Глава 13. Техника Сопутствующего Завладения Телом, Старый Император жив?
Ледяной континент.
Роскошная девичья комната.
Бин Нин и Ди Сюэяо лежали на кровати, болтая о тех маленьких секретах, которые обсуждают только женщины.
Ди Сюэяо вдруг не мигая уставилась на Бин Нин и с серьезным видом спросила:
一 Невестка, а ты с мужчиной уже того?
一 Сюэяо, не болтай ерунды, мы с твоим братом еще не женаты, 一 кокетливо возразила Бин Нин.
Ди Сюэяо обняла ее и игриво произнесла:
一 Хи-хи, это же всего лишь вопрос времени! Быстро рассказывай, ты спала с мужчиной или нет?
У этой девчушки только проснулась первая любовь. Она влюбилась, но из-за особых причин не могла быть вместе с избранником, поэтому тема отношений между мужчиной и женщиной вызывала у нее жгучее любопытство.
一 Было!
Мысли Бин Нин были далеки от темы разговора. Она все думала об отравлении отца, поэтому кивнула чисто машинально.
Вернувшись, она сразу дала отцу Пилюлю трёх ян и изумрудной росы. Поначалу эффект был хорошим, но не прошло и полдня, как Небесная скорбь, призрачный иньский яд снова дал о себе знать.
Потом пришел У Яцзы.
Осмотрев больного, он сказал, что ее отец в тайном измерении подхватил не только Небесную скорбь, но и Яд Разъедания Сердца из Жёлтого Источника. Без пятнадцатого ранга Пилюли «Девять превращений для возвращения души» он не проживет и месяца.
Пилюля пятнадцатого ранга – это Императорское лекарство.
С тех пор как весь Мир смертных был проклят, Императорских лекарств давно не осталось.
Что же делать?
Каждый день она жила в мучительной тревоге.
Непонятно почему, но в моменты самой черной тоски первым, о ком она вспоминала, был не Императорская звезда, а Е Мин.
Она готова была заплатить любую цену, лишь бы спасти отца.
Столь глубокая привязанность объяснялась просто: ее отец был лучшим отцом на свете.
Ледяной континент – это мир седьмого уровня с населением в двадцать триллионов. Их Ледяная и снежная империя – гегемон этого континента, а ее отец – правитель. Захоти он красавицу, будь то Святая дева или глава секты, – получил бы любую по щелчку пальцев.
Но ее отец любил только мать. Во всем гареме была лишь она одна, и за всю жизнь у него родилось только двое детей: она и ее младший брат.
一 А-а-а!!
Рот Ди Сюэяо раскрылся так широко, что туда можно было засунуть яйцо, а глаза округлились:
一 Сестрица Нин, ты спала с мужчиной? Это ведь мой брат, да?
一 Нет! 一 рассеянно бросила Бин Нин.
Едва произнеся это, она невольно вспомнила те безумные сцены с Е Мином.
一 А, тогда кто? 一 с любопытством допытывалась Ди Сюэяо. 一 Ну расскажи, каково это?
Только тут Бин Нин поняла, что задумалась и выболтала свой секрет. Ее лицо мгновенно вспыхнуло ярким румянцем, и она поспешно начала оправдываться:
一 Нет, ни с кем у меня ничего не было.
一 Не может быть, ты только что призналась! Давай, рассказывай!
Ди Сюэяо не унималась. Она схватила подругу за грудь обеими руками, сравнивая со своей.
«Хм, у меня больше!»
一 Принцесса Саньба, хватит дурачиться!
Бин Нин было не до шуток. С лицом, полным печали, она встала и сказала:
一 Пойду проведаю отца, а потом сразу возвращаюсь на Континент Девяти Солнц.
Здесь невозможно найти способ спасти отца. Оставалось лишь искать решение в Столице Девятисолнечной Империи, ведь это центр всей звездной области.
一 Ну ладно, иди!
