Глава 8 — Глава 8. Последние Десять Минут!

Глава 8. Последние десять минут! Голос Сюань Е упал тяжелым камнем: — Это будет в сто раз страшнее землетрясения. Услышав этот тон, лишенный и тени шутки, Марикава Сидзука изменилась в лице. Вся её привычная рассеянность и наивное кокетство исчезли, словно смытые ледяной водой. На их месте проступил первобытный, липкий страх. — Вы... вы кто такой? — её голос сорвался на плаксивые ноты, а плечи начали мелко подрагивать. — Зачем вы меня пугаете? Она была всего лишь школьной медсестрой. Женщиной, которая любила выпить пива вечером и поболтать с подругой. Почему её втягивают в какой-то кошмарный сценарий боевика? Стоящая рядом Бусудзима Саэко тоже ощутила холодок, пробежавший по спине. Слова о катастрофе, превосходящей землетрясение, звучали абсурдно, но интонация этого человека... Она заставляла верить. Что это может быть? Война? Теракт? Или бред сумасшедшего, который звучит слишком убедительно? Сюань Е не стал утешать рыдающую женщину. У него не было на это времени. Он резко поднял руку и указал пальцем на циферблат часов. — Осталось десять минут. Его слова упали в тишину кабинета, как гильзы на бетонный пол. — Марикава-сэнсэй, послушайте меня внимательно. Я не прошу вас об одолжении. Я не предлагаю обсудить варианты. Я ставлю вас перед фактом. Он наклонился ближе, глядя ей прямо в заплаканные глаза. — Позвоните сейчас — и у вашей подруги будет шанс выжить, а мы получим мощного союзника. Не позвоните — и через десять минут смерть придет за нами всеми. Без исключений. — Выбирайте. Сейчас. Слезы градом покатились по щекам Сидзуки. Она была в панике, её мозг отказывался обрабатывать информацию. Она беспомощно посмотрела на Саэко, ища защиты у своей ученицы. Саэко глубоко вздохнула, прикрыв глаза. Пальцы на рукояти боккэна побелели от напряжения. Она приняла решение. Подойдя к столу, она положила руку на плечо медсестры. Жест был твердым, но успокаивающим. — Сидзука-сэнсэй. Её голос, обычно прохладный, сейчас звучал мягче, заземляя истерику женщины. — Звоните. Сидзука вскинула голову, удивленно глядя на девушку. Она не ожидала поддержки требований этого странного типа. Саэко перевела взгляд на спину Сюань Е. Прямая, непоколебимая спина человека, который точно знает, что делает. — Я не знаю, кто он, — тихо произнесла Саэко. — Но мое чутьё... оно говорит, что он не лжет. Давайте рискнем. Эти слова стали последней каплей. Если даже хладнокровная Бусудзима верит ему... Трясущимися руками Сидзука выудила из кармана халата смартфон. Пальцы скользили по экрану, пока она искала заветный контакт. Гудки. Один, два, три... — Алло... Рика-чан? Как только она услышала родной голос, плотину прорвало окончательно. — У-у-у-у! Рика! Спаси меня! Пожалуйста, приезжай скорее! — В академию Фудзими! Бери всё, что у тебя есть! Быстрее! Я боюсь! Она рыдала в трубку, неся бессвязную околесицу. Сквозь всхлипы невозможно было понять суть происходящего. Сюань Е нахмурился. Это было неэффективно. Он грубо выхватил телефон из рук растерявшейся женщины. — Минами Рика? — бросил он в микрофон. На том конце провода повисла секундная пауза, после чего раздался строгий, властный женский голос, в котором звенела сталь: — Кто это? Что с Сидзукой? Отвечай! — Кто я — не имеет значения, — Сюань Е говорил пулеметной очередью, четко артикулируя каждый слог. — Токонодзу падет. Город превратится в некрополь. — До начала конца осталось восемь минут. — Мне плевать, где вы сейчас и какие у вас приказы. Найдите способ! — Хватайте самое мощное оружие, загружайте столько боеприпасов, сколько выдержит подвеска, берите самую быструю машину и жмите газ до пола. Направление — академия Фудзими. — Если хотите увидеть подругу живой — это ваш единственный шанс. Не давая снайперу возможности задать хоть один вопрос, Сюань Е нажал «отбой». Он небрежно бросил телефон обратно на колени ошарашенной Сидзуке, словно это был бесполезный кусок пластика. — Идем, — скомандовал он, поворачиваясь к Саэко. — Нам нужен еще один человек. Саэко смотрела на него с нескрываемым изумлением. Этот мужчина... Его наглость граничила с безумием, но его харизма подавляла волю. Он вел себя как генерал на поле боя, еще до того, как прозвучал первый выстрел. И самое страшное — ему невозможно было не подчиниться. — Куда теперь? — спросила она. — Класс 2-А. Такаги Сая. Сюань Е назвал цель. Саэко кивнула. Вопросы кончились. Осталось только действие. Она развернулась, готовая вести их дальше. Теперь ею двигало одно желание — увидеть финал. Увидеть, что произойдет, когда стрелка часов коснется роковой отметки. Она готова была подыграть этому безумцу до самого конца. Они быстрым шагом двигались по коридорам, таща за собой всё еще всхлипывающую Сидзуку. Школа жила своей жизнью. Мимо пробегали ученики, кто-то смеялся, обсуждая планы на выходные. Этот контраст между солнечным днем и мрачным пророчеством Сюань Е вызывал