Бани «Сто зверей».
Эксклюзивный горячий источник для Бедствий.
Кейн, положив на голову полотенце, расслабленно раскинул руки по бортику бассейна.
Теплая вода окутывала все тело, словно бесчисленные нежные руки массировали каждую мышцу.
— Кайф!
Кейн протяжно выдохнул. Усталость и боль после схватки с Квином вмиг испарились.
— Сяо Нань, приложи еще немного силы, я выдержу.
— Да, господин Кейн.
Сяо Нань, облаченная в легкую юкату, сжала его плечи чуть сильнее.
Комурасаки, одетая в такую же юкату, осторожно несла огромный поднос, уставленный едой и напитками. Грациозно переставляя ноги, она вошла в воду.
Мокрая ткань идеально облепила ее фигуру, очерчивая изящный и стройный силуэт.
«Спасибо тебе, старик Ода, у всех красавиц в Ван Пис идеальные фигуры».
Кейн беззастенчиво разглядывал Комурасаки, с нескрываемым восхищением любуясь прекрасным.
Он попал в мир Ван Пис не для того, чтобы становиться евнухом.
Под напористым взглядом Кейна Комурасаки слегка занервничала, и на ее прелестном личике появился румянец.
Но тело было честнее: она незаметно повела бедрами, подставляя себя под его взгляд под более выгодным углом.
— Господин Кейн, пожалуйста, угощайтесь.
Комурасаки взяла правой рукой суши с тунцом и, подставив левую руку снизу, поднесла к губам Кейна.
— М-м, вкусно, — Кейн проглотил суши и одобрительно кивнул.
Проглатывая угощение, он незаметно облизал ее тонкие белоснежные пальчики.
— Ах, господин Кейн, какой вы шалун, — томно выдохнула Комурасаки.
От теплого прикосновения ее сердце пропустило удар.
Глядя на томное выражение лица Комурасаки, Кейн обнял ее за тонкую талию и весело рассмеялся:
— Ха-ха-ха-ха!
Высшее стремление любого мужчины — днем править миром, а ночью почивать на коленях у красавицы.
И как раз в тот момент, когда эта парочка предавалась любовным играм, идиллия была нарушена.
— Кейн, я пришла!
Что-то белоснежное с грацией филиппинской профессиональной команды по прыжкам в воду рухнуло с неба.
Плюх!
Тонны брызг окатили всех троих ледяным душем.
— Ямато, дура! Моя еда!
Кейн стер воду с лица и разразился бранью:
— И вообще, хоть это и мой личный источник, но раз уж я здесь, значит, это мужская баня, ясно?!
— Да какая разница? Сяо Нань и Комурасаки ведь тоже здесь, — Ямато вынырнула из воды и, подплыв к Кейну, хихикнула.
— С ними все по-другому. Они мои личные служанки. С ними мне и спать не зазорно, — усмехнулся Кейн.
Комурасаки и Сяо Нань смущенно опустили головы.
— Я тоже могу. Мы же друзья.
Ямато беззаботно махнула рукой, и по воде тут же пошли две огромные волны.
— Эх... ладно, проехали.
У Кейна сейчас не было времени читать Ямато лекции по половому воспитанию.
В конце концов, она была не из этих новомодных ЛГБТКИАПКДХУЦС. Она уже вернулась к своей женской сущности, просто некоторые старые привычки еще не ушли.
«Ничего, у меня полно времени, чтобы ее перевоспитать».
Кстати говоря, если судить по росту, то Ямато, которая была выше его на тридцать сантиметров, подходила ему куда больше.
Такая, как Комурасаки, ростом всего метр семьдесят, рядом с ним казалась слишком хрупкой и миниатюрной.
Впрочем, в мире Ван Пис это, кажется, не было проблемой.
«В свое время Скоппер Габан, левая рука Короля Пиратов, мог зажечь с великаншей, так что и я, Кейн, с малышкой справлюсь».
Не говоря уже о том, что в этом мире существовали даже такие расы, как вотан, — помесь великанов и гномов.
