— Что ж, вы все славно потрудились. На этом первый раунд поединков завершён... — разнёсся по площадке голос Небесного Наставника. — Победителей — тридцать два человека! Следующие бои пройдут в формате один на один. На каждой бумажной полоске, что вы вытянете, будет имя вашего следующего противника!
После нескольких дежурных фраз старый Наставник без лишних проволочек начал жеребьёвку.
Чжан Чулань наугад вытянул полоску. Развернув её, он увидел незнакомое имя и с облегчением выдохнул.
— Шань Шитонг? Кто это?
Интересно, кто достался сестрице Бао? Хоть бы не один из фаворитов!
Фэн Синтун, который всё это время внимательно следил за Чжан Чуланем, подошёл к нему.
— Тебе досталось Божество Лазурных Талисманов, Шань Шитонг? Везёт тебе, Чжан Чулань!
Увидев лукавую ухмылку на его лице, Чжан Чулань почувствовал, как у него ёкнуло сердце.
И не зря.
— В первом бою трое его противников не продержались и двух минут, — продолжил Фэн Синтун. — Его наследная техника талисманов специализируется на запечатывании каналов Ци противника. Причём, в отличие от обычных талисманов, она не требует долгой предварительной подготовки, поэтому от неё почти невозможно защититься!
Услышав это, Фэн Баобао незаметно дёрнула Чжан Чуланя за рукав. Её большие, ясные глаза, казалось, говорили ему:
«Предоставь это сестрице, я с ним разберусь!»
«...»
Пока Чжан Чулань мрачнел, неподалёку раздался голос с явным шэньсийским акцентом:
— Ну шо ж мне так не везёт-то? Как я умудрился вытянуть брата Цяньцзюня?
Лицо Цзя Чжэнляна вытянулось от горя. Он приехал на Великий ритуал Ло Тянь в основном для того, чтобы задать трёпку Фэн Баобао и отомстить за брата. Неожиданно ему выпал Хун Цяньцзюнь.
Они уже сражались в деревне Цзя, и он прекрасно знал, что ему не соперник. А это означало, что его путь на турнире подошёл к концу.
— Похоже, этот Хун Цяньцзюнь и вправду не промах, раз даже тёмная лошадка Цзя Чжэнлян так его боится!
— Я слышал, они уже скрещивали клинки!
— Хе-хе! Если бы вы видели первый бой этого Хун Цяньцзюня, вы бы поняли, отчего так скис Цзя Чжэнлян!
Глядя на убитое горем лицо Цзя Чжэнляна, толпа прониклась небывалым любопытством к доселе неизвестному Хун Цяньцзюню. В конце концов, Цзя Чжэнлян, который одной рукой говорил по телефону, а другой управлял дюжиной летающих клинков, рубящих бессмертных, произвёл на всех неизгладимое впечатление.
Тем временем Хун Цяньцзюнь услышал системное уведомление: его очки известности снова поползли вверх. Своей славой среди участников он был во многом обязан неустанной рекламе со стороны Цзя Чжэнляна. Что же до Старейшин, то на них произвела впечатление фраза Небесного Наставника о «даосской золотой пилюле и буддийской шарире».
Спускались сумерки. Участников разместили в гостевых комнатах Обители Небесного Наставника. По чистой случайности Хун Цяньцзюнь и Чжан Чулань оказались в одной комнате.
— Ого! Какое совпадение! Похоже, у нас с вами есть некая судьбоносная связь! — обрадовался Чжан Чулань. Наконец-то появился шанс поближе познакомиться с этим загадочным отступником из буддийской школы.
В конце концов, его целью была победа в турнире, а значит, теоретически, все присутствующие были его потенциальными соперниками. И хотя сестрица Бао расчищала ему путь, он не мог позволить себе полностью расслабиться.
— Чжан Чулань, а ты теперь знаменитость, — Хун Цяньцзюнь тоже был удивлён, увидев его. Он помахал перед его носом телефоном. — Конечно, эта слава немного отличается от той, что была у тебя до ритуала.
Чжан Чулань наклонился, чтобы посмотреть.
«Все видели первый бой Чжан Чуланя? Ну и подлец же он, у меня аж кулаки зачесались!»
«Чёрт, до чего же бесстыжий!»
Почти все комментарии в ленте были ругательствами в его адрес.
