Чжан Вэнь стоял у входа в учебный центр, провожая взглядом удаляющихся студенток, и наконец позволил уголкам губ подняться вверх.
В сознании его возникла картина: его будущая тёща, разглядывающая результат УЗИ, с остолбеневшим от непонимания лицом.
Зрелище — закачаешься!
Немного позабавив себя этим, он снова стал серьёзен.
Чжан Вэнь отлично понимал: то, что ему удалось срубить бабла, — всецело заслуга прадеда, и теперь пришла пора отблагодарить старика.
Так что, оседлав общественный велосипед, он отправился на оптовый рынок, расположенный неподалеку, обошёл его и наконец нашёл лавку, торгующую определёнными товарами.
— Хозяин, есть изображения Владыки Вэньцюя? — спросил Чжан Вэнь, оглядывая прилавок.
На полках стояло множество статуй и картин: и Будда, и Гуаньинь, и Бог Богатства, и Бог Долголетия — вот только его прадеда не было.
— Владыки Вэньцюя? Нету.
Хозяин обернулся и указал на статую позади себя.
— У меня есть Владыка Вэньчан, не желаете?
— Не надо, — решительно помотал головой Чжан Вэнь и уже собрался уходить.
Увидев это, хозяин поспешил вперед, преградил ему путь, внимательно оглядел и спросил:
— Братец, судя по твоей стати, изображение Владыки ты для поступления в артисты ищешь?
Чжан Вэнь усмехнулся и поднял большой палец.
— Хозяин, метко ж вы приметили.
Торговец тут же воспрял духом и, оживлённо жестикулируя, принялся вещать:
— Братец, тогда я тебе популярно разъясню…
— Владыка Вэньчан — это божество, ведающее литературным счастьем и экзаменами всех учащихся Поднебесной, зовётся «Богом экзаменов».
— Владыка Вэньцюй, хоть и тоже связан с литературным счастьем, — всего лишь одно из низших божеств в подчинении у Владыки Вэньчана. Поклоняться Вэньчану куда действеннее, чем Вэнь-цзюю.
— Слушай меня, бери Вэньчана.
Поняв, что хозяин человек искренний, Чжан Вэнь ответил:
— Хозяин, вы всё верно говорите, но «чиновник за тридевять земель не сравнится с местным начальником». Владыка Вэньчан, конечно, высокого ранга и могущественный, но он меня не знает. А Вэньцюй, хоть и пониже рангом, может меня опекать.
Хозяин лавки застыл на месте, слушая с остолбеневшим видом.
Ему показалось, что хоть он и хорошо разбирается в иерархии божеств, но этот паренёк куда лучше него разбирается в жизненных реалиях.
Однако, желая заполучить почти уплывшие из-под носа деньги, он принялся предлагать другое.
— Братец, у меня ещё есть Манджушри, тоже воплощение мудрости, зовётся «Буддой обязательной сдачи экзаменов». Не важно, знает он тебя или нет — всех без разбора спасает. Может, возьмёшь, попробуешь?
Чжан Вэнь тут же замахал руками.
— Не надо, хозяин, «путники разных дорог вместе не сойдутся». Боюсь, если я его возьму, прадед со мной говорить не станет. Лучше я в другом месте поищу.
Хозяин смотрел всему удаляющемуся пареньку и про себя ворчал: а кто твой прадед-то такой, что даже Манджушри с ним не сравнится?
Чжан Вэнь обошёл ещё несколько лавок, но чем больше смотрел, тем больше огорчался и сокрушался, и даже почувствовал себя задетым за живое.
Эти лавки, как и первая, предлагали Владыку Вэньчана, Манджушри, а то и вовсе Афину, но Владыки Вэньцюя не было нигде.
Теперь он наконец понял, почему его прадеду не удалось вознестись на небеса.
Без подношений благовоний, без возможности летать на облаках — как тут вознесёшься?
Чжан Вэнь не стал задерживаться, купил наугад немного благовоний и курильницу и покинул оптовый рынок, намереваясь поискать в других местах.
Как раз когда он достал телефон, чтобы отсканировать QR-код на велосипеде, его внимание привлекла маленькая листовка в корзинке.
