Они, похоже, тоже смекнули: дай мне еще немного времени, и быть беде. Мешкать враги не стали.
— Похоже, вы решили, что я так просто дам себя убить…
Тянуть время больше не получится.
Куда подевалась моя безбрежная, словно море, внутренняя энергия? Сейчас во мне осталась лишь жалкая крупица истинной ци. Впрочем, и этого хватит, чтобы прихватить этих стариков с собой в могилу.
— Вы ведь не забыли, кто я такой?
С треском и шипением из моего тела вырвались ветвистые белые молнии.
В Муриме сила — это всё. Именно из-за страха перед моей мощью они и заварили всю эту кашу.
Я для них — взявшийся из ниоткуда выскочка, чужак, который посмел угрожать их вековым привилегиям. Только поэтому они так жаждут моей смерти.
Я до предела разогнал ту кроху внутренней энергии, что успел накопить. Маловато, но на один достойный удар наскребу.
— Элита Союза Мурима, в атаку! Уничтожьте этого злодея! — взревел Чхонсончжа.
По его приказу воины, окружавшие меня плотным кольцом, разом обнажили клинки и бросились вперед.
Сам же Чхонсончжа в бой не спешил. Он лишь наблюдал со стороны своим змеиным взглядом, всё еще опасаясь моей предсмертной вспышки.
Этот лицемер снова прячется за чужими спинами, заботясь лишь о собственной шкуре. А позже он наверняка прикроет свою трусость красивыми словами о «неизбежных жертвах» среди павших воинов.
Хотя на самом деле он просто отправил их на убой, чтобы спасти себя.
На всякий случай я еще раз мысленно воззвал к системе:
«Неужели нет ни единого шанса выбраться? Это и правда конец?»
[Вы находитесь в критической ситуации. Постарайтесь покинуть зону опасности как можно скорее.]
Сообщение вновь не оправдало надежд. Впрочем, грех жаловаться — система и так дала мне немало. Желать большего было бы жадностью.
Я перехватил меч поудобнее.
Не знаю, как сложится остальное, но этих властолюбивых ублюдков я заберу с собой.
Сделав глубокий вдох, я собрал воедино все остатки внутренней энергии.
Божественная техника молний. Первая форма: Вспышка молнии.
Мир вокруг словно замер. Движения врагов стали тягучими, как в густом меду. Лишь мой клинок, отточенный тысячами тренировок, превратился в ослепительный луч света и устремился вперед.
Этот луч в мгновение ока прошил ряды воинов и полоснул по шеям тех самых «правителей», что трусливо жались за их спинами.
В тот же миг мечи воинов Союза Мурима пронзили мое тело.
Сквозь обжигающую боль я успел увидеть, как замертво падают мои враги.
Я же говорил… Я не умру один.
Зрение застилала кровавая пелена, но я всё же разглядел ужас на лицах выживших.
— Г... Глава Союза Мурима!..
Слыша их панические крики, я невольно улыбнулся, захлебываясь собственной кровью.
Умереть с клинками в спине… Позорная смерть для мастера боевых искусств, не так ли? С другой стороны, для финала в компании таких подонков — в самый раз.
Не то чтобы я был в восторге, но на пути в преисподнюю мне точно не будет одиноко.
Я закрыл глаза, и в угасающем сознании всплыли лица родных.
Как бы я ни барахтался, в итоге умираю, так их и не увидев. Знал бы, что всё так кончится, ценил бы каждое мгновение рядом с ними…
С этой горькой мыслью, преследовавшей меня все двадцать лет, в глазах окончательно потемнело.
Вскоре меня окутало странное, почти забытое чувство тепла и покоя. Холод стали и жгучая боль исчезли, сменившись ощущением невесомости.
Это было настолько приятно, что я невольно расплылся в улыбке. Не знаю, где я оказался, но здесь было удивительно мирно.
Так вот она какая — смерть. Если бы я знал, что умирать так легко, не стоило так цепляться за жизнь…
Какое-то время я просто парил в пустоте, наслаждаясь абсолютной свободой.