Не успел он и слова вставить в свою защиту, как пальцы Хун Цяньцзюня замелькали по экрану: «А ведь и правда, у Чжан Чуланя такое подлое выражение лица, что я и сам бы ему врезал!»
Чжан Чулань: «...»
Увидев это, он посмотрел на Хун Цяньцзюня совершенно другими глазами.
Не ожидал я от тебя такого, великий монах!
В этот момент дверь внезапно приоткрылась, и в щель просунулась голова Фэн Баобао. Её взгляд на несколько секунд задержался на Хун Цяньцзюне, после чего она поманила Чжан Чуланя.
— Чжан Чулань, иди за мной.
— Так поздно… куда это?
— Меньше слов! Пошли!
Чжан Чуланю ничего не оставалось, как покорно последовать за ней. Перед уходом Фэн Баобао ещё раз бросила взгляд на Хун Цяньцзюня и, не оборачиваясь, вышла.
Хун Цяньцзюнь сделал вид, что ничего не заметил. Он, разумеется, прекрасно знал, зачем эта парочка тайком улизнула.
Профессиональные могильщики. Бедняге Шань Шитону не повезёт!
В гостевой комнате клана Ван.
Ван Бин, завёрнутый в бинты, словно мумия, наконец очнулся. Увидев Ван Ая, он издал истошный, свинячий визг:
— Дедушка! Ты должен за меня отомстить!
Благодаря «особому вниманию» Хун Цяньцзюня, он оказался впечатан в стену глубже всех и пострадал сильнее прочих. Большая часть его костей и меридианов была серьёзно повреждена. Но обиднее всего было то, что с момента выхода на арену и до своего поражения он успел сказать всего две фразы и даже не разглядел лица противника. Обида душила его!
— Мой хороший, мой внучек, дедушка обязательно отомстит за тебя! — поспешил успокоить его Ван Ай.
В его глазах при этом сверкнул ледяной блеск.
«Ученик великого монаха Цзекуна… с этим могут быть проблемы…»
Ярко светило солнце, его золотые лучи пробивались сквозь густую листву, оставляя на земле причудливые тени. Наступило время второго раунда Великого ритуала Ло Тянь.
Все понимали: вчерашняя общая свалка, определившая тридцать два сильнейших, была лишь разминкой. Многие приберегли свои козыри. Настоящее зрелище начнётся сегодня, в боях за выход в шестнадцать лучших.
Поэтому большинство зрителей были в приподнятом настроении.
А вот Чжан Чулань выглядел так, будто всю ночь вагоны разгружал — вялый, сонный, с потухшим взглядом. Ещё бы, всю ночь носиться по горам с сестрицей Бао, а потом ещё и схлестнуться с Шань Шитоном — тут и железный организм не выдержит.
— Чжан Чулань, тебе нужно усерднее практиковать Искусство Покоя, иначе не будешь так выматываться после одной бессонной ночи.
Хун Цяньцзюнь знал, что тот не возвращался в комнату. Если бы он не был в курсе событий, то мог бы подумать, что парень всю ночь где-то кутил.
— Неужели Искусство Покоя настолько чудодейственно? — с любопытством спросил Чжан Чулань.
— «Совершенствовать тело, не совершенствуя дух, — значит к старости остаться ни с чем». Когда я только начал свой путь, наставник сразу же объяснил мне всю важность Искусства Покоя. Дух полон — о сне не помыслишь. Это одно из проявлений глубокого мастерства, — пояснил Хун Цяньцзюнь. — Говорят, в древности были великие мудрецы, которые могли заменять сон медитацией и даже входить в состояние зародышевого дыхания.
— Звучит круто, — зевнул Чжан Чулань. — К сожалению, я простой смертный, и в голове у меня слишком много лишних мыслей…
— Это так, — на удивление серьёзно согласился Хун Цяньцзюнь. — Усмирить обезьяну сердца, обуздать коня разума, изрубить Трёх Трупов и Девять Червей… что может быть сложнее?
— Чаво-чаво? — внезапно высунулась из-за спины Чжан Чуланя Фэн Баобао, моргая своими большими, ясными глазами.
— Ха-ха-ха… Ничего, сестрица Бао, ничего! — нервно рассмеялся Чжан Чулань и оттащил её в сторону.
Он всё больше убеждался, что Хун Цяньцзюнь опасен. И дело было не только в его силе, но и в этих спокойных, как водная гладь, глазах.
Словно они видели всё насквозь.
Обновлено: 18.02.2026