На карточке была изображена юная и цветущая ночная бабочка, ничуть не уступающая той богатой даме, что искала наследника.
И в этот миг, в этом месте, в его сердце внезапно родился дерзкий замысел.
Он верил: даже узнай прадед, с его великодушием он не стал бы его винить.
С этой мыслью Чжан Вэнь огляделся и, заметив неподалёку копировальный салон, быстрым шагом направился туда.
— Плакаты делаете?
— Делаем. Есть изображение?
— Нет. Поищите в сети, «Владыка Вэньцюй».
Продавщица вбила в поисковую строку «Владыка Вэньцюй» и на экране появились результаты поиска.
Чжан Вэнь улыбнулся.
Ну вот же он!
С таким-то интеллектом — точно родной внук.
Он придвинулся к экрану, вглядываясь, но вскоре нахмурился.
Изображений в сети было много, но ему повсюду чудилось, что чего-то не хватает.
Точно, того самого лица.
Лица на картинках не походили на лицо его прадеда.
Испокон веков немало людей провозглашали перерождениями Вэньцюя; если вознести подношения не тому, и дым благовоний не долетит до прадеда, то не только не поможешь, но, возможно, ещё и ненароком спонсируешь соперника прадеда, заработав себе клеймо «вероломного отступника, предавшего предков».
— Выбрали? — спросила продавщица.
— Нет, — Чжан Вэнь продолжал листать, качая головой.
Продавщица ткнула пальцем в одну из картинок на экране, высказывая своё мнение.
— Мне кажется, эта неплоха.
— Внешность не та.
— А?
Продавщица остолбенела.
Сам бог тебя не осудит за твою никчёмность, а ты ещё и на внешность богу пеняешь?
Впервые вижу, чтобы при выборе божества ещё и на лицо смотрели.
— А какой тебе нужен? — с недоумением спросила она.
— Похожий на моего прадеда… э-э… то есть, похожий на меня, — сказал Чжан Вэнь.
Услышав это, продавщица не сдержалась и рассмеялась.
Самовлюблённых людей видела, но до такой степени — никогда. Даже божество хочет выбрать с лицом, как у себя.
— Ты чего в интернете-то ищешь? Сфоткай себя на телефон, и всё! — подшутила она, и в довершение презрительно хмыкнула.
Чжан Вэнь на мгновение застыл, затем глаза его загорелись, и он в возбуждении хлопнул себя по бедру.
— Точно, как это я сам не додумался?
Тут же он ткнул пальцем в изображение, где одеяние и причёска были похожи на прадедовы, и сказал продавщице:
— Сфоткайте меня, а потом прифотошопьте моё лицо на эту картинку.
— А?
Лицо продавщицы застыло, душа её словно вылетела от изумления.
Она же пошутила, а этот не только воспринял всерьёз, но и превзошёл её шутку.
— Так ведь… нехорошо? — попыталась она вразумить его, мысленно гадая: не перечитал ли он фэнтези, и, не найдя способа взойти на небеса, выдумал такой вот метод «мгновенного преображения в божество» для самоудовлетворения.
Если бы можно было вознестись в небесные чертоги простым фотошопом, разве не ломились бы они от святых?
— А что тут такого? — Чжан Вэнь и ухом не повёл.
Он так похож на прадеда, их лица — будто отлиты в одной форме, так что, естественно, чьё имя напишешь, тому и поклоняйся.
— Если вы так сделаете, и потом что случится, меня не приплетайте, — поспешила откреститься продавщица, она даже отодвинула стул, опасаясь, что если в того ударит молния, она может перекинуться и на неё.
— Клиент — это бог, делайте быстрее, я тороплюсь, — поторопил её Чжан Вэнь.
Видя, что клиент упорно стремится в пропасть, продавщица мысленно вздохнула.
Эх!
С лица хоть куда, вот только с головой не дружит, жаль!
…
— Что? Вы записались на какие-то курсы актёрского мастерства?
— Ай-яй, да вас же надули! Он ведь не преподаватель из Пекинской киноакадемии или Центральной академии драмы, чем он вам может помочь?
— Не верю, что наши десять лет упорной учёбы не сравнятся с его десятидневными курсами!
