Когда Чэн Ли приехала в офис, только тогда заметила уведомление в WeChat.
Телефон все утро был в сумке — вот и не увидела его сразу.
[Жун Ци: Я поехал в Пекин по работе.]
[Жун Ци: Решение было спонтанным.]
[Чэн Ли: Ты только что вышел из самолета??]
[Жун Ци: Сегодня утром в Пекине был туман, рейс задержали. Только приземлились.]
Значит, он написал ей сразу после посадки, чтобы сообщить о своем приезде.
Чэн Ли прикрыла рот рукой, но губы уже расплылись в широкой улыбке.
[Чэн Ли: А на сколько дней ты уехал? Когда вернешься?]
[Жун Ци: ?]
Чэн Ли не поняла, что он имел в виду этим вопросительным знаком.
Разве она спросила что-то запретное? Может, сроки его возвращения — коммерческая тайна?
[Жун Ци: Мой рейс вылетел в шесть утра. Фактически я покинул Шанхай всего три часа назад.]
Эти слова буквально ошарашили ее. Как бы она ни старалась игнорировать подтекст, она все равно уловила скрытый смысл:
«Я уехал всего три часа назад, а ты уже так по мне скучаешь?»
Чэн Ли задумалась: в старшей школе у Жун Ци точно не было таких нарциссических наклонностей. Или это профессиональная деформация всех успешных людей?
Она решила не отвечать и уже собиралась закрыть мессенджер, как телефон снова завибрировал.
[Жун Ци: Надеюсь, у тебя сегодня все будет хорошо.]
Чэн Ли посмотрела на сообщение и вспомнила про свое повышение.
Она усмехнулась и ответила:
[Чэн Ли: А тебе желаю удачной командировки.]
На этот раз Жун Ци ответил мгновенно.
[Жун Ци: Это чтобы поскорее вернуться в Шанхай, верно?]
Чэн Ли: «...»
***
В 9:30 утра в компании началось совещание.
Все сотрудники уровня среднего менеджмента и выше собрались в конференц-зале, разумеется, за исключением тех, кто был в командировке.
Жэнь Куан был в центре, слева от него находился Гао Чжихэ, который сидел с хмурым лицом.
Сначала обсуждали текущий прогресс проекта.
Как руководитель команды, Чэн Ли выступила с кратким отчетом, в котором двадцать минут рассказывала о достигнутом и ключевых технических трудностях.
Под конец собрания Жэнь Куан заговорил:
— Наверняка вы уже заметили кадровые изменения. Господин Юй Чэн покинул нас на прошлой неделе, и с тех пор должность главного архитектора оставалась вакантной.
Он еще не назвал имени, но сердце Чэн Ли сразу забилось чаще.
С противоположной стороны на нее с особым выражением посмотрел Гао Чжихэ.
Она изо всех сил старалась держать лицо невозмутимым.
— В интересах дальнейшего развития компании я решил назначить Чэн Ли новым главным архитектором.
Едва он произнес это, в зале вспыхнули аплодисменты.
Чэн Ли положила ладони на край стола, чтобы незаметно найти дополнительную опору, и спокойно встала. Сначала посмотрела на Жэнь Куана:
— Благодарю вас за доверие и предоставленную возможность, генеральный директор Жэнь. Спасибо всем коллегам за поддержку и за постоянную помощь. На новом посту я продолжу работать с той же самоотдачей и поведу команду вперед.
Аплодисменты снова наполнили зал.
После окончания совещания Жэнь Куан попросил Чэн Ли зайти к нему в кабинет.
— Теперь ты можешь работать спокойно, — с улыбкой сказал он.
— Я всегда работала спокойно, — ответила она, слегка улыбнувшись.
Жэнь Куан посерьезнел:
— Кстати, хотел с тобой кое-что обсудить. Насчет масштабирования нашей системы автопарковки. Я уже вышел на несколько автоконцернов, но наша компания пока слишком малоизвестна. Они не очень заинтересованы в сотрудничестве.
Это было неудивительно. Но с этим ничего не поделаешь.
— В чем сейчас загвоздка?
— Один из представителей все же согласился встретиться с нами завтра вечером. Я подумал, что ты — лучший вариант, кого стоит взять с собой.
— Я?.. — удивилась Чэн Ли.
Она практически никогда не участвовала в подобных встречах. Ее зона ответственности — технологии, не деловые переговоры.
— Раньше — да. Потому что у тебя не было должности. А Юй Чэн, хоть и выглядел как сухарь, за рюмкой был просто профи, — с усмешкой сказал Жэнь Куан. — Чэн Ли, в Китае бизнес до сих пор решается за столом и за распитием алкоголя.
Чэн Ли кивнула, соглашаясь.
***
На следующий вечер ей позвонил водитель. Вчера утром он подвозил ее и взял номер для связи.
— Сегодня у меня деловая встреча, вернусь поздно. Не ждите, я потом сама такси вызову, — тихо сказала она.
— Вот тогда точно нельзя! — всполошился водитель. — Если вы вдруг выпьете, как потом на такси одна поедете? Вам точно нужен проверенный человек рядом в такое время!
Но так как она ехала с Жэнь Куаном, было неловко брать с собой еще и водителя.
Водитель, хоть и с сомнением, все же согласился.
Вечером Чэн Ли приехала в клуб «Минцянь»* вместе с Жэнь Куаном, его помощницей Хань Сяолинь и менеджером по маркетингу Лю Минъи.
П.п.: можно перевести как «Перед рассветом» или «Предрассветный». Это изысканное название, отсылающее к высшему сорту чая, который собирают до праздника Цинмин — «до начала весны». Такое имя создает ассоциации с элитарностью и утонченностью.
Клуб был оформлен в стиле традиционного садового павильона: любимый тип интерьера у солидных бизнесменов.
В зале висели старинные шестиугольные фонари, стояла расписная ширма с пейзажами. Свет — мягкий, приглушенный.
— Не думал, что главный архитектор Fanhai окажется не только такой молодой, но и такой красивой, — усмехнулся кто-то после представления Чэн Ли.
Сначала разговоры были сдержанными и разговаривали о работе на деловые темы: обсуждали проекты, технологии, бросались терминами и формулировками.
Но стоило алкоголю потечь свободнее, как атмосфера сменилась на гораздо менее формальную.
Кто-то уже не мог дождаться, чтобы поднять тост за Чэн Ли и ее назначение.
Хотя Лю Минъи, сидевший рядом, старался прикрывать ее от излишнего алкоголя, принимая удар на себя, Чэн Ли все равно пришлось выпить четыре или пять стопок.
— Госпожа Чэн, вы не только красива, но пьете очень хорошо, — похвалил представитель автокомпании, поднимая бокал. — Сегодняшняя встреча получилась очень приятной.
Жэнь Куан, заметив, что собеседник, похоже, готов к диалогу, бросил в сторону Чэн Ли выразительный взгляд.
Чэн Ли неохотно взяла рюмку и снова чокнулась с гостем.
После этого ей действительно стало нехорошо, и она воспользовалась выдуманным поводом, чтобы выйти в туалет.
Ассистентка Жэнь Куана, Хань Сяолинь, тут же поспешила за ней.
Когда Чэн Ли вышла из кабинки, Сяолинь обеспокоенно спросила:
— Тошнит?
— Не могу вырвать, — качнула головой Чэн Ли.
Щеки ее порозовели, и этот румянец делал ее лицо особенно ярким и цветущим — будто весенний цветок на фоне светлой кожи.
Хань Сяолинь даже немного замерла, залюбовавшись.
Обновлено: 03.02.2026