— Так значит, эти япошки посмели играть с акциями нашей компании? И ради этого они так отделали Гёнхо?
Отец, узнав от допрошенного пленника истинную причину нападения на брата, пришёл в неописуемую ярость. Он не стеснялся в выражениях, то и дело выплёвывая грубое «япошки».
Суть допроса мало чем отличалась от того, что я помнил из прошлой жизни. За всем стояла беспринципная японская инвестиционная компания, наживавшаяся на фьючерсах, опционах и коротких продажах, разоряя фирмы и слабые государства.
Схема была проста: снюхавшись с одной из местных брокерских контор, они заранее открыли короткие позиции по фьючерсам «Тэян Групп». Нападение на Гёнхо должно было обрушить котировки, позволив им сорвать куш на падении. Затем они планировали закрыть позиции, закупиться в лонг и выпустить новость о том, что наследник в безопасности. Акции пошли бы вверх, и они заработали бы во второй раз.
Вот почему в прошлом Гёнхо выжил после теракта — убивать его изначально не входило в их планы. Им нужно было, чтобы он остался жив, иначе они не смогли бы нажиться на обеих фазах колебания рынка. К тому же они вряд ли рискнули бы навлечь на себя безумный гнев «Тэян Групп», потерявшей преемника.
Я и раньше знал виновных, но подробности этой грязной игры были мне неведомы. Слушая рассказ ублюдка, я почувствовал, как внутри что-то оборвалось.
— Что прикажете делать, отец? — спросил я, пнув ногой в бок скорчившегося на мраморном полу пленника, который уже пускал пену изо рта.
Надо признать, парень оказался крепким и пытался держаться до последнего. Но его беда была в том, что допрос вёл я — бывший спецназовец, прошедший через ад иного мира и в совершенстве овладевший бесчеловечными методами пыток.
Я не мог калечить его слишком явно на глазах у отца, поэтому лишь слегка «поработал» с его мышцами и суставами. В итоге он сам умолял о смерти. Когда допрос закончился, я просто вывихнул ему коленную чашечку, а остальные повреждения подлечил исцелением. Не стоило выносить полутруп из кабинета председателя «Тэян Групп».
— Будь моя воля, я бы их всех на куски разорвал. Но давай действовать наверняка. Нужно вырвать эту заразу с корнем.
— Как скажете, отец. Стоит вам дать отмашку, и я всё улажу.
— И всё же, не берись за такую грязную работу лично.
— Слушаюсь.
Я повернулся к брату, который сидел в стороне, явно шокированный услышанным.
— Если хочешь выпустить пар, можешь его немного попинать.
Гёнхо замахал руками:
— Ты и так его отделал, куда мне ещё? Слушай, Сухо... Ты будто в людях людей перестал видеть. Он же в кашу превратился, а ты предлагаешь добавить. Жестокий ты человек.
— Неужели?
Тут в разговор вмешался отец:
— Вовсе нет. Иногда нужно быть жестоким. Директор Чха, запомни: если не убьёшь врага ты, он убьёт тебя. Давить гадов нужно до конца.
Гёнхо, обладавший более мягким характером, неохотно кивнул:
— Да, я понял.
Континент Привис, где сила была единственным мерилом. Там мощь означала право на жизнь и выживание. Видимо, годы, проведённые в том мире, наложили свой отпечаток, и мои действия казались брату чересчур резкими. Если даже Гёнхо, обычный человек, так считает, то и в глазах остальных я выгляжу так же.
Южная Корея — правовое государство, здесь чтут законы. Мне стоит быть осмотрительнее. Это не значит, что я изменюсь, просто нужно действовать тише и не попадаться. Впрочем, обладая такой силой, я не собираюсь пресмыкаться. После Великого Перелома мир изменился: новые социальные классы строятся на способностях пробуждённых. Теперь сила решает всё. Если что-то пойдёт не так, я просто переверну этот стол. Главное — не плодить лишних слухов.
В этот момент у отца зазвонил телефон.
— Да, отец, это я.
Дедушка. Видимо, ему уже доложили о поимке преступника.
