Глава 69 — Глава 69

Лицо Лу Цзяньвэй стало холодным. — Правильный путь? Разве можно говорить о правильном пути, когда изначально следовали кривой дороге? — Управляющая Лу... — Я задам тебе лишь один вопрос, — перебила его Лу Цзяньвэй. — Ты пришёл выкупить своих людей или ищешь карту сокровищ? В гостинице и за её пределами воцарилась гробовая тишина. Все с нетерпением ждали ответа Сун Сяня. Если бы он выбрал первый вариант, возможно, ему пришлось бы оставить деньги, даже не войдя в гостиницу. Если же второй, репутация Усадьбы Праздного Облака была бы разрушена. В мире рек и озёр любая организация могла искать карту сокровищ, но только не Усадьба Праздного Облака. Что выберет Сун Сянь? В комнате на втором этаже Тао Ян сжал кулаки до побеления костяшек, не отрывая взгляда от ворот. Он уже догадывался о возможном ответе, но всё ещё надеялся на чудо. Вэй Лю смотрела с холодным равнодушием, потому что давно перестала верить в совесть Сун Сяня. В главном зале Юэ Шу перевёл взгляд на Чжан Бо, и в его глазах читалось разочарование. Его отец за всю жизнь нашёл лишь одного друга, и тот оказался законченным лицемером. Оба они сейчас благодарили судьбу за то, что после трагедии не обратились за помощью в Усадьбу Праздного Облака, чтобы не подставить её под удар. За воротами наступила короткая пауза, после чего раздался тихий вздох Сун Сяня. — Дорогой племянник Шу, дядя Чжан, после смерти брата Юэ я не прекращал поиски, чтобы предложить вам убежище и отомстить за брата. Двое моих учеников, поселившихся здесь раньше, тому доказательство. Все подумали, что он начал играть на чувствах. Юэ Шу уже открыл рот, чтобы ответить, но Чжан Бо остановил его. Сун Сянь продолжил: — Я тоже глубоко возмущён несправедливой смертью брата Юэ. Я пришёл, чтобы забрать вас в усадьбу. После того как мы отомстим, ты, племянник, станешь новым главой Усадьбы Белого Журавля. Неужели ты позволишь, чтобы наследие семьи Юэ осталось без хозяина и исчезло? — Хватит болтать, — с отвращением прервала его Лу Цзяньвэй. — Выкуп или карта? — Управляющая Лу, разве ты собираешься держать Шу вечным работником в этой гостинице? Он ведь наследник Усадьбы Белого Журавля! — Я сам хочу работать здесь! — не выдержал Юэ Шу. — Хозяйка дала мне и дяде Чжану кров и спасла мне жизнь! Я останусь здесь навсегда! Он не позволит этому негодяю очернить хозяйку. Уголки губ Лу Цзяньвэй дрогнули в лёгкой улыбке, ведь не зря его кормила. — Старик Сун, если не хочешь платить, так и скажи. Ты тянет время лишь потому, что жаль денег? Вот Башня Тысячи Ли те молодцы, восемь тысяч лянов даже глазом не моргнули. — Управляющая Лу, ты смущаешь меня своими похвалами, — кокетливо рассмеялась Лань Лин. — Старик Сун, неужели так трудно признать, что тебе плевать на своих учеников? Сун Сянь подумал, что ему всего пятьдесят. Для мастера боевых искусств шестого уровня пятьдесят лет — расцвет сил, его никак нельзя назвать стариком. — Ты вообще будешь выкупать своих людей? — язвительно заметил Цзинь Посяо. — Ты так ноешь, что уже тошно слушать. Интересно, как ты вообще заработал свою репутацию? Ученикам Усадьбы Праздного Облака не позавидуешь. Все замолчали. Тао Ян вонзил ногти в ладони до крови. В усадьбе его учитель был для всех непререкаемым авторитетом, его уважали, почитали, даже считали отцом. Но сегодня, на глазах у всех, его наставник вёл себя как жалкий шут, разрушая идеализированный образ. Раньше он был ослеплён, но сейчас будто кто-то разогнал туман перед его глазами, и всё стало ясно. — Я... — Чай Кунь, старейшина Крепости Чёрного Ветра, прибыл с визитом к управляющей Лу, — раздался голос за воротами, прерывая Сун Сяня. — Наши ученики допустили ошибку, и глава крепости велел мне принести богатые дары, чтобы выкупить пленников и извиниться перед управляющей Лу. Прошу проявить великодушие. Контраст был разительным. Даже после того, как двоих молодых господ Крепости Чёрного Ветра так унизили в гостинице, их глава смог проглотить обиду и прислал искренние извинения. А что сделал Сун Сянь? Юлил, скрывал правду, совершенно не соответствуя образу благородного воина. В главном зале Чжан Бо пояснил Юэ Шу и Сюэ Гуаньхэ: — Чай Кунь — третий старейшина Крепости Чёрного Ветра, известный своим миролюбием. Поэтому его часто отправляют решать внешние вопросы. Услышав это, Лу Цзяньвэй всё поняла. — Старейшина Чай, вы слишком любезны. Гуаньхэ, иди проверь выкуп. Шестьдесят нападавших из Крепости Чёрного Ветра по тысяче лянов за каждого — шестьдесят тысяч, противоядие по сто лянов — итого шесть тысяч. Хэй Хоу — двести десять цзиней, по сто лянов за цзинь — двадцать одна тысяча. Хэй Чжун — двадцать тысяч. Всего сто семь тысяч лянов. Сюэ Гуаньхэ открыл ворота и принял деревянный ларец от Чай Куня. В ларце лежала пачка серебряных чеков на сто десять тысяч лянов, а дополнительные четыре тысячи были подарком в знак извинений. — Хозяйка, сто десять тысяч! — крикнул Сюэ Гуаньхэ. Все ахнули, потому что Крепость Чёрного Ветра действительно не скупилась, выложив сразу сто десять тысяч. У Чай Куня сердце обливалось кровью. Если бы молодые господа не напали на гостиницу, им бы не пришлось переплачивать сорок с лишним тысяч. Лу Цзяньвэй одобрительно кивнула. — Дядя Чжан, отпустите молодых господ Хэя. Чжан Бо взмыл вверх, освободил Хэй Хоу и Хэй Чжуна и без церемоний швырнул их за ограду. Те тяжело рухнули на землю. От этого звука у многих пробежали мурашки по коже. Лу Цзяньвэй любезно предложила: — Молодые господа Хэй приняли наш особый порошок, расслабляющий жилы. Нужно ли противоядие? Сто лянов за пилюлю. Чай Кунь сначала хотел отказаться, потому что в крепости наверняка найдётся противоядие от обычного порошка. Но вспомнив о неизвестном веществе, подавляющем внутреннюю силу, осторожно сказал: — Будьте добры. И достал ещё двести лянов. — Гуаньхэ, Шу, принесите лекарство из кладовой.