Ли Даосюань достал телефон и сделал несколько макроснимков замерших в аквариуме фигурок, запечатлев этот напряженный момент.
Одновременно с этим его левая рука была наготове. Он открыл верхнюю крышку и занес ладонь над диорамой. Если жизни его маленьких людей угрожала бы реальная опасность, он был готов немедленно вмешаться и уничтожить пятерых незваных стражников.
Точно так же, как он поступил с теми разбойниками.
— …
Гао Ие была в ужасе. Это был тот самый парализующий страх, от которого перехватывает дыхание.
Она видела: в небесах вновь начал проступать неясный силуэт Великого Бога. Но страшнее всего было то, что Божество уже подняло руку.
Она знала, что это означает!
Вчера она своими глазами видела, как Великий Бог одним ударом превращал бандитов в кровавые лепешки. Эта жуткая и одновременно приносящая облегчение картина до сих пор стояла у нее перед глазами.
Гао Ие сделала самое суровое лицо, на которое была способна, и закричала на стражников:
— Не смейте! Не трогайте этот рис, иначе вы погибнете!
— Ого? — Удивился Ли Даосюань за стеклом.
— Уходите немедленно! — Надрывалась девушка.
Этот крик, в который она вложила все свои силы, услышали все вокруг.
Жители деревни вздрогнули.
Пятеро стражников тоже замерли. Они начали оглядываться по сторонам, недоумевая: «Что за бред? Эта девка орет, что мы умрем? С чего бы это?»
«Кто здесь может убить пятерых вооруженных людей?»
Вокруг не было никого, кроме кучки изможденных крестьян.
Тут они вспомнили слова старосты:
— Это божественный рис, дарованный нам Великим Богом ради спасения жизней. Если вы посмеете тронуть его, Небесный Достопочтенный лишит вас жизни!
— Тьфу! — Сплюнул предводитель стражников. — Что за чушь вы несете?
— А я-то на миг поверил, — поддакнул другой. — Решил, что и правда опасность. А это просто деревенские комедию ломают. Думаете, мы из пугливых?
Один из стражников рявкнул на Ие:
— Дрянь! Что ты там несешь? Угрожать представителям власти – значит идти против самого государства. Жить надоело?
— Я не пугаю вас, я спасаю! — Кричала Гао Ие. — Уходите скорее! Великий Бог уже поднял руку. Вы разгневали его. Если не прекратите, он прихлопнет вас по одному, как мух!
Стражники промолчали, переглянувшись. Слова звучали нелепо, но от них почему-то мурашки бежали по коже.
Предводитель стражи кивнул своим людям:
— Схватить эту девку с её безумными речами. Доставим в ямынь, там разберемся. Сдается мне, она из этих… сектанток Белого Лотоса.
Один из подчиненных, помахивая железным жезлом, медленно двинулся к Гао Ие.
Девушка посмотрела на него, а затем вскинула глаза к небу. Облака разошлись, и рука Небесного Достопочтенного начала стремительно опускаться. Она уже зависла прямо над головой стражника. Было ясно: Божество защищает её. Стоит этому человеку коснуться её, и рука раздавит его в лепешку.
Но стражники – не разбойники!
Смерть бандитов никого не волновала: закопали за деревней, и дело с концом. Но если стражи погибнут в Гаоцзя, последствия будут катастрофическими. Власти решат, что деревня восстала, и объявят всех жителей мятежниками. Ие помнила, как в детстве её дядя Гао Инсян ударил стражника – тогда в деревню нагрянули целые отряды карателей. Дядя не смог противостоять толпе и был вынужден бежать. С тех пор он не смел возвращаться домой.
— Умоляю вас! — Продолжала кричать Гао Ие. — Оставьте нас в покое, и тогда вы останетесь живы!
Ли Даосюань услышал призыв девушки.
Она так отчаянно кричала… Неужели чтобы спасти этих пятерых негодяев?
Нет, не их. Она спасала себя и своих односельчан.
