Глава 52 — Глава 20.4

В итоге Линь Шуанхуа все-таки попыталась уговорить Жун Ци остаться на ужин, но он мягко отказался: — Сегодня дедушка дома один, я должен вернуться к нему. — Да, точно. Бабушка в больнице, а старик совсем один, — кивнула Линь Шуанхуа и больше не настаивала. — Я его провожу, — тут же сказала Чэн Ли. На этот раз мать не возражала, даже с легкой улыбкой проводила их взглядом до двери. В лифте оба молчали. Только когда они вышли на улицу, Чэн Ли с облегчением выдохнула, обернулась и спросила: — Ты чего вдруг приехал? Даже не предупредил. Уголки губ Жун Ци приподнялись: — В следующий раз обязательно предупрежу тебя заранее. «А?» Девушка осознала, что он не так понял ее вопрос. Хотела было поправить, но, глядя на его усмешку, подумала: а может, он и не ошибся. Может, нарочно неправильно растолковал ее слова? — Ты так внезапно у нас дома появился… Я была совсем не готова, — пробормотала она. — Чэн Ли. Он снова произнес ее имя в своей привычной, спокойной манере и посмотрел прямо ей в глаза. — Как думаешь, сколько мы еще сможем скрывать то, что женаты? Он смотрел пристально. Не оставлял ни шанса уклониться от ответа. Да… Сколько еще получится это скрывать? А чем дольше тянешь, тем сложнее все будет в конце. — Я думаю, — сказал он, — если мы будем чаще появляться перед родителями друг друга, они со временем сами начнут воспринимать все как должное. Так будет проще. Чэн Ли поняла, к чему он клонит, и кивнула: — Поняла. Метод «вареной лягушки», да? Наращивать и постепенно завоевать расположение у родни. Как лягушка привыкает к повышению температуры пока не сварится, так и родственники привыкнут к присутствию в их жизни нового человека. Мужчина чуть усмехнулся: — Почему же сразу лягушка? Она подняла взгляд. — Максимум… — медленно протянул он, — вареная теща. Те… ща… Эти простые слова заставили Чэн Ли на несколько секунд потерять дар речи. А потом, через несколько секунд, ее щеки залились краской. Почти что моментально ее лицо полностью покраснело. Он произнес это довольно легко, словно всю жизнь так обращался. — Ладно, ты поднимайся, — сказал он. Но Чэн Ли, помолчав, вдруг решилась: — На самом деле я сегодня… сделала одну вещь, за которую мне перед тобой стыдно. Возможно, это тебя даже обидит. — Обидит меня? — в удивлении мужчина приподнял бровь, сразу заинтересовавшись. Чэн Ли рассказала ему о том, как Дун Синь узнал его машину и водителя, а она даже не стала отнекиваться — наоборот, подтвердила и добавила еще пару слов для убедительности. — Я использовала твое имя, чтобы произвести впечатление… Это было неправильно. Жун Ци вдруг перебил: — Использовала? Он мягко посмотрел на нее: — Разве мы не женаты? — Эм… — она моргнула, даже немного растерялась. Он слегка опустил взгляд. Из-за того, как близко они стояли, Чэн Ли ясно видела его густые ресницы. Наверное, именно поэтому она все время чувствовала, что у него взгляд такой глубокий. — Раз уж мы женаты, ты просто сказала правду. Это вовсе не «использовать имя», — спокойно пояснил он. После этих слов Чэн Ли почувствовала, как внутри у нее развеиваются остатки вины и тревоги. — Спасибо, — тихо сказала она, окончательно успокоившись. Он негромко усмехнулся, но спустя секунду добавил, уже в другом тоне: — Хотя… знаешь, моим именем тоже не стоит разбрасываться. Вот этот поворот. Она ошеломленно посмотрела на него. Как он только что так резко сменил тон разговора? Что за манера переобуваться в воздухе? — И что ты хочешь взамен? — поинтересовалась она. Возможно, что она действительно немного перегнула, поэтому должна хоть чем-то отплатить, ведь она воспользовалась его именем. Но не стоит проверять запас добродушия. — Ты готовить умеешь? — прямо спросил мужчина. Она моргнула: — Немного умею… — Я постоянно в разъездах — все время питаюсь или едой в ресторане, или едой на вынос, — он чуть приблизился и заглянул ей в глаза: — Так скучаю по обычной домашней кухне. Чэн Ли все поняла. Так вот в чем заключаются проблемы богатых людей? Но в то же время она не могла не почувствовать к нему сочувствие: он весь день в разъездах и даже не может поесть того, что хочет. — Ладно, беру на себя твое питание, — серьезно сказала она, с трудом сдержавшись, чтобы не положить руку на грудь в знак клятвы. — Когда захочешь поесть, просто скажи мне, когда тебе удобно, — добавила она. Чэн Ли согласилась с легкостью. Хотя вслух она не против оказать такую услугу, в душе Чэн Ли все-таки чувствовала себя немного неуверенно. Нужно время. Причем сейчас! Надо пойти и подучиться у старого отца, который был мастером в домашних делах. Вернувшись домой, она увидела, как папа — Чэн Динбо — заходит в дом. Линь Шуанхуа уже заранее купила продукты, все помыла и нарезала. Осталось только поджарить. Она терпеливо ждала, когда муж снимет обувь и наденет фартук. — Папа, может, я сегодня приготовлю? — предложила Чэн Ли. — Ты будешь готовить? — Чэн Динбо посмотрел на нее с таким изумлением, словно солнце вдруг взошло на западе. Но Чэн Ли считала, что лучше поздно, чем никогда. Она решила: пусть и в последний момент, но это тот шанс, который ей нужен. Отец и дочь засучили рукава и вместе принялись за дело. В итоге оказалось, что, к счастью, Чэн Ли не была совсем неумелой хозяйкой, у нее все-таки были некоторые кулинарные навыки. Увидев, как оба члена ее семьи возятся на кухне, Линь Шуанхуа тоже подошла и начала беседу. Разговор, конечно же, снова зашел о Жун Ци — о его сегодняшнем визите. — Этот Жун Ци, — прищурился Чэн Динбо. — Это не тот ли твой сверстник и бывший одноклассник, который сейчас уже стал миллиардером? Чэн Ли: «...» Очень точно подмечено. А Линь Шуанхуа в этот момент уже вовсю пела дифирамбы: какой он успешный, красивый, скромный, при этом уважает учителей, не забывает свои корни, несмотря на положение. Чэн Ли, помолчав, вдруг спросила: — Мам, а как тебе идея, если бы он стал твоим зятем? Раздался грохот. Из рук Чэн Динбо выпала лопатка для жарки и с шумом упала на пол. Линь Шуанхуа, стоявшая у двери кухни, прищурилась: — У тебя действительно смелая фантазия… И добавила, словно невзначай: — Я бы и во сне не осмелилась такое себе представить. Чэн Ли: «...» ______ Автору есть что сказать: Жун Ци (мысленно): Теща, не надо мечтать. Все уже устроено.