— Да, взяли. Как раз Сухо зашёл в офис. Это японская инвестиционная компания. Пытались обвалить наши акции. Да, так и сделаем. Сухо? Он здесь. Передаю трубку. Сухо, это дедушка. Поговори с ним.
Я взял телефон.
— Да, дедушка.
— Ну что, младший, сдержал обещание?
— Так уж удачно совпало.
— Небо и предки помогли! Если бы тебя не оказалось рядом, быть беде. Что ж, теперь моя очередь держать слово. Начинай то дело, о котором говорил. Расходы я беру на себя.
— Спасибо, дедушка. Я вас не подведу.
— Молодец! Заканчивай там и дуй сюда. Сходим на рынок Пёнчхон, поедим сундэ.
— С удовольствием. Скоро буду.
— Жду. Конец связи.
— До встречи.
Отец, слушавший наш разговор, уточнил:
— Речь о ЧВК?
— Да. Дедушка в добром расположении духа, раз я выполнил свою часть сделки.
В том деле не было ни зацепок, ни свидетелей. Не окажись я сегодня в офисе, всё могло закончиться трагедией. Удача была на нашей стороне, и дедушка не мог этого не оценить.
— Тогда и я внесу свою лепту. Дам указание юристам, пусть подготовят документы.
— Буду благодарен.
— В названии должно быть «Тэян», верно? Всё-таки дочерняя структура.
— Хм, точно. Но давайте сделаем его более международным, на английском. Как насчёт «Пылающее солнце»? Burning Sun!
Брат в ужасе замахал руками:
— Ты с ума сошёл?! Только не Burning Sun!
Видя его перекошенное лицо, я решил подлить масла в огонь:
— Что, не нравится? Тогда «Восходящее солнце»! Sun Up!
— Боже, у тебя напрочь отсутствует вкус. Это же название сока!
— А что, звучит свежо. Ладно, раз мы будем защищать «Тэян Групп», как насчёт... Sun Guard?
— Сухо, умоляю, прекрати... — выдохнул брат, чьё терпение было на исходе.
Отец, чьё лицо становилось всё мрачнее по мере моих предложений, отрезал:
— Ладно, над названием подумаем мы с братом. И вот ещё что, Сухо: когда у тебя родятся дети, даже не думай называть их сам. Имена дам я.
— Да я же просто шучу, отец...
— Помолчи.
М-да, кажется, с шутками я переборщил.
В предрассветных сумерках, когда бледная луна едва проглядывала сквозь облака, мы втроём начали восхождение на гору.
— Эх! Давно я не выбирался в горы ночью. Красота!
— Заткнись, придурок! Ты основы скрытности забыл? Куда весь твой опыт делся?
— Чего ты завёлся? Сам-то не лучше.
— Ты уже уволился, а всё ещё дерзишь старшему по званию? Закончим дело — я тебе устрою проверку. Видимо, ты забыл, как в слезах стоял на голове на крышечке от зубной пасты.
— Давай, попробуй! Месяц разницы в призыве — это не старшинство!
Как же они шумят.
— Мастер-сержант Ли, мастер-сержант Ким. Может, потише?
Ким Хочхоль, который был младше на месяц, проворчал:
— Командир, ну честное слово, доставать из-за одного месяца — это уже слишком. Тем более мы больше года как на гражданке.
— За этот месяц я намотал на тысячу кругов по плацу больше тебя и съел на сотню мисок каши больше, — парировал Ли Джунчхоль.
Снова они за своё. Столько лет прошло, а ведут себя как дети. Я не выдержал и повысил голос:
— Братья Чхоль. Я служил меньше вашего, может, мне тоже стоит проявить к вам «уважение»? Я ведь и по возрасту младше.
Услышав мой тон, оба мгновенно подобрались. Они прекрасно знали мой характер и навыки ещё со времён службы в КСО, поэтому их взгляды тут же изменились.
— Никак нет! Командир однажды — командир навсегда!
— Всё верно! У нас старший тот, кто сильнее!