Хоть из-за Ямато вся еда была безнадежно испорчена, три красавицы перед ним были настоящим пиршеством для глаз.
Даже Сяо Нань, которая немного уступала в красоте Ямато и Комурасаки, была очень миловидной.
После бюджетной версии любовных утех в воде, Кейн и его компания завершили свой поход в онсэн.
Перед уходом Кейн специально оставил Сяо Нань и Комурасаки, чтобы они объяснили Ямато, как должна вести себя нормальная девушка.
...
Пока Кейн наслаждался жизнью, новость о кончине Куродзуми Ороти произвела в стране Вано эффект разорвавшейся бомбы.
— Свежий выпуск, свежий выпуск! Сёгун Ороти свергнут!
Разносчики газет в рваной, залатанной одежде босиком носились по улицам и переулкам страны Вано, размахивая свежеотпечатанными каварабанами.
Им приходилось стараться изо всех сил. Когда выходила такая громкая новость, газеты продавались лучше всего.
От этого зависело, будут ли они в ближайшие дни есть досыта или сидеть на воде.
И действительно, новость о смерти Ороти тут же привлекла всеобщее внимание.
— Мне один экземпляр!
Богато одетый торговец в спешке бросил серебряную монету и, не дожидаясь сдачи, выхватил газету и принялся жадно читать.
На первой полосе красовалась обезглавленная туша Ороти.
— Ороти и вправду мертв? Вот же ничтожество! А как же мои сто золотых взяток?!
Кто-то скрипел зубами от злости, а кто-то плакал от радости.
— Есть справедливость на свете! Этот ублюдок Ороти наконец-то получил по заслугам! Сынок, теперь ты можешь покоиться с миром.
Просто одетая супружеская пара рыдала в объятиях друг друга.
На какое-то время газеты в стране Вано стали на вес золота.
...
Кури, гора Атама.
База разбойников горы Атама.
— Брат, важные новости! — мужчина в одежде ронина, размахивая каварабаном, подбежал к нему.
Асюра Додзи, с пышной копной розовых вьющихся волос, отчитал его:
— Каваути, чему я вас учил? В любой ситуации нужно сохранять спокойствие. Это качество, присущее настоящему самураю.
— Брат, но...
Каваути хотел было объяснить, но Асюра Додзи прервал его:
— Дыши глубже. Сначала успокойся.
Каваути ничего не оставалось, как подчиниться.
Через некоторое время, успокоившись, он передал каварабан Асюре Додзи и кратко доложил:
— У Пиратов Зверей и Куродзуми Ороти произошла стычка. Дочь Кайдо убила Ороти.
— Что?! Куродзуми Ороти мертв?
Асюра Додзи остолбенел и резко вскочил. На мгновение ему показалось, что настал день пророчества госпожи Токи.
— Каваути, почему ты сразу не сказал о таком важном деле?!
— Брат, я... — на лице Каваути отразилась обида.
— Ладно, впредь будь внимательнее, — Асюра Додзи махнул рукой, выхватил у Каваути каварабан и принялся читать.
В газете, по указанию Кейна, Ямато была представлена как воплощение всего светлого и праведного, а Куродзуми Ороти — как средоточие всех человеческих пороков. Ему приписали все: изнасилования, грабежи, убийства и поджоги.
И самое главное, это была не выдумка Кейна. Куродзуми Ороти действительно совершал все эти грязные дела, и Фукурокудзю, его доверенное лицо, знал об этом лучше всех.
Иначе Кейн не смог бы так быстро собрать компромат на Ороти.
Заодно и образ Кайдо был несколько приукрашен.
Мол, просвещенный король открыл оружейные заводы, чтобы увеличить доходы страны Вано от внешней торговли, а загрязнение и эксплуатация рабочих — это все самовольство Ороти. Сам король-защитник, дескать, пытался его остановить, но сёгун Ороти его не слушал...
В общем, намерения у короля были благие, да только исполнитель подкачал.
