Иллюзорное небо начало покрываться трещинами. Это разрушающееся небо и было зловещим полем Актрисы. Сквозь разломы проступил красный мир.
В этом красном мире висели мириады глазных яблок, и всё небо было усеяно ими. Затем вся больница начала таять, словно бумага. Каменные плиты под ногами стали мягкими, как болото, и всё вокруг начало проваливаться вниз.
Бесчисленные языки призрачно-синего пламени взметнулись вверх, сопровождаемые оглушительными рыданиями душ умерших. В воздухе смешались два ужасающих, полных злобы голоса.
Внутри больницы очнувшиеся люди обезумели от страха и отчаянно пытались убежать. Но больница превратилась в барьер, из которого не было выхода. Земля уходила из-под ног, здание таяло, как бумага. Многие проваливались в бумажную бездну, становясь удобрением.
Крики ужаса не смолкали:
— Призраки! Что происходит?! Мы не можем выбраться, не можем!
— Я падаю! Спасите меня, спасите! Умоляю вас!
— Бегите наверх! Там ещё не обвалилось! Быстрее!
Больница постепенно исчезала, словно растворяясь в бумажной субстанции. Однако внимательные люди заметили, что верхние этажи впереди ещё не погрузились в хаос. Толпа с надеждой устремилась туда.
Несколько тысяч человек одновременно втиснулись в узкий коридор, заполнив его до отказа. В этой давке люди толкались и давили друг друга. Страх, охвативший всех, затмил разум и лишил сострадания.
— Прочь! Уступите дорогу, я первый!
— Убирайтесь! Почему вы мешаете?!
В это время старики, слабые, больные и дети оказались совершенно беззащитными. Их либо затаптывали насмерть, либо оставляли позади, где они погружались в бумажную жижу.
Паника и ужас охватили всех. Кровь стекала ручьями, словно по ступеням водопада, окрашивая всё вокруг в красный цвет. Запах румян сменился запахом крови.
Человек от природы зол. Под влиянием невыносимого страха в каждом пробуждался первобытный инстинкт выживания.
Но были и те, кто стоял вне этой битвы. Стражи ночи, единственные, кто мог сохранить спокойствие, были бессильны. Они не могли помочь людям, а попытка вмешаться могла привести к побоям.
Им оставалось лишь спасать тех, кого ещё можно было спасти. Они подхватывали детей и устремлялись к верхним этажам здания.
— Спаси меня! Спаси! У меня есть деньги! Брось этих детей! — воскликнул пузатый мужчина, схватив маленького мальчика за руку и с силой потянув вниз.
Страж ночи нахмурился:
— Отпусти!
Но мужчина продолжал тянуть, и мальчик закричал от боли. Однако мужчина не отпускал, продолжая умолять:
— Спаси меня! Я могу заплатить! Десять миллионов? Двадцать миллионов? Сколько хочешь, столько и дам, только спаси меня!
Если бы на месте Стража ночи оказался другой призрачный мастер, возможно, он бы и соблазнился таким предложением. Но это был Страж ночи — тот, кто нес свет и держал зонт для людей во тьме. Тот, кто своей тьмой разгонял тьму других, кто стоял с мечом на краю бездны, не ведая страха!
Поэтому он отказался. Стиснув зубы, он злобно прорычал:
— Пошел прочь! Мне не нужны твои деньги! Еще раз не отпустишь — убью!
— Ублюдок! — в ярости закричал богач. — Если нам всё равно не спастись, то умрём вместе! Я не выберусь отсюда, так и вы не выживите! Сдохнем все вместе!
С этими словами он бросился вперед, крепко схватив Стража ночи и мальчика.
В этом проявляется человеческая природа. Мы можем страдать, но не хотим, чтобы кто-то другой наслаждался жизнью.
Кто сказал, что перед смертью человек становится добрее? На самом деле, он готов утащить за собой в могилу как можно больше людей — вот истинная человеческая сущность.
— Прочь!
Земля проваливалась все быстрее. В разверзшейся бумажной пропасти вращались бесчисленные глазные яблоки, и внутри, казалось, корчилось что-то невероятно ужасное.
— Умирать, так вместе!
Не только он, но и другие пациенты, обезумев от зависти и отчаяния, ринулись вперед.
Они видели, что этот человек очень силен — он мог перепрыгнуть через пол-этажа, даже неся кого-то на руках.
Но это не имело значения. Умирать — так вместе! В этот момент страх покинул их.
Страж ночи стиснул зубы, его глаза наполнились шоком и ужасом. Он не ожидал, что ему придётся рисковать жизнью, входя в это ужасное пространство больницы, чтобы спасать людей.
На мгновение он замешкался, и толпа накрыла его, утягивая за собой в бездну. Погружение…
Остальные Стражи ночи, увидев это, покраснели от ярости. Стиснув зубы, они высвободили свою энергию Странности.