Не знаю, сколько прошло времени, но внезапно какая-то неведомая сила потянула меня за собой.
Прежде чем я успел что-то сообразить, мое тело на бешеной скорости понеслось навстречу ослепительному сиянию.
— А-а-а-а!
Меня буквально всосало в этот свет, и из моего горла вырвался крик, на который, как я думал, у меня уже не осталось сил.
Вспышка!
Поглощенный этим безумным сиянием, я в ужасе распахнул глаза.
Первое, что я увидел — залитую редкими солнечными лучами горную тропу.
— Ч-что за чертовщина?!
Я ошеломленно замер, пытаясь осознать, кто я и где нахожусь. С губ сорвался невольный стон.
Я ведь точно умер.
Я отчетливо помню холод мечей и то, как парил во тьме.
И уж точно место моей гибели ни капли не походило на этот густой лес.
Неужели я попал в рай? Но ощущения в теле были слишком реальными. Я чувствовал каждый вдох, каждый удар сердца. Я был жив.
— Ничего не понимаю…
Я тряхнул головой и поднялся на ноги.
Отряхнув одежду от земли, я размялся — тело слушалось идеально, никакой боли.
Мои раны были настолько тяжелыми, что даже Великий Бессмертный не смог бы меня спасти, но сейчас на коже не осталось ни единого шрама. Всё исчезло, будто страшный бой в Муриме мне просто приснился.
Стоять здесь и гадать бессмысленно. Нужно выбираться к людям.
Применив искусство облегчения тела, я стремительно помчался вниз по склону.
В голове роились сотни мыслей — от безумной надежды до леденящего душу страха.
— Не может быть…
У подножия горы я замер как вкопанный.
Неужели это правда?
Передо мной высились уходящие в облака небоскребы, а по дорогам, оглушительно сигналя и изрыгая выхлопные газы, неслись автомобили.
Это был пейзаж современного мира — того самого, в который я так отчаянно мечтал вернуться.
Я перевел взгляд на ближайший указатель:
[Вход в Парк Янчжэ]
Значит, я вышел оттуда.
То, что я принял за дикий лес, оказалось городским парком.
Прохожие то и дело бросали на меня косые взгляды.
Я оглядел себя и понял причину их любопытства. На фоне обычных людей я выглядел, мягко говоря, странно.
Длинный халат и повязка героя на голове — мой привычный наряд в Муриме.
— В парке кино снимают, что ли? — донеслось до меня.
— Костюм какой-то исторический. Наверное, актер. Гляди, какой красавчик!
Две молодые девушки, проходя мимо, вовсю шушукались, поглядывая в мою сторону.
Кое-кто даже достал телефоны, пытаясь меня сфотографировать.
Я чувствовал себя обезьянкой в зоопарке, но заставил себя стоять смирно. Сейчас важнее всего было разобраться в ситуации.
Будь я всё еще Королем Громового Меча в Муриме, я бы быстро проучил этих наглецов за неуважение. Но здесь явно были другие правила.
— Простите, а вы в дораме снимаетесь? — набравшись смелости, обратилась ко мне одна из девушек. В её глазах светилось неприкрытое восхищение.
Дорама… Ну конечно. Раз я слышу это слово, значит, я точно дома.
Я молча поднял голову к небу.
Умирая, я смирился с потерей всего, а в итоге получил второй шанс. Если бог и существует, то у него явно страсть к драматическим поворотам.
— Нет, не в дораме. Мы снимаем фильм о боевых искусствах, — ответил я, выдавив вежливую улыбку.
Мурим остался в прошлом. Я больше не Король Громового Меча. Теперь я обычный человек в современном мире, и мне позарез нужна информация.
— Ого! Это там, где все летают и стреляют энергией из ладоней? Как круто! — её глаза буквально загорелись.
Кажется, я зря это сказал — теперь она от меня так просто не отстанет.