Едва вернувшись в отель, Чжоу Линъи и Сунь Мэн рассказали родителям о записи на спецкурс для абитуриентов-артистов, и тут же подверглись родительским нападкам.
Вообще-то четверо родителей жалели не денег, а ненавидели мошенника, который не побрезговал даже детскими новогодними подарками — просто ужас.
— Это не просто курсы, а спецкурс, правда, Мэнмэн? — Чжоу Линъи посмотрела на подругу, на её лице не было и тени сожаления, даже сохранилась та радость и возбуждение, что были по возвращении, ведь она ни капли не верила, что её обманули.
Сунь Мэн, услышав это, кивнула. Желая доказать, что уже выросла, она ловко достала из сумки папку с документами.
— Мы подписали с учебным центром соглашение, — серьёзно заявила она, — тут чёрным по белому написано: «если не поступим — полный возврат денег».
— Верно, — подняла голову Чжоу Линъи, её лицо сияло уверенностью. — Иначе бы мы и не записывались. Ну что, теперь вы нам поверите?
Мама Чжоу скосила взгляд на договор и продолжила лить холодную воду.
— Нечего тут радоваться. От международных соглашений могут отказаться, не моргнув глазом, а ваши клочки бумаги чего стоят?
Мама Сунь, стоя рядом, соглашалась, покачивая головой, и, держа телефон, сказала:
— Вы что, в коротких видео в соцсетях не сидите? Сейчас даже сетевые учебные центры могут собрать деньги и сбежать, не то что ваша забегаловка.
— Но тогда, кроме меня и Мэнмэн, были и другие абитуриенты, которые записывались, — серьёзно сказала Чжоу Линъи, не желая верить, что её обманули.
Мама Чжоу с горькой усмешкой похлопала дочь по плечу.
— Глупышка, те были подсадными утками, иначе как бы вас заманили? Дай угадаю: та абитуриентка поначалу тоже не верила, но в итоге её уговорили?
Чжоу Линъи словно парализовало, она застыла на месте.
Рядом Сунь Мэн тоже занервничала, ведь всё было именно так, как предположила тётя Чжоу.
Тут она вдруг кое-о-чём вспомнила, поспешно достала из кармана телефон.
— У меня есть WeChat преподавателя, если не верите, я сейчас спрошу, где он, вместе сходим и во всём разберёмся, тогда и поверите.
Услышав это, папа Сунь тут же остановил дочь.
— Нельзя. Если спросишь в WeChat, мы его спугнём. Если он сбежит заранее, где мы его потом искать?
— М-м, а ещё может нанять подсадных уток и разыграть очередной спектакль, — добавил папа Чжоу.
Чжоу Линъи обычно была решительным человеком, но, выслушав слова отца, и она не могла не забеспокоиться.
С одной стороны, Знаток казался подлинным, с другой — родители говорили разумно.
— Тогда вот что, — папа Чжоу подумал и посмотрел на отца Сунь Мэн. — Сейчас ещё рано, наверное, не закрылись. Пойдёмте прямо в тот учебный центр, застанем его врасплох. Если не вернёт деньги — вызовем полицию, согласны?
— Давайте, дети в любом случае ещё ни на одном занятии не были, — кивнул папа Сунь.
— Но… — Сунь Мэн заколебалась и тихо спросила: — Вдруг преподаватель и вправду очень крутой?
Её мысли были просты: если тот преподаватель — не мошенник, как говорят родители, то не упустит ли она с Чжоу Линъи шанс получить наставничество истинного мастера?
Взрослые переглянулись, и их выражения стали серьёзнее.
Дети столько лет готовились к экзаменам, и сейчас, на последнем рывке, неужто они сами должны подставить им подножку у ворот Пекинской киноакадемии?
Папа Сунь взглянул на дочь и немного подумал.
— Когда придём, можно сначала его прощупать, — сказал он остальным. — Скажем, что хотим посмотреть на того учителя, о котором говорят дети. Если в процессе выявится неладное, тогда и предъявим ему счёт.
— Верно, сначала вежливость, потом — жёсткость.
Остальные согласились.
Дети, юные и наивные, легко попадаются на удочку, но обвести вокруг пальца четверых взрослых — мечтать нечего!
Обновлено: 21.01.2026