— А ну, подходите, ублюдки! Я больше никого не спасаю! Подойдёте — убью на месте! — выкрикнул один из них, взмахнув ладонью. Голова человека, которого он ударил, слетела с плеч.
Это подействовало. Остальные не осмелились больше приближаться.
Он усмирил толпу, затем взлетел вверх, подхватив левой рукой ребёнка, а правой — беременную женщину. С трудом он начал карабкаться выше.
Такова человеческая природа.
И она усиливалась под влиянием «Сострадания Плачущего».
— Сестра! Это Магический медведь! Магический медведь пришёл! Он сейчас сражается с Актрисой! Вся больница рушится! — услышал он крик.
Страж ночи вбежал наверх, неся на руках двоих спасённых детей.
Чжан Мяо и Сюй Цин были тяжело ранены и полностью истощены, они больше не могли никого спасать.
Они сидели на полу, поддерживая последний оставшийся барьер. Именно благодаря Чжан Мяо это место не обрушилось, иначе во всей больнице не осталось бы ни одного живого человека.
Зрачки Чжан Мяо сузились.
— Значит, это действительно Магический медведь! Тогда та маленькая девочка, которую мы встретили, — его игрушка!
Сюй Цин кивнула.
— До сих пор Магический медведь, кажется, появлялся во время каждой катастрофы, связанной со Странностями. Сначала он убил Линь Цин, потом Странность-картину, а теперь и Актрису… Сестра, как ты думаешь, может быть, Магический медведь нейтрален? Он охотится на всех существ только ради себя?
Обычно Странности особого класса не враждуют друг с другом, если только речь не идет об особом виде охоты.
Но Магический медведь явно не относился к такому типу.
Чжан Мяо задумалась, а затем покачала головой.
— Не стоит делать поспешных выводов. Необходимо дождаться прибытия ответственного руководителя. А пока что спасайте людей! Используйте все свои силы, чтобы помочь тем, кто нуждается в помощи!
— И запомните! На третьем этаже, во второй комнате справа — не входить! Там кто-то есть!
Страж ночи кивнул. Хотя он и не мог понять, кто скрывается в той комнате, они не собирались вмешиваться. В этот момент актриса и Магический медведь сражались, и им было не до них.
Теперь нужно было вывести заложников наверх, дать им немного прийти в себя, а затем искать способ прорвать это зловещее поле.
— Сестра, смотри!
Внезапно Сюй Цин указала на пол. Стражи ночи увидели, как тонкие красные нити, сотканные из страха и крови, начали прорастать сквозь бумажный мир вниз. Эти нити тянулись из-под их ног, из-под ног обычных людей — у всех были такие нити.
— Это… нити страха? — Чжан Мяо была ошеломлена. Она слышала о Странностях, питающихся эмоциями, но никогда раньше не видела ничего подобного.
Да еще и питающихся страхом! Этот Магический медведь был просто невероятен!
Погруженные в подземный бумажный мир, Чжан И и Адский огонь продолжали свою борьбу.
Бумага, словно расплавленный пластик, сгорала под действием Пламени Сострадательной Ярости, но тут же появлялась вновь, возвращаясь к жизни.
«Пшш!» — раздалось с треском.
Бумага может показаться хрупким материалом, но в определенных условиях она способна стать невероятно твердой, способной легко пронзить кожу.
Бумажный меч Гуань Юя, словно гром среди ясного неба, обрушился на Адский огонь, нанося мощный удар.
Чжан И резко вдохнул воздух, словно вбирая в себя весь накопившийся страх. Затем он раскрыл пасть и с яростью выдохнул.
Пламя Сострадательной Ярости, подобно дракону, пересекающему реку, или демону из бездны, пробило огромную дыру в бумажном мире.
«Бум!» — прогремел взрыв.
Вслед за этим на глазах у всех Стражей ночи, собравшихся на площади перед больницей, земля треснула, образовав огромную дыру, из которой вырывалось синее пламя.
Из этой дыры показалась гигантская рука.
(1 прим. пер.: Выражение «человек изначально зол» (人之初性本恶) отсылает к философской доктрине легизма, особенно к идеям Сюнь-цзы, который считал, что человеческая природа изначально эгоистична и склонна к злу. Только воспитание и законы могут направить её к добру. Эта идея противопоставляется более популярной конфуцианской концепции о том, что человек изначально добр (人之初性本善)
(2 прим. пер.: Под «мечом Гуань Юя» (关公刀) имеется в виду Гуань Дао — традиционное китайское древковое оружие, названное в честь знаменитого полководца Гуань Юя. В данном контексте, вероятно, речь идёт о бумажной копии этого оружия, которую использует актриса.)
Обновлено: 09.04.2026