— Вроде того. Послушайте, вы не подскажете, где здесь ближайший полицейский участок? — перебил я её, пока она не засыпала меня вопросами о «съемках», на которые у меня не было ответов.
— Полицейский участок? Да тут идти минут пять. А вам зачем?
— Ха-ха, да вот, отстал от группы и заблудился.
Поблагодарив девушку и запомнив направление, я поспешил уйти.
— Снимается в кино и заблудился в парке?.. — донесся мне в спину её недоуменный голос.
Нужно было как можно скорее скрыться с глаз долой.
Чем дальше я шел, тем больше внимания привлекал. Впрочем, я их понимал: человек в таком наряде посреди Сеула — зрелище не рядовое.
Вскоре показалось здание полицейского участка.
Там я смогу наконец перевести дух и избавиться от назойливых взглядов. С этой мыслью я решительно толкнул дверь.
Я выбрал полицию не случайно.
Где еще можно получить базовую информацию о мире?
Надеюсь, «опоры народа» не откажут попавшему в беду гражданину.
— Добро пожаловать. Слушаю вас, по какому вопросу? — дежурный офицер, не глядя, выдал стандартное приветствие, но, подняв голову, осекся.
Он уставился на меня, и выражение его лица стремительно менялось от недоумения к раздражению.
По его взгляду было ясно: он принимает меня за очередного сумасшедшего или фрика.
— Я хочу заявить о своем возвращении. Я числился пропавшим без вести, — твердо произнес я.
Полицейский посмотрел на меня как на окончательно свихнувшегося.
— Надо же, вы и правда в списках…
После недолгих препирательств полицейский ввел мое имя и номер социального страхования в базу и не смог скрыть удивления.
Какое счастье, что я всё это помнил. У меня не было с собой ни документов, ни кошелька.
В Муриме, боясь забыть свою прежнюю жизнь, я записывал всё самое важное и перечитывал эти записи каждый день.
Имя, возраст, номер ID, данные о родителях, домашний адрес…
Я не хотел терять связь с реальностью, даже если на возвращение уйдут десятилетия.
Со временем, когда надежда угасла, я забросил это дело, но благодаря годам повторений информация намертво врезалась в память.
— Господин Кан Джунхён. Вы числитесь пропавшим без вести уже пять лет. К счастью, в базе есть контакты ваших родных, так что мы сможем с ними связаться. Сейчас я всё организую.
Вежливый тон полицейского заставил меня немного расслабиться.
— Буду очень признателен.
Я мысленно выдохнул.
Чудесное спасение от смерти, а теперь еще и это. Жизнь — штука непредсказуемая.
— Кстати, судя по записям, вы исчезли пять лет назад, в День Перелома. Почти никто из тех, кто пропал тогда, не вернулся живым. Вам сказочно повезло. Где же вы были всё это время? — спросил офицер, заполняя бумаги.
«День Перелома? Пропавшие люди? О чем это он?»
Заметив, как я напрягся, полицейский, видимо, решил, что затронул какую-то травму, и поспешно сменил тему.
— А, если не хотите говорить — не нужно. Не стоит ворошить тяжелое прошлое.
Он посмотрел на меня с жалостью, что показалось мне странным, но я промолчал. В моем положении лишнее слово могло всё испортить.
Пока он ходил за какими-то документами, я обдумывал его слова.
Что же случилось в день моего исчезновения? Раз этому дали название «День Перелома», значит, мир потрясло нечто масштабное. Может, это как-то связано с моим попаданием в Мурим? Если это не случайность, а чей-то умысел…
— Господин Кан Джунхён, хорошие новости. Мы дозвонились до вашей семьи. Ваша мать сказала, что сейчас же выезжает. Пожалуйста, подождите здесь.
Голос полицейского вырвал меня из раздумий.
Ладно, пока рано делать выводы. Не стоит накручивать себя раньше времени.
— Понял. Спасибо большое, — ответил я с улыбкой.
За годы в Муриме я привык к властной манере речи, так что соблюдать современный этикет и вежливый тон было пока непривычно.
Обновлено: 22.01.2026