Глава 377 — 377

Изначально это дело было целиком и полностью заботой их районного управления. Но из-за шумихи в интернете за последние два дня на него обратили внимание даже в главном управлении общественной безопасности Цзяннина. Ведь резонанс в сети был таким, что о случившемся знали уже не только в городе, но и, пожалуй, по всей стране. Коллеги из других ведомств тоже звонили с расспросами, но начальник Лю всех отшил. В конце концов, гордиться тут было нечем. К тому же, какая-то устная награда, объявленная за границей… его это не особо волновало. Пока человек не покидает страну, иностранцам до него не дотянуться. Это вам не сто лет назад. Но и пускать дело на самотёк было нельзя. Зарубежные руки, может, и коротки, но кто знает, не найдутся ли в стране алчные люди, готовые поддаться искушению. Именно поэтому оформить документы для выезда за границу для Линь Мо стало сложнее, чем для обычного человека. Проще говоря, его пометили как лицо, требующее особого внимания. Это не означало запрет на выезд, но при любой попытке воспользоваться паспортом внутренняя система тут же подавала бы сигнал. После этого специальный сотрудник должен был явиться для выяснения обстоятельств, и, если поездка не была крайне необходимой, ему бы, скорее всего, отказали. По крайней мере, до тех пор, пока шумиха не утихнет, и после новой оценки рисков его статус не вернется к обычному. Так что, несмотря на все принятые меры и организацию охраны, начальник Лю не придавал этому делу слишком большого значения. Но тот факт, что госпожа Юань собиралась отвести Линь Мо к старейшине Цзяну, и даже обсудить это с его сыном, руководителем всей системы общественной безопасности Цзяннина, — вот это меняло всё. Что тогда о нём подумают коллеги? Что подумают в других районных управлениях? Да что там, вернись он в родную деревню — что о нём подумают куры? Утки? Гуси? Изначально это было не такое уж и большое дело, но если о нём узнает начальство, то любая мелочь разрастётся до вселенских масштабов. И все вокруг, включая коллег, решат, что он просто некомпетентен. Проблема возникла на его территории, да ещё и была косвенно связана с его управлением, а он её так и не решил. Пятном на репутации это не назовёшь, но плохое впечатление на руководство произведёт точно. А это могло повлиять на его повышение. Любой, кто работал в системе, знал одну простую истину: чем выше поднимаешься, тем важнее не то, насколько ты хорош, а то, как мало ошибок совершаешь. Ведь на такие должности бездарей не берут. Поэтому он не мог допустить, чтобы это дело вышло за пределы его юрисдикции. Лучше было решить всё тихо, на месте. А если бы ещё и удалось извлечь из этого пользу, то, может, не было бы худа без добра, и в его послужном списке появилась бы новая строчка. … … … У кабинета начальник Лю, только что пообедавший, повернулся к стоявшей рядом Чжао Юнь и спросил: — Сяо Чжао, а этот юноша, Линь… Он-то думал, что Линь Мо — обычный студент четвертого курса. В конце концов, после раскрытия дела, когда начальник Лю оформлял на него премию, на его столе лежало полное досье. Цзяннинский университет науки и технологий, факультет компьютерных наук, четвёртый курс. Родом из города Наньчэн. Недавно отличился героизмом, спасая людей из пожара. В настоящее время владеет собственным рестораном. Были указаны даже мельчайшие подробности о его семье. Можно сказать, образцовый молодой человек. Пусть семья и образование у него обычные, но с моральными качествами всё было в полном порядке, да и в делах он уже преуспел — ресторан-то был немаленький. Что касается таланта Линь Мо к рисованию, это можно было списать на врождённые способности. Но, судя по намёкам Юань Мэн, этот парень был как-то связан со старейшиной Цзяном и даже знаком с Цзян Цзяньго, их большим начальником из главного управления. — Я слышала от своей двоюродной сестры, что Линь Мо — ученик профессора Ли, заместителя главврача больницы традиционной медицины при нашем медицинском университете. Недавно он осматривал