Глава 6 — Глава 6

Громила с дверной доской — Оооо... Страшно... Пират с наградой в 8 миллионов смог устроить такое? Расставшись с Кисаме и Лави, Кидзару продолжил путь. Когда он добрался до городка, который выглядел так, словно по нему прошлось цунами, он был поражен. Если бы он сам не был в море, он бы решил, что это природная катастрофа. Он не мог поверить, что это дело рук мелкого пирата. — Спа... спа... спасите... Вдруг из леса неподалеку, шатаясь, вышел окровавленный мужчина. Пройдя несколько шагов, он с хлюпаньем упал в грязь и протянул руку к Кидзару. — А? Выживший? Кидзару склонил голову, подошел ближе, присел на корточки и, вглядевшись в знакомое лицо, удивился: — О, да это же пират Голодный Волк Това? — Д-дозорный? Това, едва цеплявшийся за жизнь, с трудом поднял голову. Увидев перед собой дозорного, он застыл. Еле спасся от волка, чтобы попасть в лапы тигру! — Хе-хе... Какое совпадение! Похоже, это разрушение — не твоих рук дело. Да и верно, 8 миллионов — это уровень мелкой сошки! В Вест Блю есть сильные ребята, но, похоже, их здесь не было, — Кидзару потер подбородок, рассуждая сам с собой. — Э... Това побледнел, когда его ткнули носом в его слабость. Он хотел возмутиться, но не смел. И этот тип еще рассуждает тут... Не видишь, тут раненый? Я умираю! А он анализирует! — Неужели на острове была другая команда пиратов? — продолжал бормотать Кидзару. — Урод, хватит гадать, я скажу тебе! — взревел Това, у которого на лбу вздулись вены. — Это был громила с дверной доской!! Громила? Дверная доска? В голове Кидзару всплыл образ человека, которого он недавно встретил — Кисаме. Оружие совпадает, внешность тоже. Неужели... Он вспомнил город, смытый водой, и то, что тот парень — рыбочеловек. Но... разве атаки рыболюдей не ограничиваются водой? Поразмыслив, Кидзару так и не пришел к выводу. Он взглянул на Тову, решил, что тот еще может быть полезен, и вызвал подчиненных. — Похоже, тот парень — непростой фрукт! Вспомнив слова Кисаме о желании вступить в Дозор, Кидзару оживился. Это же ходячие белли! Рекомендовать сильного бойца — значит получить премию, а на одну зарплату особо не разгуляешься... — Похоже, старику придется проверить лично! Не удержавшись, он встал, собираясь уходить. Увидев это, Това запаниковал: — Эй, эй, я пират, арестуй меня скорее, я умираю... — Не волнуйся, скоро придут люди и займутся тобой, а у меня есть дела! Хоть Това и имел ценность, по сравнению с настоящим кушем он проигрывал. Не обращая внимания на крики пирата, Кидзару превратился в луч света и полетел к морю. Однако его ждало разочарование. Добравшись до берега, он не обнаружил ни следа той парочки. Более того, пиратский корабль, стоявший здесь ранее, тоже исчез. Двое угнали корабль? Странно все это! — Кажется, я что-то упустил, — вздохнул одинокий Кидзару, стоя на ветру, и снова исчез во вспышке света. ... — Уаааа!.. В тишине ночи звонкий крик разнесся над морем. Стоя лицом к океану, Лави раскинула руки и громко кричала от радости. С каждым метром пути она становилась ближе к мечте. Наконец успокоившись, она обратила внимание на трех синих акул, тянущих корабль. В её глазах загорелся интерес, и она резко повернулась к Кисаме. — Эй, здоровяк, научи меня этой штуке! Кисаме смотрел на море, погруженный в воспоминания. Услышав Лави, он очнулся, перевел взгляд на щуплую девчонку и серьезно сказал: — Это Техника призыва. Для её использования нужно обладать чакрой... Чтобы использовать призыв, нужно не только иметь определенный запас чакры, но и заключить контракт с призывным зверем. Одно без другого невозможно. В мире шиноби это было общеизвестным фактом, но здесь, кроме него, никто этого не знал. Лави понятия не имела, что такое чакра, но это не мешало ей хотеть выучить технику. — Тогда научи меня управлять чакрой! — Управлять чакрой? Маленькие глазки Кисаме расширились. Честно говоря, он не знал, могут ли люди этого мира вырабатывать чакру. Да и учитель из него был так себе. В мире шиноби он всегда был серьезен, даже складывал печати для техник, которые мог выполнять без них, просто ради порядка. Но учить кого-то? Вот убивать — это пожалуйста. Он не был против того, чтобы научить её, но как? Кисаме задумался и достал из подсумка свиток. К счастью, когда он умер, все его снаряжение осталось при нем. Он помнил, что у него вроде бы были свитки с основами ниндзюцу. Он сложил печати и распечатал свиток хранения. С грохотом вывалилась куча вещей! — Э-это что за способность? — увидев, как из облака дыма появилась гора странных предметов, Лави с любопытством присела рядом. Хоть была ночь, зрение Кисаме позволяло видеть отлично. И когда Лави в своих коротких шортах присела на корточки, сердце Кисаме екнуло. Эта девчонка, честное слово... Кисаме нашел в куче новый плащ Акацуки и бросил его на голову Лави. — Ночью прохладно, не простудись! — Прохладно? — удивилась Лави, чувствуя теплый ветер. Держа в руках плащ с красными облаками, она недоумевала. Но потом, взглянув вниз, она, кажется, что-то поняла. Однако вместо смущения она просто плюхнулась на задницу, скрестив ноги, прямо перед Кисаме. — А это что? — Лави вытащила из кучи флакон с красивой розовой жидкостью. — Эм... — Кисаме отвел взгляд, чувствуя неловкость. Трудный ребенок! Он мельком глянул на флакон и вспомнил: — С этим лучше не играть. Это мне дал Сасори-сан. Говорят, это сильнейший яд, противоядия нет... — А, нашел! Кисаме выудил два свитка и, не поднимая головы, бросил их Лави. — Вот, свитки введения в ниндзюцу. Их мне дал Дейдара. Я хотел выбросить, но забыл... Разбирая вещи, Кисаме вдруг почувствовал ностальгию по временам в Акацуки. Хоть мир считал их злодеями, у каждого была своя мечта. Как и у него — он просто хотел помочь господину Мадаре создать мир Бесконечного Цукуёми. Хоть перед смертью он и понял, что его просто использовали, это все же была мечта. — Хм? А это... Кисаме взял в руки один свиток и машинально прочитал название. Он замер. Разве он не отдал это организации? Почему это у него? «Эдо Тенсей».