Они были похожи на Вринта-Врола, которого мы видели, как братья-близнецы. А может я расист и для меня все демоны на одно лицо? В любом случае, выглядели эти архаровцы впечатляюще. Огромные костяные наплечники с шипами, наколенники с изображением черепа, кованые сапоги, внушительный нагрудник с изображением какого-то зверя. Видимо, последний изображал принадлежность кабиридов к определенному легиону.
– Стойте, откуда вы? – спросил один из них.
???
Призыватель
???
???
– Из Отстойника. Прибыли два часа назад. А через час уберемся отсюда.
– Очень уж вы похожи на лазутчиков архалусов.
– Мы очень похожи на тех, кто скажет Урфулу, что его бездари не пропускают Игроков в общину.
– Проходите, – недовольно отозвался кабирид.
– Урфул неплохой демон. В сравнении с остальными, конечно, – объяснила мне Рис, – Игроков никогда не притесняет. Понимает, что против него могут ополчиться многие. А их разборки с архалусами – это только их разборки.
Хм, не удивлюсь, если окажется, что этот Урфул еще и светлый. Как же тут у них все перемешалось. Я размышлял о превратностях судьбы, разглядывая город. Либо он самый малонаселенный, либо все ушли на войну. Частые патрули кабиридов и редкие горожане из оранжевокожих. Последние смотрели на нас с нескрываемой неприязнью.
– Немного тут народа.
– Все перги, что успели, скрылись в окрестных деревнях. Остались те, кому некуда идти. Или кто служит демонам. Война тут странная. Поборятся они за этот городишко месяцок, а потом бросят, перекинувшись на другой. Вот перги и вернутся.
– Перги – это местные?
– Да, но никто не говорит «пургаториане». Просто перги.
– Они прям как люди. Только оранжевые.
– Солнце тут такое, – указала рукой Рис на светило, – с виду как у нас. А на деле вон...
– Подожди, я только сейчас понял. Они понимают, что мы Игроки?
– Конечно, здесь же нет охранных столпов.
– Так, что еще за охранные столпы? – я даже на месте остановился.
– Они вроде как аккумулируют магическую энергию. В ряде миров они массово отводят глаза обывателям. Но в Пургаторе столпы давно разрушены. Издержки перманентной войны.
Чем дальше, тем интереснее. Я разглядывал этот застрявший в раннем средневековье город. Многие из нас влажно мечтают, как они бы жили в эпоху рыцарства: прославляли короля, приводили придворных дам в восторг. Я шел босыми ногами по грязной мостовой, чувствовал едкий запах мочи и единственное, что сейчас хотел больше всего – вернуться домой.
– Туда, – потянула меня за собой Рис.
«Туда» – оказалась горой. В прямом смысле этого слова. Дорога упиралась в небольшие ворота в скале и уходила вправо, к замку. Но Рис уверенно пошла вперед. Про то, что это и есть местная община я догадался сразу – игроки разных рас, немного домов, парочка корлов на входе. Те, кстати, радостно кивнули мне, как старому знакомому.
Свет сюда пробивался через отверстие в верхушке горы. Его будто спилили огромным металлическим диском. Чудеса.
– Когда начинается заваруха, община просто закрывает ворота и все. Они зачарованы, поэтому не пробьешь. Да никто и не пытается. Я же говорю, кабириды с архалусами отдельно, Игроки отдельно. Пойдем, нам туда.
Она указала на один из домиков. Судя по прибитой вывеске с изображением колбы, здесь обитал алхимик. Дверь подалась тяжело, словно сопротивляясь нашему появлению. Да и внутри оказалось темно.
– Есть кто живой?
– С такими словами в склеп входят, а не в лавку, – послышалось во тьме.
Вместе со светом и шарканьем к нам вышел невысокий человечек. То ли карлик, то ли гном. Непонятно. Себе дорогу он освещал лампой. Только внутри нее находился не керосин, а некое крохотное существо с крылышками. Изредка оно билось о стекло и в это мгновение испускало еще больше света.
– Рис, это ты, – обрадовался он, – как тебя занесло в нашу дыру?
– Вот его благодари, – девушка осторожно села на стул возле стойки, – Тартр, мне нужна эссенция Заживления.
– Где ж я ее тебе возьму, – развел руками хозяин. – Покажи, что там у тебя?
Рис вновь оказалась в топе. Бинты за время нашего похода пропитались кровью и теперь были грязно алыми. Да, хреново ей, похоже.
– У… – протянул Тартр, осторожно разматывая бинты, – кто ж тебя так?
– Доминант. В Долине Безмолвия.
– Немудрено. Кто ж под такой луной там шляется. Ох как. Подмагичила себя, смотрю? Ну не так все и страшно. Сейчас, есть у меня одна мазь… Брета!
Его голос вдруг стал настолько противным и визгливым, что я в вздрогнул. А потом содрогнулся еще раз, когда с такой же интонацией Тартру ответили из глубины магазина.
– Что??
– Принесли Элуфреву мазь!
– Она кончилась.
– И в кладовой?
Секундной замешательство.
– Да!
– И в лаборатории?
Едва слышное шарканье ног.
– Да!
– И в подвале с реагентами?
Падение тяжелой крышки и скрип лестницы.
– Да!
– Тогда посмотри в шкафу.
Я усмехнулся. Мне они напомнили пожилую супружескую пару, у которых все запасено на несколько лет вперед. Причем, неважно что – туалетная бумага, мыло, гречка, соль.
На счет пожилой супружеской пары я угадал. Брета оказалась той же расы, что и Тартр. Она – Травница, он – Алхимик-экспериментатор. Семейный подряд.
– Здравствуй, Рис, – ответила она бесцветным голосом.
На меня даже не взглянула. Поставила склянку с густой вонючей субстанцией и собралась уйти.
– С парнем что? – указал хозяин на меня.
– Ногу порезал. И рана небольшая на руке должна быть.
– Брета, надо промыть.
– Игрок, чай не умрет.
И только тут до меня дошло, что свечения вокруг травницы не было. Она обыватель!
– Брета, просто принеси воды.
Хозяйка что-то еще пробурчала, но ушла вглубь дома. Вернулась уже с кувшином воды и тазиком. Указала, куда сесть и стала мыть мне ноги. Чувствовал я себя, мягко говоря, неудобно. С детства привык обслуживать себя сам. Однако момент протеста явно упустил. И четыре секунды тут проблему не исправят.
Тартр тем временем нанес мазь на рану Рис. Подождал немного времени и стал убирать тряпкой. Вот это да – все затянулось за несколько мгновений. И никаких снопов искр, сполохов огня и прочих спецэффектов. Самая мощная магия оказалась делом будничным.
– Давай сюда, – нагнулся старик ко мне, – пф, царапины. И плащ свой снимай.
Мазь по ощущениями была холодной. Но, что еще хуже, мерзко пахла. Вот она чудовищная вселенская несправедливость в действии. Хочешь лечиться – пей противное и горькое. Хочешь похудеть – ешь безвкусное и по часам. Ужас какой.
– Вот, теперь все. Что ж ты, парень, босиком шастаешь?
– Получилось так.
– Брета! Принеси Солофоновы сапоги.
Обновлено: 15.02.2026