моего дедушку, и, говорят, сам делал ему массаж туйна, который очень помог. — Он и раньше встречался с семьёй моего дяди. Даже когда он проявил героизм, дядя лично интересовался им. Просто Линь Мо не любит шумихи, поэтому он просто получил награду, и об этом не трубили в газетах, — поразмыслив, рассказала Чжао Юнь всё, что знала. Услышав это, начальник Лю с облегчением выдохнул. Если бы они оказались какими-нибудь родственниками, дело приняло бы совсем дурной оборот. Но даже так он был поражён. Подумать только, у этого молодого человека не только обширные связи, но и столько разных ролей. Мало того, что он связан со старейшиной Цзяном, так он ещё и студент, и владелец ресторана, а теперь, оказывается, и ученик знаменитого доктора традиционной медицины. Что ж, талантливые люди всегда умеют удивлять. — Невероятно. Кто бы мог подумать, что этот парень ещё и ученик профессора Ли… Какой неожиданный поворот, — цокнул языком начальник Лю. В самом деле, кому придёт в голову, что студент факультета компьютерных наук на самом деле изучает традиционную китайскую медицину? И этот факт явно указывал на то, что у Линь Мо с профессором Ли были особые отношения. Будь он обычным студентом, зачем бы профессору понадобилось брать ученика не из своего университета? В его собственном вузе студентов пруд пруди. Начальник Лю хоть и читал досье на Линь Мо, но там содержалась лишь официальная информация. О том, что он ученик профессора Ли и лечил высокопоставленных лиц, он знать никак не мог — он же не всевидящий. С самим профессором Ли, заместителем главврача больницы, он знаком не был, но был о нём наслышан. Тот давно лечил некоторых высокопоставленных чиновников Цзяннина, а в последнее время очередь к нему только росла. Очевидно, он был выдающимся врачом, иначе бы его не рекомендовали друг другу на таком уровне. — И это ещё не всё. На прошлой неделе в детском саду у дочки моего дяди проводили учения по антитеррору. Туда пригласили капитана из отряда полиции Цзяннина в качестве инструктора, бывший спецназовец. Моя сестра потащила туда Линь Мо с двумя его друзьями. В итоге они сорвали все учения, а тот капитан из спецназа и двух приёмов против него не продержался, — рассказывая это, Чжао Юнь невольно улыбнулась. Об этом она узнала позже от своего брата, Цзян Фэна. Знай она раньше, ни за что бы не стала с Линь Мо драться. Хоть она и любила помахать кулаками и знала, что среди женщин ей мало равных, и что даже многие мужчины уступают ей в рукопашном бою, но она прекрасно понимала, что против капитана спецназа у неё шансов нет. Разница в физической силе между мужчинами и женщинами огромна, и порой никакая техника не может её компенсировать. Это как с женской сборной по волейболу: они могут выигрывать чемпионаты мира, но при этом не в состоянии принять подачу от мужской команды второго состава. Дело не в технике, а в чистом превосходстве в физических показателях. — Что? У Линь Мо ещё и такие навыки? Худощавый, высокий… никогда бы не подумал! — на этот раз начальник Лю был по-настоящему потрясён. Если то, что Линь Мо, ещё будучи студентом, открыл свой ресторан, изучал медицину и вдобавок мастерски рисовал, он мог объяснить словом «гений», то выдающиеся боевые навыки, позволившие одолеть капитана спецназа, — это уже не спишешь на один лишь талант. Для такого уровня нужна систематическая подготовка. — Кто знает, где он так натренировался. Я с ним разок спарринговала — не смогла победить. Интересный парень, есть в нём какая-то загадка, — с лёгкой улыбкой на губах сказала Чжао Юнь. Её тон и взгляд заставили начальника Лю на мгновение замереть. Чжао Юнь работала в управлении не первый год, и он прекрасно знал её характер. Если бы не тот факт, что в прошлый раз, когда Линь Мо приходил регистрировать дело, за ним, кажется, зашла его девушка, он бы подумал, что у Чжао Юнь на него какие-то виды. — Ладно, оставим это. А что ты думаешь насчёт его рисунков? — начальник Лю сменил тему. Чжао Юнь глубоко вздохнула: — Вы и сами видели