Глава 249 — 249

Если бы Лю Чжэнъюань узнал, что его драгоценный чай едва не пошёл на варку чайных яиц, его бы удар хватил от горя. К счастью, и две бутылки вина, которые привезла Лю Жуянь, старик Линь узнал, иначе его матушка пустила бы тридцатилетний «Маотай» на маринад для крабов. Вилла семьи Лю, спальня Лю Жуянь. Мать и дочь заперлись в комнате пошептаться, оставив единственного мужчину в доме в полном одиночестве. — Ну, давай, рассказывай маме, как ты там провела эти два дня? — закрыв дверь, госпожа Чэн тут же перешла в режим сплетницы. Услышав это, Лю Жуянь слегка смутилась: — Да… в общем, нормально. Съездила к нему на родину, в дом предков, виделась с его отцом. — А на второй день, пока у них никого не было, я и к нему домой заглянула. Лю Жуянь вкратце пересказала события последних двух дней, но, будучи девушкой приличной, умолчала о том, как уложила его отца на лопатки в состязании по выпивке. Иначе мать непременно начала бы её отчитывать. Госпожа Чэн осталась весьма довольна успехами дочери. Единственное, что её огорчало, — это то, что не удалось познакомиться с матерью молодого человека. Хотя до чего-то серьёзного было ещё как до луны, и даже если они начнут встречаться, не факт, что дело дойдёт до свадьбы, но что поделать — госпоже Чэн было скучно. Она обожала такие вот маленькие сплетни. Увы, жизнь богатой дамы была именно такой — тоскливой и однообразной. Кроме кучи денег, она ничем не отличалась от жизни обычных людей, разве что не нужно было беспокоиться о хлебе насущном. Что до наслаждения жизнью и путешествий по миру, то за столько лет ей это уже приелось. Их семья разбогатела не вчера, и за десятилетия где они только не бывали, чего только не пробовали? Когда всё видел и всё пробовал, да ещё и по многу раз, это, естественно, теряет всякую прелесть. А вот если её дочурка заведёт роман, выйдет замуж и родит ей внука — этого госпожа Чэн ждала с нетерпением. В конце концов, её жизнь удалась, она испытала всё, что только можно, и теперь ей оставалось лишь примерить на себя роль бабушки. — А дочка-то у меня молодец, уже сама в атаку пошла! Что, этот парень тебе и впрямь по душе? Если да, то можешь для начала повстречаться. — Встречаться со студентом всяко лучше, чем с каким-нибудь стариканом или мужиком средних лет. Если надоест — найдёшь другого. Повстречаешься с несколькими, тогда и остепенишься. Даже если отношения будут хорошими, не спеши, потяни несколько лет. — Ты только не будь как твоя мать, не выскакивай замуж так рано. Говорю тебе, как только женщина выходит замуж, её будто по рукам и ногам связывают, никакой свободы… Госпожа Чэн принялась делиться с Лю Жуянь своим опытом. Свадьба — дело, конечно, важное и требует серьёзного подхода, но это и правда своего рода оковы, даже если живёшь в такой обеспеченной семье, как их. — Ой, ма-ам… я просто поехала к другу в гости, заодно и заглянула к нему домой, — смущённо пробормотала Лю Жуянь. Но госпожа Чэн ей, разумеется, не поверила: — Хм-м… Интересно, кто это, едва услышав, что там что-то случилось, в тот же вечер сорвался с места? — Впрочем, судя по твоему рассказу, этот твой студент — парень не из простых. Лю Жуянь замерла: — В смысле? Что-то не так, мама? — Ещё как не так! Смотри: по твоим словам, у него обычная семья. Отец — рабочий, мать — учительница, живут в простом многоквартирном доме, квартира небольшая. Этот парень ещё даже университет не окончил, откуда у него деньги на такой дорогой веер? — Твой веер я за эти два дня показала знающим людям. Он подлинный. И хотя неясно, какой по счёту мастер в династии его изготовил, работа тоньше, чем даже у того, что есть у меня. За двести-триста тысяч его с руками оторвут коллекционеры. — Вот и скажи мне, откуда у студента из простой семьи такие деньги? — пояснила госпожа Чэн. Если бы этот веер ему кто-то подарил, это ещё можно было бы понять. Но финансовое положение семьи Линь Мо явно не позволяло делать столь дорогие подарки, что вызывало большие сомнения. — Ну… ту пилюлю «Аньгун Нюхуан», что я тебе подарила, он мне и продал. А вторую купила Юаньюань из семьи тёти Цзян. По четыреста тысяч за штуку, — нашлась с ответом Лю Жуянь. Она даже рассказала, как Линь Мо занял у них с Юаньюань деньги и за несколько дней заработал почти два миллиона, а потом ещё два миллиона у отца Юань Мэн. Услышав