— Какая чушь! — в ярости воскликнул Асюра Додзи.
Другие могли и не знать, но он-то прекрасно знал, что из себя представляет Кайдо.
Надеяться на его сострадание к народу — все равно что ждать, когда с неба посыплются пироги.
Выпустив пар, этот некогда вспыльчивый мужчина был вынужден снова сесть.
Даже если он знал правду, что с того? Пока он не может победить Кайдо, все его слова — пустой звук. Все, что он мог делать, — это заботиться о своих людях и копить силы в ожидании дня пророчества.
Но самым страшным была даже не военная мощь Пиратов Зверей.
Асюра Додзи остро подметил новое имя — Кейн.
В каварабане Кейн был представлен лишь как помощник Ямато в устранении Ороти, но Асюра Додзи, который много лет имел дело с Пиратами Зверей, почувствовал что-то неладное.
За последние десять лет Пираты Зверей ни разу не пытались обелить себя.
Случайность это или намеренный ход?
Если второе, то это было страшно.
Это означало, что Пираты Зверей больше не считали себя временными гостями, а собирались пустить корни в стране Вано.
Избавиться от них станет несравнимо сложнее.
Если так пойдет и дальше, признает ли обманутый народ страны Вано клан Кодзуки через десять лет?
Каваути вовремя подошел и утешил его:
— Брат, как бы то ни было, смерть Куродзуми Ороти — это хорошая новость.
— Ты прав. Сегодня вечером устроим пир.
Асюра Додзи натянул улыбку. Как лидер, он не мог показывать уныние.
...
Три дня спустя.
Замок Ороти... нет, теперь его следовало называть Замок Сёгуна.
После трех дней непрерывной уборки и ремонта замок был в основном восстановлен.
Еще не было и полудня, а даймё всех провинций уже прибыли со своими самураями и свитой.
Решался вопрос о новом сёгуне страны Вано, так что они не могли не проявить усердия.
Изначально пост сёгуна в стране Вано всегда занимал представитель клана Кодзуки, но интриги Куродзуми Ороти нарушили эту традицию.
Теперь, когда клан Кодзуки исчез, а у клана Куродзуми не было наследников, пост сёгуна, естественно, должен был достаться одному из пяти даймё.
Поэтому последние три дня они плели интриги, заключали союзы, активно агитировали за себя и топили конкурентов.
Они прекрасно понимали, что настоящими правителями страны Вано были Пираты Зверей и просвещенный король-защитник Кайдо.
Но какая разница? Если можно стать сёгуном, то почему бы и не побыть собакой Кайдо?
...
В главном зале.
Ямато, по настоянию Кейна, сидела на главном месте в позе сэйдза.
По своей природе непоседливая, Ямато чувствовала себя крайне неуютно, словно по ней ползали муравьи.
— Кейн, я так устала, — надула она губы.
Шлеп!
Кейн шлепнул Ямато по беспокойной ступне и со строгим лицом сказал:
— Не двигайся. Потерпи еще немного.
Стоявшие рядом члены Онивабансю, опустив глаза в пол, старались быть как можно незаметнее, чтобы не мешать развлечениям двух господ.
В зал вошел Фукурокудзю и, опустившись на одно колено, доложил:
— Господин Кейн, госпожа Ямато, даймё всех провинций прибыли.
— Хорошо, пусть входят, — спокойно ответил Кейн, ничуть не смущаясь того, что отдает приказы за Ямато.
Фукурокудзю, привыкший к этому, подчинился и вышел.
«Если король-защитник Кайдо — это мужчина за спиной страны Вано, то господин Кейн — это мужчина за спиной сёгуна Ямато».
Вскоре Фукурокудзю ввел в зал группу людей.
Пятеро даймё, шедшие во главе, едва войдя, устремили свои взгляды на Ямато, сидевшую на главном месте, и стоявших за ней членов Онивабансю.
«Почему на главном месте сидит пират?»
«И почему эти члены Онивабансю выглядят такими покорными?»
