Глава 27 — Глава 27. Земеля! Разберусь я с этим бычьим носом!

Вэн— — Что это? Хун Цяньцзюнь тоже владеет Искусством управления предметами?! — Да нет же! Это противоречит всякой логике! Хотя в эту технику легко войти, зная метод, для её боевого применения требуются годы взращивания оружия своей Ци. Как можно овладеть им за несколько секунд? Да ещё и клинками Цзя Чжэнляна, которые он вскармливал с детства?! — Нелогично! Это просто немыслимо! Да он не человек, а монстр! На трибунах знатоки сразу заметили неладное. Лицо Фэн Чжэнхао резко изменилось. «Я помню, среди Восьми Великих Техник была одна, постигнутая господином Ма Бэньцзаем… Божественная Машина: Сотня Усовершенствований, кажется?» Он перевёл взгляд на Лу Цзиня. Тот, как и ожидалось, тоже сидел с бледным лицом, потрясённый до глубины души. А на арене Хун Цяньцзюнь управлял дюжиной летающих клинков, рубящих бессмертных, так, словно они были продолжением его рук. — Брат Цзя, продолжим? «Божественная Машина: Сотня Усовершенствований… Надеюсь, вам понравится этот маленький сюрприз». Хун Цяньцзюнь бросил взгляд на двух Старейшин на трибуне. Слыша непрекращающиеся системные уведомления, он понял… его выбор был абсолютно верным. Глоть. Цзя Чжэнлян застыл с вытаращенными глазами, ошарашенно глядя на двенадцать клинков, что вихрем носились вокруг Хун Цяньцзюня. Ему казалось, что удвойся их число, противник всё равно смог бы управлять ими с той же лёгкостью. В этот момент он почувствовал, как его даосское сердце дало трещину. Такое же чувство испытал и Чжугэ Цин, столкнувшись с Чудесными Вратами Фэн-Хоу и Божественной Машиной. Эти двенадцать клинков он с детства по крупицам вскармливал своей Ци, а Хун Цяньцзюнь в одно мгновение отобрал у него контроль. Ощущение было такое, будто его подруга детства, с которой они были неразлучны и вот-вот должны были пожениться, вдруг увидела незнакомца, тот поманил её пальцем, и его невестушка тут же сбежала с ним… — У-у-у-у… При виде этой картины даже такой толстокожий парень, как Цзя Чжэнлян, не выдержал и… разрыдался на глазах у сотен людей! «...» Видя такое, Хун Цяньцзюнь уже не мог больше над ним подшучивать. — Эй! Брат Цзя, не плачь, я сейчас же их тебе верну… — Что это за приём? Его же методом ему же и ответить? Даже Чжан Чулань, ничего не смысливший в Искусстве управления предметами, глядя на большой экран, ощутил необъяснимый трепет. — Ну ты скажешь! — Сюй Сы шагнул вперёд, едва не поперхнувшись сигаретным дымом. — Ты что, думаешь, мы тут романы о боевых искусствах смотрим? — Но этот трюк и впрямь за гранью понимания. Совершить управление и преобразование за такое короткое время, да ещё и перехватить контроль над уже «прирученным» оружием… Не только Сюй Сы — у всех Иных, хоть немного знакомых с этими техниками, от увиденного рушились основы мироздания. И в то же время у них зародились определённые догадки. Восемь Великих Техник! Каждая из этих восьми техник была способна перевернуть представления о целой области знаний, являя собой вершину мастерства! Ван Ай из клана Ван и Люй Цы из клана Люй думали о том же. «Если я не ошибаюсь, это должна быть одна из Восьми Великих Техник — Божественная Машина: Сотня Усовершенствований, не так ли?» В глазах Ван Ая сверкнул холодный блеск. Он крепче сжал набалдашник своей трости. — Так это и есть ученик монаха Цзекуна? Старина Люй, что думаешь? — Что думаю? — лицо Люй Цы было непроницаемо. — Разве не говорили, что монах Цзекун изгнал его? Значит, он просто одиночка. «...» — помолчав, Ван Ай криво усмехнулся. — И