Глава 42 — К. Часть 42

— Я провела разведку. Нельзя сказать, что Чэн Боюэ плохо к ней относится, но и ничего особенного между ними нет. Вэнь Тинъи живёт в семье Чэн как младшая сестра, за столько лет они просто привыкли друг к другу. К тому же, старейшина Чэн ещё жив, так что из уважения к нему Чэн Боюэ иногда помогает ей. На том конце, казалось, задумались, и недовольный голос ответил: — А, понятно. И бросил трубку. Шао Вэй скривилась, подумав, какая же Лян Аньфэй невоспитанная. Она же из добрых побуждений помогла, а в ответ — такое хамство? А где обещанная сумочка? Безответственная и с мерзким характером, ещё и постоянно использует её как прислугу — просто ненависть. —— Вечером, в шумном и оживлённом деловом районе CBD, высокие офисные здания упирались в яркие вечерние облака. Штаб-квартира группы «Шэнъи», корпус A. На верхнем этаже в конференц-зале с двух сторон висели проекционные экраны. Десяток ключевых руководителей анализировали перспективные технологические направления для инвестиций в следующем квартале. Чэн Боюэ, заняв председательское место, выслушал отчёты и взглянул на часы. Его тёмные глаза слегка сузились, он закрыл ноутбук. Низкий голос прозвучал весомо и спокойно: — На сегодня всё, совещание окончено. Все замерли в недоумении. Босс впервые так небрежно закрыл совещание — видимо, спешил уйти? Отлично! Все только и мечтали поскорее оказаться дома, и взгляды, полные нетерпения, устремились к секретарю. Тот оперативно отправил протокол совещания на почту босса, и дело было сделано. Совещание завершилось, все радостно заулыбались и стали расходиться: — До свидания, господин Чэн! — Мм. Чэн Боюэ спокойно встал, взял пиджак со спинки стула и вышел. Напряжённая атмосфера мгновенно рассеялась, а оставшиеся разбирать документы ассистенты тут же принялись за ежедневные сплетни. — Вы не заметили? Кажется, у господина Чэн после возвращения из-за границы появилась личная жизнь. Что может заставить его отложить работу? Девушка? Кто-то усмехнулся: — Интересуешься — спроси у Чжоу Кая. — Да ладно, у него рот на замке, он никогда не сплетничает. — Потому он и держится рядом с боссом. В командировке в Гонконге ещё и отдохнуть успел. Я видел его пост — он развлекается в Центральном районе, а я тут на совещании. Жесть. — Какая жесть? Этот парень только делает вид, что всё гладко, а сам ведёт себя как тайный маньяк. Бьюсь об заклад, он точно скрыл этот пост от господина Чэна. — Да хоть скрывай — думаешь, господин Чэн не знает, что он тусит за счёт компании? Господин Чэн всё знает, просто не обращает внимания. Новичок-девушка спросила: — Говорят, господин Чэн довольно снисходителен. Наверное, не станет ругать подчинённых за безделье? Опытный сотрудник многозначительно ответил: — На такие мелочи он, конечно, закрывает глаза. Но если дело серьёзное, ты быстро поймёшь, насколько он беспощаден. — Точно. Вы знаете его дядю? Бывшего директора сингапурского филиала, которого он несколько лет назад упёк за решётку. После тюрьмы тот сломался, пытался покончить с собой, но сын спас. Сейчас у него проблемы с сознанием, похоже на инсульт. Жуть, лучше бы сразу помер... — Ну и что? Этот тип сам был нечист на руку, сколько денег у компании украл — просто паразит. Нечего жалеть, что господин Чэн с ним жёстко разобрался. — Но ведь дядя же не чужой, это же родственник. Получается, он поступил по принципу «закон выше родственных уз». Как бы то ни было, господин Чэн кажется мне пугающим, будто у него нет сердца, только принципы. — Ну не знаю. Всё зависит от ситуации. Господин Чэн занимает такую высокую позицию, если бы он, как юнец, позволил эмоциям взять верх, ничего хорошего бы не вышло. — Ладно, давайте быстрее закончим и домой. Завтра же утреннее совещание. Давайте поменьше болтать, а то дойдёт до господина Чэна. —— Спустилась ночь. Вэнь Тинъи попрощалась с подругами и одна стояла у входа в бар, терпеливо ожидая. Вокруг зажглись огни, здания выстроились в ровные ряды, разноцветные вывески светились в ночи, машины сновали туда-сюда. Приближался Национальный праздник, на деревьях вдоль улицы развешали красные фонарики, прохожие группами проходили под ними, смеясь и болтая. А он правда приедет? Почему даже не звонит. Она бесцельно стояла под фонарём, уже получив три листовки про фитнес-клуб и бассейн, а ещё одну от самопровозглашённого агента, предлагавшего стать блогером или моделью — мол, с такими пропорциями грех не использовать. Вэнь Тинъи вежливо отказала и посмотрела на кончики туфель. Ради удобства сегодня надела кеды, даже не накрасилась — выглядела как простая студентка, вот и привлекала странных типов. Порыв ветра, и листья зашуршали, опадая. Как холодно. Она потерла руки. Задумавшись, она не сразу заметила, как перед ней остановился знакомый тёмный Bentley. Дверь со стороны водителя открылась, и мужчина вышел. Рукава чёрной рубашки были закатаны до локтей, обнажая чёткие вены на предплечьях, часы под фонарём блеснули, в руке он держал пиджак. Вэнь Тинъи взглянула на высокую фигуру Чэн Боюэ, подошедшую ближе, затем заглянула в машину. С удивлением спросила: — А где помощник Чжоу? — В командировке. — А... Теперь понятно, почему он сам за рулём. Обычно он даже не утруждался. Чэн Боюэ холодно ответил и прошёл вперёд, убрав с дороги перевёрнутый дорожный конус, который ветер сдул на проезжую часть. Вэнь Тинъи молча наблюдала. Он действительно привык действовать решительно. Если бы не убрал конус, пришлось бы разворачиваться, а он явно не любил лишние хлопоты. Чэн Боюэ поставил конус на место. Его широкие плечи и длинные ноги привлекали внимание прохожих. Наклоняясь, он натянул рубашку, обрисовывая рельефный торс. Вэнь Тинъи засмотрелась, но, встретив взгляд Чэн Боюэ, поспешно отвела глаза, делая вид, что разглядывает его пиджак. Чэн Боюэ смотрел на неё без эмоций. — Хочешь что-то сказать? — ...Нет. После вчерашнего между ними повисла странная атмосфера. Его пьяная фраза осталась без объяснений — то ли это было проявление физического желания, то ли просто шутка, то ли намёк на что-то ещё — неясно. Лучше помолчать, чтобы не нарваться. Она стояла в простом светлом наряде, ветер играл её волосами, несколько прядей упали на глаза. Она медленно откинула их назад, смущённо моргнув.