Ди Сюэяо перестала приставать и утешила:
一 Сестрица Нин, не переживай. Как вернемся в Столицу, я соберу у себя всех столичных повес из великих кланов, и мы вместе что-нибудь придумаем. Не верю, что нигде нет вестей о Пилюле «Девять превращений для возвращения души». А если новости появятся, мой брат хоть в огонь, хоть в воду пойдет, но добудет ее для тебя!
Прозвище «Принцесса Саньба» вовсе не было оскорблением.
У Старого Императора было 888 дочерей, и она была самой младшей. Для удобства ее и прозвали «Принцесса Саньба» – три восьмерки.
一 Спасибо тебе, Сюэяо!
Глаза Бин Нин, обычно темные и блестящие, сейчас напоминали высохший колодец, лишенный жизни. Она ушла тяжелой походкой.
Едва Бин Нин вышла, как в комнату вошел юноша в белом.
У него было чистое, красивое и очень мужественное лицо с выразительными бровями и яркими глазами. Уголки губ были слегка приподняты в полуулыбке, но взгляд оставался пугающе холодным.
Подойдя к Ди Сюэяо, парень без лишних слов крепко обнял ее:
一 Яо-эр, я до смерти скучал по тебе!
В глазах Ди Сюэяо вспыхнул гнев. Она оттолкнула юношу, словно взбешенная дикая кошка, и сердито прорычала:
一 Бин Чэнь, ты что творишь? Осквернение принцессы Девятисолнечной Империи карается смертью.
Да, этим юношей был именно младший брат Бин Нин.
Но Бин Чэнь не только не отступил, а снова обнял Ди Сюэяо и огорошил ее заявлением:
一 Нин-эр, я твой отец Ди Цан! Разве ты не скучала по папе? Дай же отцу обнять свою самую любимую младшую дочь!
Тут Ди Сюэяо разозлилась по-настоящему. Нахмурив брови, она отвесила Бин Чэню звонкую пощечину:
一 Наглец! Мой отец, Император, уже скончался. Ну у тебя и собачья дерзость – выдавать себя за моего отца. Если бы ты не был братом Бин Нин, я бы приказала казнить тебя на месте!
Она была в ярости. Во всем мире, кроме правителей остальных восьми великих сил, никто не смел произносить имя Ди Цана всуе – это преступление, караемое уничтожением девяти поколений рода. А этот мерзавец посмел назваться ее отцом!
一 Яо-эр, я правда твой отец! Помнишь, когда тебе было три года, я подарил тебе Трёхцветную таинственную лотосовую ветвь! 一 В панике взмолился Бин Чэнь, покрываясь холодным потом.
Получить пощечину от собственной дочери было горько, словно наесться хины.
一 О том, что мне подарили Трёхцветную таинственную лотосовую ветвь, много кто знает, это ничего не доказывает! 一 Ди Сюэяо резко помрачнела и предупредила: 一 Еще раз посмеешь прикинуться моим отцом – пощады не жди!
一 Прости, Принцесса Саньба, я погорячился. Умоляю, ради моей сестры, не держи зла! 一 Бин Чэнь судорожно пытался вспомнить хоть что-то, но в памяти не всплывало ни одного секрета, известного только им двоим. В отчаянии ему пришлось отказаться от попыток признаться дочери.
Но он действительно был Ди Цаном.
Хотя сказать так было бы не совсем точно. Вернее будет сказать, что он стал симбиозом Бин Чэня и Ди Цана, две души в одном теле.
Тело принадлежало Бин Чэню, а вот душ в нем обитало две. Они заключили соглашение: каждый управляет телом по одному дню.
Ди Цан действительно умер, но сумел возродиться иным способом.
Миллион лет назад, когда пало проклятие, никто в Мире смертных не мог прожить дольше тысячи лет. Ни днем больше.
Ди Цан был Гегемоном Девятисолнечной звёздной области, владел 9,99 миллионами миров, а в гареме у него было более миллиона наложниц. Кто захочет умирать при такой роскошной жизни?