Ли Даосюань всё понял. За этими пятью маленькими стражниками стояли легионы других. Их статус был защитой для них самих и угрозой для деревни. Девушка знала, что за ними стоит сила государства. И хотя она верила в защиту «божества», она не знала, как долго это продлится. Вдруг «богу» надоест помогать через пару дней? Тогда деревне конец.
В этом мире диорамы еще много чего предстояло изучить.
— Ладно, сделаем так, как ты хочешь, — прошептал Ли Даосюань.
Вместо того чтобы раздавить стражника, он сложил два пальца, словно собирался сорвать крохотный полевой цветок, и аккуратно подцепил человечка.
— А-а-а-а-а!
Стражник издал вопль, подобный предсмертному визгу свиньи.
Он как раз подходил к Ие, намереваясь схватить её, как вдруг почувствовал, что неведомая сила сжала его плечи. Огромное давление сдавило тело так, что кости затрещали, грозя рассыпаться.
Он крутил головой, пытаясь увидеть, что его держит, но не видел ничего. Вокруг была лишь пустота, наполненная чудовищной мощью.
В следующий миг его ноги оторвались от земли. Невидимая сила подняла его вверх, на высоту в целый чжан.
Остальные четверо стражников задрали головы, глядя на своего товарища, который беспомощно дрыгал ногами в воздухе. Их лица исказил неописуемый ужас.
Жители деревни же, увидев это, разом пали ниц:
— Великий Бог явил чудо!
Подвешенный в воздухе стражник зарыдал. Слезы и сопли текли по его лицу, а штаны потемнели от мочи. Он отчаянно замахал руками:
— Великий Бог, пощадите! Пощадите ничтожного! Я не хотел… я ошибся… Молю о пощаде!
Его товарищи замерли, не зная, бежать им или сражаться с пустотой.
В этот момент Ли Даосюань набрал в грудь воздуха и со всей силы дунул на оставшуюся четверку.
— Ф-фу-у-у!
Поднялся настоящий ураган!
Мощный поток ветра ударил по стражникам. Ветер был избирателен – он не тронул никого из крестьян, обрушившись только на четверых в красном.
Их буквально сдуло. Стражники пролетели три-четыре метра и с грохотом повалились на землю, едва не отбив себе всё на свете.
Теперь они точно знали, что делать. Кое-как поднявшись на ноги, они тут же рухнули на колени, вжимаясь лбами в желтый песок.
Ли Даосюань произнес:
— Пусть убираются! И пусть помалкивают о том, что здесь видели.
Гао Ие тут же перевела:
— Великий Бог велит вам убираться! И предупреждает: если проболтаетесь о сегодняшнем – вам не сдобровать!
Четверка забила поклоны:
— Слушаемся! Повинуемся воле Божества!
Они вскочили и припустили прочь так быстро, как только могли.
Тот, что всё еще висел в воздухе, заголосил:
— Я тоже хочу убраться! Великий Бог, помилуйте, отпустите и меня! Клянусь, ни единого слова не скажу о том, что видел…
Ли Даосюань разжал пальцы. Стражник рухнул с высоты, больно ударившись оземь, но, превозмогая боль, вскочил и, прихрамывая, бросился догонять своих коллег.
Ли Даосюань не спускал с них глаз. Ему было важно увидеть, как именно они покинут пространство диорамы. Пятерка, спотыкаясь и оглядываясь, выбежала за пределы деревни, пересекла пустырь и достигла самого края аквариума.
Там стояла стеклянная стена.
Но люди будто не заметили преграды. Они продолжали бежать и… просто прошли сквозь стекло. Они не вышли наружу в комнату Ли Даосюаня, а бесследно исчезли, словно стеклянная стенка была порталом в иной мир.
— Ушли? Исчезли? — Ли Даосюань, ставший свидетелем того, как «чужаки» входят и выходят из его коробки, погрузился в глубокие раздумья.
Обновлено: 03.02.2026