— Таньгун — роскошный жилой комплекс вилл, расположенный к западу от отеля «Сичзяо» на улице Хунцяо в Шанхае. Каждая вилла оценивается в сотни миллионов юаней и считается «первым элитным жильём Шанхая».
Общая площадь комплекса составляет 47 384,6 квадратных метров, на которых возведено всего 18 зданий. Архитектура вдохновлена классическими стилями Великобритании, Франции, Италии и Испании и спроектирована за рубежом всемирно известной фирмой WATG. Восемь уникальных стилей включают: британский королевский, британский усадебный, британский георгианский, французский Фонтенбло, французский Ривьера, итальянский флорентийский, итальянский тосканский и испанский Марбелья. Площадь каждого здания составляет от 1500 до 1800 квадратных метров, а прилегающий участок — около 2500 квадратных метров, или примерно 4 акра.
Е Ло расплылся в улыбке, будто говоря: «Система, я тебя понял!» Не зря эта награда стояла в одном ряду с Gulfstream G650. Один только титул «первого элитного жилья Шанхая» звучал внушительно. Каждая вилла стоила больше ста миллионов юаней, а фактическая цена продажи, вероятно, была еще выше.
— Какие виллы сейчас свободны? — спросил он.
— В Таньгуне осталась только вилла номер восемь, она же ваша награда. Это вилла в стиле британской усадьбы. Вам достаточно посетить центр продаж Таньгуна, чтобы зарегистрироваться и получить свидетельство о собственности и ключи.
Е Ло так и подмывало тут же сорваться в Шанхай, чтобы взглянуть на свою виллу, но дела удерживали его в Шэньчжэне. Пришлось подавить нетерпение — он займётся этим, как только разберётся с местными вопросами.
Взглянув на время на компьютере, он заметил, что уже за полночь. Однако Чэнь Ифа всё ещё вела стрим. Видимо, победа в конкурсе так её воодушевила, что она не спешила заканчивать, хотя обычно в это время уже отключалась.
"Пользователь 60 уровня ЕЕЕЕЕБогач дарит стримеру Чэнь Ифа 200 ракет!" — высветилось в чате.
Как раз обновился ежедневный лимит расточительства. Е Ло, не церемонясь, отправил 200 ракет, громко заявив о себе на стриме, и напечатал:
"Поздравляю, Фа-цзе! Дела зовут, ушёл."
Лёгким взмахом рукава, не задевая ни облачка, он оставил в чате образ холодного и щедрого богача.
Е Ло собрался быстро ополоснуться и лечь спать, чтобы утром отправиться на встречу с Чжоу Гуном, но тут зазвонил телефон.
Не было необходимости смотреть на имя вызывающего абонента, он знал: в такой час звонить могла только Ань Цянь.
С улыбкой он ответил и, опередив её, сказал:
— Любимая, соскучилась?
— Хмф! — донеслось с того конца.
Она не ответила, лишь слегка фыркнула, так тихо, что звук едва прошёл через телефон. Е Ло на миг опешил, но тут Ань Цянь продолжила:
— Что у тебя за отношения с Фа-цзе? Даже песню ей подарил! Говори правду, скорее! Моя секта проповедует: чистосердечное признание — смягчение наказания, упорство — суровый приговор. Великая Учительница даёт тебе шанс оправдаться.
"Боюсь, чистосердечие приведёт к пожизненному, а упорство — к свободе на Новый год," — подумал Е Ло.
Но вслух он этого не сказал. Глупо было бы так подставляться, тем более что с Фа-цзе у него ничего не было — обычная дружба. Он объяснил:
— С Фа-цзе мы просто друзья. Она недавно подписала контракт с моей компанией, и я пообещал ей песню в качестве условия. Вот и всё.
— Хмф! — снова фыркнула Ань Цянь.
Её удивило, как быстро и чётко он ответил, но в глубине души она ему поверила. Лёгким фырканьем выразив недовольство, она заявила:
— Неважно! Я тоже хочу подписать контракт с твоей компанией.