Эти двое были моими ровесниками и сослуживцами по спецназу. Когда я задумался о создании ЧВК и перебирал в памяти своё прошлое, их имена всплыли первыми. Оба пять лет подряд входили в десятку лучших бойцов Командования специальных операций. Их подготовка была эталонной. Позже их перевели в 707-й батальон, но мы не теряли связи.
Я взял их с собой, чтобы проверить в деле. Хоть они и отдыхали год, их уровень был недосягаем для обычных бандитов. К тому же я знал, что скоро они оба пробудятся и получат ранг А. Это был настоящий джекпот.
Завербовать их оказалось легко: оба с трудом адаптировались к мирной жизни и сидели без дела. Главный их плюс — мы понимали друг друга с полуслова. Минус — их вечные детские перепалки.
— Давайте жить дружно. Мы кровью связанные братья, так что соблюдайте субординацию. Понятно?
Несмотря на то что я был младше, по званию я стоял выше, поэтому говорил с ними в привычной полуформальной манере. Мы шли по хребту горы в Кванджу, словно на прогулке.
— Противник серьёзный. Разрешаю использовать холодное оружие. Можете ломать конечности, но не убивайте. Лишние трупы нам ни к чему.
— Есть, командир.
— Сделаем в лучшем виде.
Я мельком взглянул на Хочхоля. С его габаритами — а он выглядел так, будто жмёт килограммов семьсот — маленький топорик на поясе смотрелся комично. И зачем он так коротко подстригся? А борода? Вылитый разбойник из маньчжурских степей.
Джунчхоль же, напротив, был среднего роста и худощав. Но тот, кто судил бы о нём по внешности, совершил бы роковую ошибку. Хладнокровие, скорость, точность и скрытность — он был идеальным инструментом для спецопераций. Но рядом с Хочхолем он неизменно превращался в комедийного персонажа. Видимо, сказывалась близость — они вместе не раз смотрели смерти в лицо. Потому я и прозвал их «Братьями Чхоль». Они могли грызться до хрипоты, но это было высшим проявлением взаимного доверия.
Сегодня в моих руках был лишь армейский нож, но я уже предчувствовал запах крови.
— Кстати, если есть на примете толковые ребята из уволившихся, предлагайте. Из UDT тоже подойдут.
— А из других подразделений?
— Неважно откуда. Но костяк боевых групп составим мы и UDT. Если придут из разведки или других спецслужб, отправим их в аналитику и сбор информации, чтобы вы не пересекались. Если собрать всех в одну кучу, начнутся тёрки, так что лучше формировать отряды из выходцев из одной среды.
— Есть пара знакомых из UDT по совместным учениям. Я узнаю.
— Только выбирайте лучших. Нам не нужны хвастливые пустышки.
— Само собой.
— Полагаюсь на вас.
Мы почти добрались. За лесистым гребнем открылся вид на широкое водохранилище, скрытое от посторонних глаз. В лунном свете чёрная вода едва колыхалась. На берегу виднелось нечто вроде крупного учебного центра. Несмотря на поздний час, в окнах горел свет.
По информации от того ублюдка, здесь находилась их передовая база. Численность — около пятидесяти человек. Удар по этому месту должен был заставить зашевелиться их штаб в Японии.
Самое интересное, что под маской инвестиционной компании скрывалась группа наёмных охотников. Это не была официальная гильдия, скорее отряд «решал» для деликатных поручений. И, по слухам, здесь находился как минимум один охотник, присланный из Японии.
После сегодняшнего столкновение с этой группировкой станет неизбежным. Видимо, они решили, что в нашей стране нет достойных охотников, раз позволяют себе такое. Если они встанут у меня на пути, мне плевать на их гражданство.
Я достал из портупеи два карамбита и сжал их в руках.
— Если увидите кого-то похожего на охотника — немедленно отступайте.
Двое бойцов, уже нанёсших на лица чёрный камуфляж, молча кивнули. В их глазах не было страха. Они знали: если японский охотник дёрнется, он труп. Они верили в меня безоговорочно.
Я обвёл их взглядом и скомандовал:
— Выдвигаемся.
Джунчхоль и Хочхоль, словно тени, разошлись в разные стороны и растворились во тьме. Я последовал за ними.
Обновлено: 23.01.2026