тошноту. Смех казался кощунственным, как пир во время чумы. Но Сюань Е шел вперед, как ледокол, не обращая внимания на окружающую идиллию. Вот и табличка: «2-А». Сквозь стекло двери было видно класс. Девушка с розовыми волосами, собранными в два пышных хвоста, сидела за партой, подперев щеку рукой. Очки в тонкой оправе бликовали на солнце. На её лице было написано скучающее высокомерие. Рядом с ней крутился полноватый парень в очках, с любовью протирая линзу какой-то оптики специальной тряпочкой. Такаги Сая. Хирано Кота. Цели обнаружены. Уголок рта Сюань Е дрогнул в едва заметной ухмылке. Он бросил взгляд на часы в конце коридора. Секундная стрелка отсекала последние мгновения старого мира. Три минуты. Сюань Е не стал тратить время на вежливый стук. Он толкнул дверь, и та с грохотом распахнулась. *Бах!* Гул голосов в классе стих. Несколько учеников, которые еще не ушли домой, уставились на вошедших. Такаги Сая недовольно поморщилась и повернула голову. Увидев странную компанию — мечницу в форме кендо, заплаканную медсестру и какого-то невзрачного типа в рабочей одежде — она замерла. — Вы кто такие? — она поправила очки привычным жестом, вздернув подбородок. В её голосе звучало раздражение гения, которого отвлекли от важных мыслей. — Что за цирк? Вам что-то нужно? Толстяк Хирано Кота испуганно прижал к груди свои инструменты, глядя на пришельцев как кролик на удава. Сюань Е проигнорировал всех, кроме неё. Он подошел прямо к её парте, нарушая личное пространство. — Такаги Сая. Он произнес её имя утвердительно. — Мне нужен твой интеллект и твои ресурсы. Саэко наблюдала от двери, готовая ко всему. Такаги фыркнула, издав звук, полный презрения. — Мой интеллект? А ты, собственно, кто? И с какой стати я должна помогать какому-то проходимцу? — Я не общаюсь с подозрительными личностями, — отрезала она, скрестив руки на груди. Для неё это был очередной идиот, решивший воспользоваться статусом её семьи. Сюань Е улыбнулся. Широко и пугающе спокойно. — Тебе не нужно знать меня. Он наклонился к самому её уху, прошептав слова, предназначенные только для неё: — Тебе нужно знать лишь одно: я пришел спасти твою жизнь. Сая опешила. Её глаза расширились, а на лице появилось выражение полного непонимания, смешанного с возмущением. — Ха?! — Спасти меня? Ты бредишь? Ты хоть знаешь, кто я?! — Ха-ха-ха! — нервный смешок сорвался с её губ. — Не смеши меня! Мне не нужны спасители! Близость чужого мужчины заставила её щеки вспыхнуть пунцовым цветом. Но это было не смущение влюбленной девы, а гнев оскорбленной гордости. — А что, если ты передумаешь? — спокойно спросил Сюань Е, отстраняясь. — Никогда! Убирайся отсюда! Сюань Е не стал спорить. Он выпрямился и поднял глаза к часам над классной доской. Секундная стрелка завершала свой последний круг. Тик. Так. Тик. Мир сжался до этого звука. Бусудзима Саэко сжала рукоять меча так, что побелели костяшки. Сердце колотилось о ребра, как птица в клетке. Сидзука зажала рот руками, чтобы не закричать. Такаги Сая замолчала, завороженная странным поведением незнакомца. Даже Хирано перестал дышать. Стрелки сошлись на двенадцати. Идеальная вертикаль. Сюань Е улыбнулся. — Время вышло, — прошептал он. И в ту же секунду реальность треснула. *Зззззз-т! Кр-р-р-х!* Школьные динамики взорвались противным визгом статических помех. А затем из них вырвался голос. Мужской голос, полный животного ужаса: — Внимание! Всем учителям... немедленно к воротам! Здесь... здесь кто-то напал на учителя физкультуры! — Боже! Что он делает?! Он... он кусает его! — Нет! Не подходи! А-А-А-А-А!!! Крик, полный боли и отчаяния, разорвал воздух, эхом отражаясь от стен коридоров. Он пронзил уши каждого человека в здании, заставив кровь застыть в жилах. Крик оборвался внезапно. В динамиках повисла тишина, но не полная. Сквозь помехи доносился влажный, чавкающий звук. *Хрум... Чавк...* Звук разрываемой плоти. Звук пиршества. Класс 2-А погрузился в мертвую тишину. Секунда. Две. А потом снизу, с первого этажа, донесся женский вопль: — КЬЯ-Я-Я-Я-Я!!! Это был сигнал. Словно прорвало плотину. Школа наполнилась шумом: топот сотен ног, звон разбитого стекла, крики ужаса, грохот падающей мебели. Симфония паники. Мир, каким они его знали, перестал существовать. Ад распахнул свои врата прямо на пороге академии Фудзими. Сая и Хирано бросились к окну. Их лица стали белыми, как мел. То, что они увидели во дворе, заставило их застыть в параличе. Сидзука сползла по стене на пол, закрыв уши руками. Только Бусудзима Саэко не смотрела в окно. Её взгляд был прикован к мужчине в центре комнаты. В её глазах, вместо страха, разгорался темный огонь возбуждения. Он не лгал. Всё случилось в точности так, как он сказал. Все взгляды — испуганные, шокированные, умоляющие — скрестились на Сюань Е. А он стоял посреди начинающегося апокалипсиса, спокойный и невозмутимый, словно дирижер, открывший увертюру к концу света.