Глава 511 — 511

В доме тётушка Линь Мо радушно принимала гостей: принесла фрукты, разлила воду. — Проходите, пейте водичку, угощайтесь фруктами. Не обессудьте, всё своё, с наших деревьев, — с улыбкой сказала тётя. А дядя в это время уже возился во дворе — резал курицу, пока в доме на плите закипал чайник. Что поделать, дядя хоть и был не силён в брендах, но «Маотай» узнал сразу. В прошлый раз, на первое октября, к ним в гости приезжала компания, и кто-то на прощание подарил ему бутылку такого же вина. Правда, старик пить его не стал, жалко было, — в итоге продал больше чем за две тысячи. А госпожа Юань с ходу преподнесла целых две бутылки. Дяде было неловко принимать такой подарок, но и отказывать он не смел, боясь обидеть гостей — как-никак, они на «Мерседесе» приехали. И пусть за рулём сидел его племянник, дядя не верил, что машина принадлежит ему. Чтобы не ударить в грязь лицом перед гостями племянника, он, едва госпожа Юань заикнулась о желании отведать деревенской еды, тут же схватился за нож и пошёл ловить домашнюю курицу. В деревне ведь только такими, натуральными продуктами и можно по-настоящему угостить. — Тётушка, не хлопочите, пожалуйста. Мы просто услышали от Мо, что у вас тут в горах водятся дикие фазаны, вот и заехали погулять, — сказала госпожа Юань, но рука её уже потянулась к странному на вид фрукту, и она тут же откусила кусочек. Стоило ей увидеть еду, как в ней будто срабатывал какой-то пассивный навык: нужно обязательно попробовать на вкус. «Может, мне и не понравится, но не попробовать я не могу». — Ой! А это что? Вкусно! Хрустящее, сладкое, а сока-то сколько! — удивлённо воскликнула госпожа Юань, разглядывая фрукт в руке. Она не то что не ела, она даже не видела ничего подобного. Услышав это, тётушка Линь Мо с недоумением посмотрела на племянника. Как можно не знать яблоко-грушу? Яблоко-груша — это не гибрид, а название сорта груши, которая внешне очень похожа на яблоко, отсюда и пошло название. Фрукт этот был отнюдь не элитным и даже в городских магазинах встречался редко, не говоря уже о доме госпожи Юань, где на столе всегда были только отборные импортные фрукты. Неудивительно, что за столько лет она ни разу его не видела. — Эм-м, тётушка, моя подруга из обеспеченной семьи, она такого не видела, — улыбнулся Линь Мо и пояснил госпоже Юань: — Сестра Юань, это яблоко-груша. В деревне почти у каждого во дворе растёт пара таких деревьев, для себя. — Яблоко-груша… Неплохо, вкусно! — кивнула госпожа Юань и принялась уплетать фрукт с ещё большим энтузиазмом. Увидев это, тётушка поспешно предложила: — Если нравится, я вам потом с собой соберу! — Хорошо, спасибо, тётушка! — услышав это, госпожа Юань просияла, а её глаза превратились в полумесяцы. Стесняться? Что это вообще такое? Она всегда была прямой как стрела: нравится — значит, нравится, хочется — значит, хочется. Никаких увёрток. За эту прямоту и искренность её и любили. — Да не за что, не бог весть какая ценность. Пейте горячую воду, согревайтесь, — улыбнулась тётя. Стоял конец ноября, на носу был декабрь, и погода уже сильно похолодала. По утрам изо рта шёл пар, а землю покрывал иней. Госпожа Юань и остальные кивнули и стали пить горячую воду. А Линь Мо взял ковш, зачерпнул воды прямо из бака в сенях и жадно сделал несколько больших глотков. Он так и не привык пить горячую воду, даже зимой. Ему всегда казалось, что она не утоляет жажду. Увидев это, госпожа Юань снова заинтересовалась и, указав на ковш в его руках, спросила: — Это родниковая вода? Дай-ка и мне попробовать! Линь Мо вздохнул. «И правда, всё, что можно засунуть в рот, она должна попробовать». Какой бы богатой ни была госпожа Юань, обычно она пила либо водопроводную воду, либо бутилированную. И хотя