то верно. Ну что, старина Люй, может, пообщаемся с ним? Подтекст был ясен: раз уж монах Цзекун изгнал парня, значит, он больше за него не отвечает. А молодой выскочка-одиночка — лёгкая добыча для двух Старейшин. — Без проблем. К слову, меня тоже заинтересовало его Искусство управления предметами. — Люй Цы вдруг сменил тему. — В те годы Монастырь Уединённой Души участвовал в облаве на Тридцать шесть «разбойников»? — Кажется, нет… — Странно! Выйдя с арены, Хун Цяньцзюнь нос к носу столкнулся с лысым монахом-воином. — Дядя-наставник! — Те Малю сложил ладони в приветствии. Серьёзное выражение лица в сочетании с потрёпанной одеждой выглядело довольно комично. — Эй! Любезный, не стоит так запросто в родственники набиваться. — Хун Цяньцзюнь поспешно отскочил в сторону. — Денег у меня нет, так что не на того напали! Те Малю на мгновение опешил, а затем горько усмехнулся: — Дядя-наставник, вы неправильно поняли. Мой отец в своё время обучался в Шаолине. Мастер Цзекун приходится ему дядей-наставником. Так что для меня называть вас так — совершенно естественно. — Вот оно что… — Хун Цяньцзюнь махнул рукой. — Впрочем, великий монах изгнал меня, так что я больше не считаюсь монахом. Не нужно этих церемоний. Кто без причины любезен — либо вор, либо обманщик. — Кстати, как тебя зовут? — Те Малю! — Те Малю? Буду звать тебя Земеля… Как твой отец поживает? Здоров? — Вполне. Крепкий старик, вот только часто вспоминает дядю-наставника Цзекуна. Видя, что Хун Цяньцзюнь уходит от темы, Те Малю был вынужден вернуть его к делу: — Вообще-то, я искал вас, дядя-наставник, чтобы попросить об одной услуге. — О? И о какой же? — Хун Цяньцзюнь приподнял бровь, подумав про себя: «Ну вот, началось самое интересное!» — Я только что видел ваше божественное искусство. Ваш Золотой Колокол достиг ступени совершенной гармонии и Тигриного Рыка! Не могли бы вы дать мне пару советов? Техника Золотого Колокола была невероятно мощной, но если не довести её до совершенства, то ты становишься просто живой мишенью для битья! Взглянув на раздосадованного Те Малю, а затем на Ван Е, вышедшего с той же арены, Хун Цяньцзюнь всё понял. — Читал романы Цзинь Юна? Он, можно сказать, был почти из нашего круга, просто сильно всё упростил. У него все мастера обладали глубокой внутренней силой, и потому освоение боевых искусств давалось им в разы легче. Конечно, в реальности таких чудо-техник нет… — Есть! А как же Восемь Великих Техник… — тихо возразил Те Малю. «...» — Хун Цяньцзюнь метнул на него строгий взгляд. — Я говорю о внутренней силе, а не об этих хитроумных техниках. Что в реальности является внутренней силой? Ци! А как её получить? Это кропотливый труд циркуляции по небесным кругам, усмирение обезьяны сердца, слияние пяти элементов для выплавки изначальной единой Ци. В корне всего лежит совершенствование Духа и Тела. — Так что… — Хун Цяньцзюнь многозначительно посмотрел на него. — Как только ты поднимешь уровень своего совершенствования, не то что до Ступени Тигриного Рыка, до Великого Мастерства в Золотом Колоколе дойдёшь играючи. Проще говоря, если прокачать физическую и магическую защиту на максимум, то тренировка Золотого Колокола превращается в простое набивание очков мастерства. Он похлопал Те Малю по плечу. — Земеля! Раз уж ты назвал меня дядей-наставником, я обязан помочь тебе отстоять твою честь. Разберусь я с этим бычьим носом! Услышав это, Те Малю растрогался до глубины души. Вот только где-то в толпе один «бычий нос» почувствовал, как у него внезапно зачесался нос.