Когда Жун Ци уехал в Шэньчжэнь, Чэн Ли вернулась к рутине: дом — работа, работа — дом. Как будто решила поставить чувства на паузу.
Каждый вечер, задерживаясь в офисе допоздна, она пряталась от самой себя. Даже Линь Шуанхуа — ее мама, которая интуитивно чувствовала ее состояние — уже несколько раз пыталась задать вопрос про Сюй Цзихэна, но каждый раз осекалась.
А Чэн Ли просто... ушла в работу.
В этот вечер она снова задержалась — на часах было уже за полночь. Когда она выключила компьютер, в офисе уже никого не осталось. Только легкий гул кондиционера и тихий звук собственных шагов сопровождали ее до выхода.
Плюс позднего возвращения домой — такси всегда свободны.
Она быстро нашла свободную машину и, едва коснувшись спиной сиденья, почувствовала, как усталость окутала ее плотным одеялом. Все тело ныло от напряжения, веки налились свинцом.
— Девушка, почти приехали, — раздался голос водителя, выдергивая из дремоты.
Чэн Ли с трудом разлепила глаза и посмотрела в окно.
— Да, спасибо. Я остановите здесь, — пробормотала она, после чего медленно вышла из машины.
Пока шла по знакомой дорожке, ведущей мимо сада, то она по привычке подняла голову — взглянуть на окна наверху. Место, где жила бабушка Жун Ци… Обычно в это время всегда было темно, но сегодня горел свет.
Сердце Чэн Ли дрогнуло.
Жун Ци вернулся?..
Вряд ли старушка задержалась до такого времени и не легла спать.
А ведь он точно говорил, что вернется через несколько дней…
Но не успела она додумать мысль до конца, как из глубины раздался приглушенный голос, зовущий на помощь.
Голос был слабым и звучал не очень отчетливо.
Она застыла.
Она ведь не ослышалась… правда?
—Бабушка Сян? — позвала Чэн Ли, не придумав ничего другого, а после постучала в дверь у входа.
Чэн Ли напряглась, стараясь уловить звук.
И он повторился.
Спустя несколько мгновений изнутри донесся шорох, тяжелые шаги — кто-то, шатаясь, подошел к двери.
— Спасите… помогите…
— Дедушка Жун?! — Чэн Ли сразу узнала силуэт, едва он появился в проеме. — Что случилось?!
Голос старика дрожал от волнения:
— У бабушки Сян прихватило сердце… она упала в обморок…
Он только успел отворить дверь, а Чэн Ли уже стрелой взлетела по лестнице на второй этаж, не став дожидаться, когда он отведет ее.
Вбежав в спальню, она увидела: бабушка Сян лежит на кровати, лицо белое, как фарфор.
— Бабушка Сян! Бабушка Сян! — она трясла плечо старушки, но та не реагировала.
Чэн Ли не могла терять ни секунды. Схватила телефон и набрала 120. Ладони вспотели от напряжения.
— Что же делать, что делать.... — дедушка Жун стоял по другую сторону кровати, держа бабушку Сян за руку, паникуя и чуть не плача.
В это время девушка дозвонилась и вызвала скорую, сообщив адрес и попросила их поторопиться.
На другом конце подтвердили вызов.
После этого Чэн Ли тут же повернулась к дедушке:
— Все будет хорошо! Дедушка, не бойся! Скорая помощь выехала, они уже в пути!
Она старалась говорить уверенно, но пальцы дрожали, голос едва не срывался. Она не была медиком. Не знала, можно ли трогать бабушку или нельзя… Все, что могла — оставить ее в том положении и молиться, чтобы скорая приехала как можно быстрее.
Прошло ли пять минут? Или десять? А может, двадцать? Чэн Ли не знала. Время стало вязким, как патока, каждое мгновение казалось вечностью.
И вдруг — пронзительный звук сирены расколол ночную тишину.
Она подскочила на ноги.
— Я пойду встречу скорую! — крикнула на бегу и помчалась вниз.
Очень быстро санитары зашли в дом, они аккуратно уложили бабушку Сян на носилки и вынесли к машине. К счастью, пока ждали, Чэн Ли попросила дедушку найти медицинскую карту бабушки. Все документы были приготовлены.
— Кто из родственников поедет с нами? — спросил один из медиков.
Дедушка шагнул вперед, но на полпути остановился, растерянно взглянув на Чэн Ли. Он был потрясен, не уверен, растерян, как ребенок.
Чэн Ли не раздумывала:
— Можно поехать вдвоем?
— Хорошо. Залезайте.
В больнице бабушку увезли в реанимацию. Чэн Ли осталась с дедушкой Жуном в коридоре. Он молча сидел, сгорбившись, сжимая подлокотники стула. Время тянулось бесконечно.
Чэн Ли не отрываясь смотрела на двери с табличкой «отделение реанимации», потом тихо спросила:
— Дедушка… а Жун Ци вернулся в Шанхай?
— Нет, — покачал головой тот, голос старика звучал устало и беспомощно. — Вчера она звонила ему… он сказал, что задержится и вернется только через два дня…
Чэн Ли сжала телефон в руке, сделав глубокий вдох.
— Нам надо ему сказать.
В случае чего... Он должен знать.
— Но ведь она всегда просила нас не беспокоить его, — дедушка замялся. — А сейчас уже так поздно…
— Но она в реанимации! — тихо, но твердо сказала Чэн Ли. — Если не сейчас, когда?
Если с ней что-то случится, и он об этом узнает слишком поздно…
Она не говорила, не желая пугать и так измотанного старика, но он должен понять: их внук никогда себе не простит, если не приедет.
Эта пожилая пара вырастила Жун Ци. Для него эти двое — вся семья, самые близкие люди во всем мире.
Больше не колеблясь, она сделала вызов в WeChat.
Гудки.
Раз. Второй. Третий.
На последнем звонок был принят.
На экране появился уставший мужчина, голос которого звучал неожиданно радостно:
— Чэн Ли?
В ответ девушка прошептала:
— Жун Ци… бабушка Сян сейчас в реанимации…
На том конце раздался звук, будто что-то упало.
— Что?! Что случилось?
— Не волнуйся. Врачи сейчас делают все возможное, — тихо, но четко произнесла Чэн Ли. — Я просто подумала, что в такой ситуации… ты должен быть в курсе.
На той стороне можно было ощутить беспокойство.
— Спасибо тебе… Ты сейчас в больнице? — голос Жун Ци звучал напряженно, в какой-то момент даже дрогнул.
— Да. Мы с дедушкой ждем ответа возле реанимации.
— Я немедленно выезжаю.
— Подожди, — поспешно сказала Чэн Ли, тревожно представив, как он в панике мчится ночью через весь город, попутно создавая проблемы другим водителям. — Пожалуйста, не торопись. Я все время рядом, буду ждать ответа здесь.
На том конце движение прекратилось и звуки стихли. Только его сбивчивое дыхание прерывало тишину.
— Не бойся, — прошептала она, и ее теплый голос, словно укутал его, успокаивая страх и тревогу.
Обновлено: 03.02.2026