Пока он был жив, то искал любые способы продлить существование и в конце концов в одних древних руинах нашел зловещее искусство – Технику Сопутствующего Завладения Телом.
Для переселения души требовалось соблюсти несколько строгих условий.
Во-первых, жертва должна обладать Телесным Каноном Сансары Преисподней.
Он искал несколько сотен лет, пока не нашел Бин Чэня с такой конституцией.
Во-вторых, перед смертью нужно принять особую пилюлю – Пилюлю Трёх Жизней, Хранящую Душу пятнадцатого ранга.
Ужас проклятия заключался в том, что по истечении тысячи лет умирало не только тело, но и душа.
Если бы душа не умирала, можно было бы просто захватить чье-то тело перед смертью и жить дальше. Но это так не работало.
Например, если предел жизни – тысяча лет, и в пятьсот лет ты захватишь новое тело, то проживешь не еще тысячу, а лишь оставшиеся пятьсот лет своей души.
Однако Пилюля Трёх Жизней, Хранящая Душу позволяла сохранить душу живой в течение года после смерти тела.
В-третьих, цель захвата должна принять Пилюлю Растворения Души пятнадцатого ранга.
Эта зловещая техника не была захватом тела в полном смысле слова.
Нельзя было допустить смерти владельца тела. Если он умрет и останется только душа Ди Цана, проклятие все равно ее найдет. Поэтому Пилюля Растворения Души была нужна, чтобы две души не отторгали друг друга, а слились воедино.
Так проклятие будет считать, что перед ним душа изначального владельца тела.
Обман небес.
К счастью, в руинах нашлись обе пилюли.
Перед смертью Ди Цан схватил Бин Чэня, притащил в Императорский дворец и насильно скормил ему лекарство. Но случилась накладка: проглотив пилюлю, Бин Чэнь сбежал обратно на Ледяной континент.
После смерти душа Ди Цана потеряла его след и потратила полмесяца, чтобы добраться сюда и завершить слияние.
У этой техники был один изъян: для поддержания стабильности души требовалось ежедневно поглощать тысячи чужих душ.
Сейчас Ди Цан больше всего желал вернуть себе трон Императора.
Ведь после вселения его уровень культивации упал до уровня Бин Чэня.
Только вновь став Императором, он сможет использовать ресурсы империи для быстрого восстановления сил и без труда получать души для поглощения.
С его нынешним низким уровнем самому охотиться за душами было опасно.
Кроме того, он безумно скучал по своим наложницам, особенно по Императрице и Ю Мэн.
Хранят ли они верность теперь, когда его нет?
Но он не смел открыто явиться в Девятисолнечную Империю и объявить, что он Ди Цан.
Кто ему поверит?
Стоит раскрыть себя, и многие захотят его смерти, особенно Девятый принц.
Отец и сын? Перед лицом императорского трона родственные узы не стоят и ломаного гроша.
Перед смертью он оставил козырь в рукаве, но воспользоваться им можно было только вернувшись в империю. И успеть нужно до коронации нового правителя.
Если на трон взойдет кто-то другой, а Стража Божественного Механизма и Стража Скрытого Дракона перейдут под контроль нового Императора, надежды не останется. Он навсегда потеряет связь с троном и останется лишь придатком к душе Бин Чэня.
一 Вон, вон отсюда! Я не желаю тебя видеть! 一 Ди Сюэяо с отвращением указала на дверь.
一 Принцесса Саньба, не могла бы ты взять меня с собой в Девятисолнечную Империю? 一 взмолился Ди Цан.
一 Спроси у своей сестры! 一 холодно бросила Ди Сюэяо, вздернув подбородок.
一 Эх, ладно... 一 Ди Цан с тоской посмотрел на свою любимицу и тяжело вздохнул.
Вскоре вернулась Бин Нин.
一 Сюэяо, пошли. Мы возвращаемся в империю прямо этой ночью…
Обновлено: 23.01.2026