросил. Роджерс ухмыльнулся. — Я благодарю тебя за твою доброту к леди Ховард. Продолжай в том же духе. — Пошёл ты. — Почему? У тебя хорошо получается. Напускаешь на себя невозмутимый вид, а за спиной тайно помогаешь новым работникам. Ресницы Алана задрожали. Найдя это зрелище невыносимо очаровательным, Роджерс протянул руку и погладил его по щеке. — Ты думал, что я не знаю. — … — Милый и добродушный Алан. Твои попытки что-либо сделать в лучшем случае бесполезны. Ты никогда никого не мог защитить, никогда никому по-настоящему не помог. Роджерс мягко коснулся шеи юноши и почувствовал, как под его ладонью забился слабый пульс. — Но всё в порядке… Ты полезен только своей кровью Отис. С самого твоего рождения. Плотно сжатые губы Алана задрожали. Роджерс улыбнулся, и его рука крепко сжала горло юноши. — Так что, негодник, просто сиди тише воды, ниже травы и делай, что я тебе говорю.