Цзян Паньюэ была женщиной, которая знала себе цену. Ей было уже под пятьдесят, но выглядела она великолепно. Ни единой лишней морщинки на лице, осанка и манеры выдавали в ней человека из высшего общества. Благородство чувствовалось в каждом её жесте.
Сегодня она собралась с подругами в ресторане частной кухни, чтобы немного поболтать и отдохнуть. Но в разгар обеда владелец ресторана вдруг сообщил ей, что её дочь тоже здесь. Более того, она воспользовалась картой отца и заказала отдельный кабинет на двоих.
Услышав это, госпожа Цзян, естественно, решила заглянуть к дочери.
Вскоре она стояла перед дверью кабинета, который забронировала Юань Мэн. Раздвижная дверь скрывала небольшое уютное пространство, идеально подходящее для встреч тет-а-тет.
Изначально госпожа Цзян думала, что дочь просто захотела вкусно поесть в одиночестве. Но стоило ей потянуться к ручке двери, как изнутри донёсся голос дочери и ответ какого-то мужчины.
— Сестрица Юань, мне это можно съесть?
— Нет! Не наглей! Ешь вот это.
— Ого! Какое нежное!
Госпожа Цзян: Σ(⊙▽⊙“a
Как женщина опытная, она мгновенно дорисовала в воображении картину, которую словами не описать. В кругу богатых и знаменитых она наслушалась историй о том, как развлекается «золотая молодёжь». Предела разврату там не было.
«Да как так можно?!» — ужаснулась она.
Ей вовсе не хотелось повторить судьбу одной из своих подруг, чья дочь загуляла неизвестно с кем, забеременела, и всё закончилось скандалом и принудительным разрывом отношений.
Потеряв всякое самообладание, госпожа Цзян рывком распахнула дверь и рявкнула:
— Прекратить!
От неожиданности двое, мирно обедавшие внутри, подпрыгнули на месте.
Линь Мо, только что отправивший в рот кусок морского ушка (абалона), судорожно сглотнул, едва не подавившись. Соус стекал по уголку его рта, а в глазах читался неподдельный ужас. Что такое? Абалон отравлен?!
Юань Мэн от испуга выронила ложку с десертом из ферментированного риса — её любимым лакомством. Она уже хотела обернуться и отчитать наглеца, посмевшего их потревожить, но, увидев разъярённую мать в дверях, впала в ступор.
— Мама? Ты что здесь делаешь?
Услышав это, Линь Мо поспешно проглотил остатки еды, вскочил и поклонился:
— З-здравствуйте, тётушка!
Госпожа Цзян, застывшая в дверях, тоже оцепенела. Внутри не происходило ничего из того, что она себе нафантазировала. Одежда на обоих была в полном порядке, они просто ели. Более того, она, кажется, до смерти напугала этого бедного парня. Даже с её жизненным опытом ситуация была крайне неловкой.
К счастью, госпожа Цзян умела держать лицо. Она быстро взяла себя в руки и улыбнулась:
— И тебе здравствуй. Владелец сказал мне, что Юаньюань (домашнее имя Юань Мэн) здесь, вот я и решила заглянуть.
Она перевела взгляд на дочь:
— Юаньюань, не представишь нас?
Юань Мэн поднялась, с лёгкой досадой во взгляде:
— Мама, это мой коллега и хороший друг, Линь Мо. Можешь звать его Черныш.
Линь Мо: ...
— Перестань, — шикнула на дочь госпожа Цзян, а затем внимательно посмотрела на Линь Мо.
Хм, надо признать, парень симпатичный. Но выглядит совсем юным. Интересно, из какой он семьи?
— Я буду звать тебя Сяо Линь, хорошо? Не беспокойтесь, я просто заглянула поздороваться. Ешьте спокойно. Я буду в чайной напротив. Юаньюань, как закончите, приводи Сяо Линя, посидим немного.
Сказав это и не дав дочери возможности возразить, она кивнула Линь Мо и удалилась.
Линь Мо и Юань Мэн остались стоять в гробовой тишине, растерянно глядя друг на друга.
— Э-э... Сестрица Юань, и что теперь? Может, я пойду?
Ситуация была неловкой. Встретиться впервые и сразу идти пить чай? А вдруг это просто вежливость?
— Куда ты пойдёшь? Сначала поешь! А потом пойдём посидим, чего ты боишься? — отмахнулась Юань Мэн.
— Ладно.
Линь Мо понимал, что сбежать сейчас было бы грубо. Раз уж так вышло, придётся идти. По крайней мере, нужно доесть этот шикарный обед.
***
Тем временем госпожа Цзян предупредила подруг и направилась в чайную напротив. Её муж часто заходил сюда после деловых обедов, так что место было знакомое.
В глубине души она понимала: дочь взрослая, рано или поздно у неё кто-то появится. Она не была против отношений как таковых. Но брак... это другое дело. В их кругу браки заключаются по расчёту, ради объединения капиталов.
Но, не будучи противницей любви, она всё же не упустила случая узнать побольше о молодом человеке.
Линь Мо и Юань Мэн быстро расправились с едой и уже через двадцать минут вошли в чайную.
— Мам, мы пришли!
— Здравствуйте, тётушка.
— О, вы уже здесь! Не стойте, Сяо Линь, присаживайся.
Они расположились в уютной чайной комнате, оформленной в изысканном стиле. На столе стоял сервиз из селадона Жу.
Поскольку намечался приватный разговор, официант, подготовив всё необходимое, удалился.
Увидев, что госпожа Цзян собирается сама заваривать чай, Линь Мо поспешно вмешался:
— Тётушка, позвольте мне. Я немного умею.
Во-первых, он был младшим, и позволять старшему заваривать чай было невежливо. Во-вторых, ему нетерпелось проверить свои навыки. Едва увидев чайный набор, его тело само вспомнило нужные движения.
— О? Ну что ж, с удовольствием попробую, — удивилась госпожа Цзян.
В наше время чайную церемонию изучают либо профессионалы, либо большие любители, либо дети из богатых семей, впитавшие культуру с молоком матери.
Линь Мо вымыл руки, сел за стол, глубоко вздохнул и расслабился. Даже его аура изменилась, став спокойной и умиротворяющей.
Взглянув на чайные листья, он сразу определил сорт: зелёный чай, Синьян Маоцзянь.
Кипяток, прогрев посуды, мягкое движение запястья — вода льётся, пробуждая чай. Первая заварка сливается. Вторая — наполняет чайник.
Снятие пены, встряхивание аромата, «вхождение в море», раскрытие листа — каждое движение Линь Мо было плавным, выверенным, красивым. Было видно, что он обучался этому искусству.
Наконец, он разлил чай по трём чашам, расставленным треугольником.
— Тётушка, прошу, отведайте чая!
— Хм...
Госпожа Цзян приняла чашу, поданную обеими руками, вдохнула аромат и сделала маленький глоток. Её глаза загорелись.
Надо признать, чай был заварен лучше, чем тот, что она пила обычно. Глоток этого напитка успокоил её душу, и даже этот паренёк стал казаться ей ещё симпатичнее.
Линь Мо тоже сделал глоток. Вкус был отменным: сладкое послевкусие, насыщенный аромат. На несколько уровней выше того, что он пил раньше. Качество стоило своих денег.
Пока Линь Мо и госпожа Цзян молча наслаждались чаем, погруженные в свои мысли, Юань Мэн, наблюдавшая за этим представлением, не выдержала:
— Ну и чего ты тут выпендриваешься?!
Линь Мо: ...
Госпожа Цзян: ...
Обновлено: 23.01.2026