это, госпожа Чэн тут же выпрямилась в кресле. Хотя она не знала всех подробностей, но прекрасно понимала, что за человек Юань Гочэн. Суметь выудить деньги из его кармана — да, у Линь Мо определённо есть хватка. А откуда у него взялся товар — это уже его личное дело. — Непростой парень. В таком возрасте, без всякой поддержки со стороны семьи, ещё до выпуска из университета заработать такие деньги… это же стопроцентно перспективный кадр! Ах ты, поганка, а глазки-то у тебя намётанные. Может, устроишь нам как-нибудь встречу? — в её миндалевидных глазах заплясали искорки любопытства. Даже в их семье, если бы ребёнок в таком возрасте сумел заработать столько, это считалось бы выдающимся достижением, что уж говорить о Линь Мо, у которого не было никакой поддержки. Взять, к примеру, её собственную дочь: если бы её сейчас выкинули в свободное плавание, без доступа к семейным ресурсам и связям, она вряд ли смогла бы заработать и десятую часть этой суммы. А что касается того, что Линь Мо занимал у её дочери деньги… вот если бы он их не вернул, она бы заподозрила неладное. Но он вернул долг за несколько дней, да ещё и сам заработал. Это означало, что у парня светлая голова, и он — настоящая «акция роста». — А? Э-это… давай как-нибудь потом! — Лю Жуянь почувствовала себя неловко. У них ещё ничего толком и не было, а мать уже рвётся знакомиться. Как-то это всё странно. Тем временем Линь Мо, сидя в гостиной, вовсю гриндил предварительные задания для квеста «Бог кулинарии по средам». На ноутбуке и планшете одновременно проигрывались два произведения, причём на тройной скорости. Ради такого дела он даже оформил платную подписку на видеосервис, чтобы пропускать рекламу и экономить время. В условии было сказано лишь, что нужно посмотреть три произведения, но ни слова о том, что нельзя делать это на ускоренной перемотке и одновременно. Так что он, можно сказать, нашёл лазейку в системе. Два мультфильма, идущие одновременно на тройной скорости, создавали невообразимую какофонию. У Линь Мо уже раскалывалась голова, но выбора не было — времени в обрез. Сегодня уже воскресенье, а значит, на подготовку оставались только завтра и послезавтра. Первый учебный день в его университете выпадал как раз на среду, и ему нужно было успеть выполнить задание за эти два дня. В одном мультсериале было сто тридцать две серии, в другом — пятьдесят две. Если смотреть их в обычном темпе, за два дня он бы просто свалился от усталости. Приходилось изворачиваться. Если он упустит эту возможность, придётся ждать следующей среды. В этот момент у Линь Мо зазвонил телефон. Он взглянул на экран — Сычуанька. Нажав на кнопку ответа, он поднёс трубку к уху. — Алло, старина Мо, начальник Ван сказал, ты вернулся? Едва он ответил, как в трубке раздался взволнованный голос Сычуаньки. — Ага. Что-то случилось? — Есть дело! Мне тут одна дама в личку пишет без остановки, просит с тобой связаться. Хочет, чтобы ты нарисовал её портрет в молодости. Говорит, что она твоя поклонница, просто обожает тебя! Как у тебя со временем? Линь Мо нахмурился: — Моя поклонница? Я же даже лицо своё ни разу не светил, откуда у меня поклонницы? Ты что, в это поверил? — Она говорит, что ей нравятся именно твои руки. Короче, поклонница твоих рук. Услышав это, Линь Мо холодно усмехнулся: — Катись к чёрту! Поклонница рук… Она же моя фанатка, говорит, что любит меня. Так спроси у неё, насколько сильно! — А? Погоди, сейчас спрошу, — ответил Сычуанька. Наступила короткая пауза — видимо, он писал сообщение. Вскоре его голос снова зазвучал в трубке: — Она говорит, что любит тебя как минимум на десять грамм каждый день. Сейчас уже почти сто набралось. И спрашивает, не хочешь ли ты взглянуть. Линь Мо: ?? — Чего? Любовь теперь в граммах измеряют, да ещё и посмотреть на неё можно? Сычуанька и сам был в недоумении, но всё же передал её слова: — Угу, так и сказала. Погоди… я сказал, что хочу посмотреть. Она просит нас немного подождать, ей нужно взять бумагу. Линь Мо на мгновение замер, а затем взорвался: — Катись! Бумагу ей, твою мать! Дура безмозглая, она же тебя разводит! Тьфу, нас обоих разводит! Да вернись ты уже обратно в Ли Шия, безмозглое создание! В следующую секунду из трубки донёсся потрясённый возглас Сычуаньки: — Твою ж мать, старина Мо! Она и вправду поклонница твоих рук! Линь Мо: …