Всего-то семь или восемь утра, а улицы Хуацянбэя уже гудели, словно в канун Китайского Нового года.
Старые кварталы, не знавшие реконструкции, напоминали муравейник. Небо было исполосовано паутиной проводов, которые перерезали рекламные щиты на лоскуты. Внизу бурлила человеческая река: грузчики толкали тележки из складов в переулках, «челноки» с рюкзаками сновали туда-сюда, прицениваясь к товару.
Солнце с трудом пробивалось сквозь лес вывесок, рассыпаясь по асфальту пятнистыми тенями.
Рольставни ларьков были подняты наполовину. Воздух дрожал от симфонии звуков: визг электродрелей, скрип колёс, громкий смех, писк тестируемой электроники.
Вдруг из одного ларька на улицу вылетело облако дыма.
*Пффф! *
Никто даже бровью не повёл. Обычное дело.
В эпоху расцвета Хуацянбэя аренда крошечного киоска шириной меньше двух метров доходила до 200 000 юаней в год. Представьте, сколько жира капало с этого электронного бизнеса, если люди платили такие деньги за право ютиться в каморке!
А дымовая завеса... Наверняка очередной новичок-сборщик проткнул отвёрткой литиевую батарею. Бедолага, в следующем месяце его зарплата заметно похудеет.
Чжао Течжу тащил скрипучую тележку. Ручки были обмотаны грязными тряпками, которые, кажется, не стирали с момента изобретения колеса. Две коробки с 3.5-дюймовыми резистивными экранами подпрыгивали в такт его шагам.
Это были «сокровища», которые они с Чэнь Мо любовно отбирали у старьёвщиков.
Перед выходом Течжу замотал коробки в несколько слоёв пожелтевшего скотча и собственноручно вывел маркером аккуратные иероглифы: «Высший сорт».
— Снежинки падают на землю, превращаясь в воду... Эх-ма, хо-хо!
Течжу шагал и напевал хит А Бао с «Аллеи Звезд». Там, где он забывал слова, в ход шло залихватское «Эх-ма, хо-хо!».
В его исполнении песня теряла всю свою лиричность. Ноты скакали как дикие мустанги, ритм хромал на обе ноги.
— Любишь ли ты, сестрёнка, того, кто страдает... Ой-ёй, эх-ма!
Песня, задуманная как признание в любви, в его устах звучала как гимн бандита, спускающегося с гор за невестой. Прохожие оборачивались, сдерживая улыбки.
— Хочу целовать, так хочу, что на сердце тревога... Эх-ма, эх-ма!
Но Течжу было плевать. Его синяя рабочая куртка, видавшая виды, развевалась на ветру. Он был погружен в свой мир, таща тележку и горланя на всю улицу, пробиваясь сквозь толчею Хуацянбэя.
***
Три года назад, когда Чжао Течжу только приехал в Шэньчжэнь, он был наивным деревенским парнем.
Молодой, глупый, он тыкался во все двери, перебиваясь случайными заработками. Если бы Чэнь Мо не взял его под крыло и не дал работу «бегунка» на рынке, Течжу хлебнул бы горя сполна.
Но в какой-то момент, словно судьба щелкнула переключателем, у Течжу открылись чакры.
Теперь это был совсем другой человек: бойкий, пронырливый, с толстой кожей. На Хуацянбэе он стал своим в доску — опытным мастером по разборке и сборке, который умел решать вопросы.
Многие владельцы ларьков заглядывались на него, пытаясь переманить.
Найти толкового разборщика здесь было непросто. Каждый босс трясся над своим мастером.
Разница между профи и новичком колоссальная. Из одного списанного телефона профи извлекает 90% ценных запчастей, а новичок в лучшем случае половину не запорет.
А Течжу был не просто рукастым, он был ещё и смекалистым. Это вообще редкий зверь.
Маленькая мастерская «Orange Technology» смогла легализоваться и закрепиться на рынке благодаря двум факторам: связям Чэнь Мо (лицензия через наставника) и беготне Течжу (аренда, оборудование, поиск поставщиков).
Многие боссы ломали голову: чем этот вчерашний студент опоил Течжу?
Ему предлагали 2000, потом 2500 — он не уходил.
Для справки: средняя зарплата в Шэньчжэне в 2010 году была около 2700 юаней. 2500 для работяги без образования — это очень прилично.
(Ну, про «среднюю зарплату» мы все всё понимаем).
Никто не знал, что Чэнь Мо, ценя преданность и дружбу, платил этому «балбесу» 3000 юаней. Именно поэтому Течжу оставался верен.
Конкуренты судили по себе, недооценивая щедрость Чэнь Мо. Они думали, что он, как все, платит копейки, и пытались перебить цену, но безуспешно.
***
Пот градом катился по смуглому лицу Течжу. Он притормозил у ларька, залпом осушил бутылку колы и смачно рыгнул.
Со стороны казалось, что он просто отдыхает. На самом деле, пока он пил, его глаза сканировали улицу позади.
Там, в паре десятков метров, владелец ларька яростно торговался с «челноком».
Парень с рюкзаком, типичный старьёвщик, тряс материнской платой:
— Шеф! Это же эксклюзив, я полдня убил, чтобы её найти! Твоя цена — грабёж!
Босс, вальяжно развалившись в кресле и пуская дым, фыркал:
— Да на ней живого места нет! Я и так переплачиваю. Не хочешь — иди ищи дураков!
Но Течжу смотрел не на них. Его внимание привлёк Старина Ван, который прятался за спиной «челнока».
Ван изо всех сил втягивал живот и старался слиться с пейзажем, но его внушительное пузо, нажитое за три года сытой жизни, предательски выпирало.
Для Течжу эта картина выглядела как страус, спрятавший голову в песок, но оставивший задницу на виду.
В этот момент другой прохожий «челнок» заметил тележку Течжу. Глаза парня загорелись.
— Братан! — он подбежал и начал кружить вокруг коробок. — Экраны резистивные? Выглядят свежо. Почём штука?
Течжу небрежно поставил пустую бутылку в ящик, отмахнулся, как от назойливой мухи, и скривил лицо:
— Я оптом сдаю, всю партию. В розницу не торгую. Не трать моё время, если тебе пару штук надо.
Парень попытался было поторговаться, но Течжу уже взялся за ручки тележки и двинулся дальше.
— Эй...
«Челнок» разочарованно цокнул языком, глядя вслед уходящей тележке, и пошёл искать счастья в других рядах.
Такие ребята занимались тем же, чем когда-то Чэнь Мо: открывали на Taobao магазинчики типа «Б/у электроника от студентки». Если товар дешёвый и рабочий, они могли заработать на хлеб с маслом.
Течжу, воспользовавшись суматохой, снова скосил глаз назад.
Точно. Старина Ван, пригибаясь и озираясь, крался следом.
«Старый лис, не удержался-таки», — подумал Течжу.
В его глазах мелькнула хитрая искра. Он невозмутимо влился в людской поток.
Через пару минут он свернул к ларьку старины Чжана.
— Брат Чжан!
Течжу припарковал тележку, с натугой поднял одну коробку и плюхнул её прямо на прилавок, едва не смахнув паяльник. Затем он выразительно подмигнул хозяину.
— Трудишься, брат Чжан?
Чжан оторвался от схемы, увидел плутоватую физиономию Течжу, перевёл взгляд на коробку, а затем — на улицу за спиной парня...
Обновлено: 23.01.2026