результат в прошлый раз. Конечно, никто не может гарантировать стопроцентный прорыв в деле, но это хотя бы даёт направление для работы, не так ли? Что касается точности… думаю, вы и без меня всё понимаете, начальник. Наверняка вы последние два дня не раз сравнивали его наброски с фотографиями. Я считаю, что если правильно использовать этот его талант, он может стать огромным подспорьем для нашего управления, да и для всей полиции города. — Верно, я думаю так же. Но один случай — это не показатель. Нужно, чтобы он попробовал ещё несколько раз, тогда это будет более убедительно. Но ты можешь гарантировать, что, если всё получится, Линь Мо примет наше предложение? Насколько я знаю, у этого парня с деньгами всё в порядке! Да, сегодня Линь Мо позвали не только для вручения премии. Вторая, и главная, причина заключалась в том, чтобы попросить его нарисовать ещё несколько портретов. Это были фигуранты нераскрытых дел их управления, среди которых были и старые «висяки». После прошлого успеха они, по крайней мере, больше не сомневались в достоверности его рисунков. И если Линь Мо поможет им раскрыть ещё несколько дел, начальник Лю собирался от имени управления предложить ему должность консультанта уголовного розыска. Хоть Линь Мо и не сдавал никаких экзаменов и всё ещё был студентом, к особым талантам и подход должен быть особый. Для обычного человека это была бы отличная работа, возможно, даже с официальным трудоустройством. Но, судя по досье, Линь Мо был молодым человеком состоятельным. Владелец такого большого ресторана явно не нуждался в деньгах. — Не могу, — без колебаний развела руками Чжао Юнь. — Тогда ты… — начал было Лю. — А ему не обязательно занимать у нас должность, чтобы рисовать портреты. Я ведь живу этажом выше. Вы сами видели, с какой скоростью он рисует, это не займёт у него много времени. К тому же, если я не могу надавить на него, то на свою двоюродную сестру — уж точно смогу! А ей попросить его о такой мелочи — раз плюнуть. Не волнуйтесь, начальник, — с улыбкой заверила его Чжао Юнь. … … … — Мо-цзы, а ты крут! Не знала, что ты теперь заделался в ищейки! — воскликнула госпожа Юань в кабинете, наблюдая, как Линь Мо со свистом карандаша набрасывает портреты. Она взяла один из готовых рисунков и с усмешкой его рассмотрела. — Да иди ты, — отмахнулся Линь Мо. — Языком бы не молола. Это называется «сотрудничество полиции и народа». Помогать полиции — долг и обязанность каждого гражданина. Вот если сюда притащить начальника Вана и Чуаньмэй, из них бы получились отличные полицейские псы. Госпожа Юань покачала головой: — Уж лучше не надо. От тебя хоть какая-то польза есть. А те двое, окажись они в полиции, разве что в еде смогли бы с ищейками потягаться. Но ты уверен, что всё это рисуешь правильно? — Как пить дать! Да я тебе скажу, будь я в древности, точно стал бы главой «Шести врат». А в романах о боевых искусствах получил бы место среди «Четырёх великих стражей». Родись я на Западе — был бы вылитый Шерлок Холмс. Конану просто не повезло со мной встретиться, а то так бы и остался школьником, — не отрываясь от работы, начал расхваливать себя Линь Мо. И ведь он не хвастался. У него действительно был талант. Старые чёрно-белые фотографии прошлого века, размытые силуэты на снимках — неважно, мужчина или женщина, старик или ребёнок, ему достаточно было одного взгляда, чтобы нарисовать, как этот человек выглядит сейчас. Госпожа Юань с недоверием на лице взяла одну из фотографий. На ней не было никакого лица, только скелет. Она ткнула пальцем в нарисованную им красавицу: — Ладно люди, но ты и по скелету можешь нарисовать? И ты ещё говоришь, что не хвастаешься? Может, признаешься честно? Не можешь — не стыдно. Тут все свои, никто смеяться не будет. В крайнем случае, откажемся от премии в восемь тысяч! Говорила она таким тоном, будто искренне о нём заботилась, но её большие глаза так и бегали, создавая впечатление хитрой интриганки, которая, впрочем, сама не до конца продумала свой план. Линь Мо: …