дома у неё стояли фильтры, вода ей всё равно не нравилась, поэтому она в основном пила минералку. За долгие годы путешествий ей несколько раз доводилось пробовать родниковую воду, и вкус у неё был действительно отменный: сладковатый, ледяной, прекрасно утоляющий жажду. Эта природная прохлада отличалась от холода из кулера или холодильника — она пробирала до самых костей. Поэтому воспоминания о родниковой воде не давали ей покоя. — А? Нет, это грунтовая вода. Из колодца! — объяснил Линь Мо. Почти в каждом деревенском доме был свой колодец. И у дяди, и в родной деревне его отца вода была очень вкусной. По крайней мере, Линь Мо считал, что она куда лучше городской водопроводной, и даже минералка с ней не сравнится. — Чего ты болтаешь? Я хочу пить! — с этими словами госпожа Юань подбежала к нему, выхватила из рук ковш и сама сделала пару больших глотков. Вода была не такой вкусной, как та родниковая, но всё равно прохладной и сладковатой, разительно отличаясь от минеральной. — Ух ты! Эта вода тоже очень вкусная! Тётушка, а можно мне потом немного с собой налить? Я хочу забрать! — восторженно воскликнула госпожа Юань. Кто бы мог подумать, что в маленькой деревне её ждёт столько приятных открытий. От этих слов тётушка Линь Мо даже растерялась. Разве городские не живут в достатке? А эта девушка ведёт себя так, будто никогда ничего хорошего не ела и не пила. — Конечно можно, как же нельзя. Я потом найду ведро, налью тебе, — поспешно ответила она. В этот момент со двора донёсся предсмертный куриный крик. Госпожа Юань с любопытством высунула голову: — Ой? А что там такое? — А, так это ж вы приехали, вот и режем курицу. У меня как раз грибы есть лесные, потушим вместе! — сказала тётя. Услышав это, Сычуанька замахал руками: — Не нужно, тётушка, мы просто заехали прогуляться, скоро уже уезжаем! Директор Ван тоже кивнул: — Да-да, не утруждайте дядю! — Ой, да какие тут трудности. Вы обедали сегодня? — спросила тётя. Сычуанька кивнул: — Обедали, обедали! Госпожа Юань сглотнула слюну: — Обедать-то обедали, а вот ужинать — ещё нет! Все замолчали. Линь Мо, стоявший рядом, хлопнул себя по лбу. Опять эта обжора дала о себе знать. Но он здесь был наполовину хозяином и не мог возразить госпоже Юань, иначе вышло бы, будто он её выгоняет. — Ха-ха-ха, ну так оставайтесь! Раз уж вы приехали погулять, поужинаете и поедете, — рассмеялась тётушка, которую позабавила выходка госпожи Юань. «Какая же она непосредственная, эта девушка. Милая, славная, только совсем ещё ребёнок. Если бы не приехала с племянником, который назвал её подругой, я бы подумала, что она несовершеннолетняя». Она и не подозревала, что эта миниатюрная девчушка была главной в их компании. Госпожа Юань тут же засеменила короткими ножками во двор, чтобы посмотреть, как дядя Линь Мо разделывает курицу. Глядя на ошпаренного петуха, которого ощипывали от перьев, она невольно сглотнула слюну. Домашняя курица, наверное, очень вкусная? — Га-га-га… В этот момент во двор важно зашёл большой белый гусь. Глаза госпожи Юань загорелись. — Гусь! Мо, у дяди есть гусь! Линь Мо сразу понял: дело плохо. Деревенские жители славятся своим гостеприимством, и, похоже, дяде придётся расстаться ещё и с гусём. Но в следующее мгновение госпожа Юань бросилась к птице с восторженным криком: — Ой, какой милый гусь! Он такой белый! А шея какая длинная! Большой, жирный! И тут Линь Мо увидел, как гусь расправил крылья и ринулся прямо на госпожу Юань. — Га-га-га! — Ай-ай-ай! Мамочки! Мо, спаси! — взвизгнула госпожа Юань, получив три болезненных щипка. В тот же миг подскочил дядя и одним пинком в грудь отправил гуся в полёт. Теперь Линь Мо был уверен: гуся в дядином хозяйстве точно больше не будет. Гусь: Я Гусь, я пожалуй с ъ е б у с ь!