В сердцах пятерых даймё зародилось дурное предчувствие.
— Господа, прошу садиться.
Кейн видел выражение их лиц и в душе холодно усмехался.
«Сегодняшний банкет — ловушка».
Когда пятеро даймё сели, Кейн без обиняков представил Ямато:
— Как говорится, государство не может и дня прожить без правителя, а дом — без хозяина. Сегодня я пригласил вас сюда, чтобы избрать нового сёгуна страны Вано. Кандидат, выдвинутый просвещенным королем-защитником, — госпожа Ямато. Прошу голосовать.
Ямато, следуя указаниям Кейна, с каменным лицом выпрямилась, стараясь выглядеть как можно более величественно.
Взглянув на неестественное выражение лица Ямато, даймё Ринго осторожно спросил:
— А есть другие кандидаты?
Кейн спокойно улыбнулся:
— Нет. Единственный кандидат, которого признают Пираты Зверей, — это госпожа Ямато.
Лица пятерых даймё одновременно изменились.
«Какая наглость! Они даже не пытаются скрыть, что все уже решено за нашей спиной?»
«Могли бы для приличия подсунуть нам какого-нибудь никчемного кандидата, чтобы мы сделали вид, что выбираем».
Вспыльчивый даймё Хакумай тут же вскочил, ударив по столу:
— Как мы можем выбирать, если есть только один кандидат? У нас что, есть выбор?
— Конечно, есть, — спокойно ответил Кейн. — Вы можете отказаться.
— Я отка...
Не успел даймё Хакумай договорить, как даймё Киби, с которым у него были хорошие отношения, поспешно зажал ему рот и с заискивающей улыбкой сказал:
— Он не в себе, оговорился.
— Больных надо лечить.
Кейн повернулся к Фукурокудзю и с улыбкой сказал:
— Думаю, даймё Хакумай стоит взять отпуск по болезни. А его пост даймё пусть займет... пусть займет... — Кейн небрежно указал на одного из самураев с заискивающим выражением лица, стоявшего за спиной даймё Хакумай. — Пусть он.
— Благодарю господина Кейна за повышение! Меня зовут Номура Итиро, клянусь до смерти служить сёгуну Ямато!
Самурай не растерялся от свалившегося на него счастья и тут же присягнул на верность Ямато, боясь, что если он промедлит, пост даймё уплывет из-под носа.
Самураи, пришедшие с даймё, смотрели на него с завистью и ненавистью.
«Так просто стать даймё? Почему господин Кейн не выбрал меня?»
Даймё Хакумай был в ярости. Он отдал три тысячи золотых в качестве взятки Куродзуми Ороти за этот пост.
И вот так, в одно мгновение, он лишился своего места?
Даймё Киби, видя, что дело плохо, поспешно прошептал ему на ухо:
— Успокойся, плетью обуха не перешибешь. Я помогаю тебе в последний раз. Если будешь и дальше буянить, я умываю руки.
С этими словами даймё Киби взглядом указал ему на самураев-стражников позади.
О стражниках замка и говорить было нечего, но даже их собственные охранники теперь с нетерпением смотрели на даймё Хакумай.
Они только и ждали, чтобы он снова взбесился, чтобы они могли его свергнуть и выслужиться.
Горячая голова даймё Хакумай мгновенно остыла. Ему уже не нужна была помощь. Он сам покорно отошел в сторону.
Кейн не удивился. Все благородные даймё погибли или сбежали еще во время смуты десять лет назад. У тех, кто служил Куродзуми Ороти, не могло быть стального стержня.
После этой сцены с даймё Хакумай оставшиеся четверо даймё мгновенно поняли расклад.
Кейн и Ямато уже контролировали две самые сильные военные силы страны Вано — Онивабансю и патрульные отряды. Любое их сопротивление было бы бесполезным.
— Мы клянемся в верности сёгуну Ямато!
Даймё почтительно преклонили колени перед своей новой госпожой и принесли ей клятву верности.
Обновлено: 21.01.2026