Е Ло, державший телефон, внезапно почувствовал головную боль. Её тон был точь-в-точь как у ребёнка, который увидел конфету у соседского малыша и теперь требует такую же. Разве хозяйка* компании подписывает контракт с собственной фирмой? (П.п. Дословно - "Жена босса", но в современной интерпритации переводится просто как "Женщина-босс".)
— Глупышка, моё — это и твоё. Ты же будешь хозяйкой! Видала, чтобы хозяйка подписывала контракт с собственной компанией? Вот закончу дела и вернусь в Шанхай — устрою тебе о-о-огромный сюрприз!
Он решил, что поездка в Таньгун станет тем самым сюрпризом, и он возьмёт Ань Цянь с собой.
— Смотри, я не из тех, кого легко впечатлить! Если твой о-о-огромный сюрприз меня не поразит, то хм-хм-хм! — ответила Ань Цянь. Её сердце сладко млело, но голос оставался надменно-горделивым.
— Всё хмыкаешь и хмыкаешь, ещё немного — и станешь поросёнком, — поддразнил Е Ло.
— Сам ты поросёнок! — возмутилась она.
Ань Цянь надула губки, жалея, что этот негодник по телефону не видит её гримасы. В сердцах она буркнула:
— Я обиделась! Мне плевать, что ты там задумал, рассказывай анекдот, чтобы меня развеселить.
Е Ло вспомнил шутку, которую случайно увидел в новостях, и сказал:
— Не сердись, я лучше расскажу тебе историю.
— Рассказывай! — потребовала она.
— Жили-были в лесу два кролика. Одного звали «Я тебя люблю», а другого — «Я тебя не люблю». Однажды «Я тебя не люблю» ушёл из дома. Кто остался? — начал Е Ло.
— «Я тебя люблю»? — не задумываясь ответила Ань Цянь, увлечённая рассказом.
— Я тоже тебя люблю! — подхватил Е Ло.
В ту же секунду Ань Цянь поняла, куда он клонит. Её щёки вспыхнули до самых ушей от смущения.
Она знала, что он нарочно. Сказал, что это история, а сам подловил её вопросом. Ань Цянь, не ожидая подвоха, ответила чисто рефлекторно.
Но в душе она ликовала. Когда они только начали встречаться, она сама призналась ему в любви первой. А теперь впервые услышала «Я тебя люблю» от Е Ло. Пусть не лицом к лицу, но эти слова растопили её сердце. В её глазах засветилась нежность.
Пожелав друг другу спокойной ночи, они попрощались, и Е Ло пошёл в ванную.
Половина первого.
Вдруг послышался звук открывающегося замка. Е Ло, только что вышедший из душа, насторожился. Осторожно приоткрыв дверь комнаты, он глянул вниз, на входную дверь.
Там стоял его отец, Е Юнь, в костюме, с измученным лицом. Е Ло замер, нахмурился и тихо позвал:
— Пап, ты чего так поздно?
Услышав голос, Е Юнь, старательно двигавшийся бесшумно, замер. Подняв глаза и увидев сына, он шёпотом ответил:
— Ты, мелкий паршивец, чего не спишь посреди ночи?
Выбирать день не пришлось — случай сам подыграл. Е Ло собирался найти подходящий момент, чтобы поговорить с отцом о делах компании, и раз уж они столкнулись, он решил не тянуть. Он прошептал:
— Пап, зайди ко мне в комнату, есть разговор.
Хоть Е Юнь и устал после целого дня в компании, но ради разговора с сыном собрался с силами и вошёл в комнату Е Ло.
Взглянув на сына — мокрые волосы, чёткие черты лица, живые глаза, лёгкая щетина, обнажённый торс с намёком на шесть кубиков пресса, излучающий зрелую мужественность, — Е Юнь вдруг осознал, что Е Ло, незаметно для него, вырос.
Обновлено: 19.01.2026