С момента своего рождения Сяо Ци не знал ни тревоги, ни печали. Всё в этом мире было для него новым и наполняло его радостью. Но сейчас от Радужного Стрижа исходила только глубокая и неизбывная грусть. Он тихо чирикнул, потерянно опустив голову, и вернулся на плечо Бай Юньфэя. Там он свернулся в клубок, спрятав голову под крыло, словно был смертельно уставшим.
[……]
Бай Юньфэй перевёл взгляд с Фениксового Орла на Сяо Ци и обратно. Он начал понимать, о чём думал его спутник. Этот мир был огромен, и Сяо Ци только начинал его познавать. Когда он увидел, как птица заботится о своих птенцах, стриж отчаянно захотел испытать это чувство на себе. За всю свою короткую жизнь он никогда не сталкивался с чем-то подобным. Сяо Ци не понимал, почему это так сильно его задело, но теперь, узнав о таких чувствах, он не мог выкинуть это из головы. Лишённый родителей, братьев и сестёр, он был отрезан от семейного тепла, доступного другим детёнышам духовных зверей.
– Мать, – вздохнул Бай Юньфэй. Он вспомнил схватку между Древесным Волком и Радужным Стрижом перед пещерой, как птица пожертвовала жизнью, чтобы защитить своих детей. Юньфэй мог только посочувствовать Сяо Ци. Он протянул руку, молча ласково погладив разноцветные перья стрижа, а другой рукой похлопал Синеглазого Ящера по голове, давая сигнал двигаться дальше.
***
Следующие несколько дней Бай Юньфэй пробирался через лес, не углубляясь слишком далеко. Он оттачивал контроль над элементальной энергией и набирался опыта в постоянных сражениях с духовными зверями. Его сила, значительно ослабевшая после событий в пещере, быстро восстанавливалась. Он уже почти вернулся в прежнюю форму.
С того дня, как они встретили Фениксового Орла, поведение Сяо Ци заметно изменилось. Он всё ещё иногда радовал Юньфэя своими песнями и жизнерадостным чириканьем, но стоило ему заметить семейство лесных зверей, как он надолго затихал, погружаясь в печаль. Бай Юньфэй пытался подбодрить его, но ничего не помогало. Он подумывал рассказать Сяо Ци о его матери, но боялся, что это может только навредить. Мать Сяо Ци погибла от лап Древесного Волка, и это знание могло окончательно сломить дух невинного птенца. Поэтому Юньфэй решил молчать.
На четвёртый день…
Бай Юньфэй сидел, развалившись на голове у Синеглазого Ящера, восстанавливая силы после схватки с хозяином этой территории – Золотым Четырёхруким Медведем на средней стадии шестого уровня. Бой прошёл без осложнений, хотя Юньфэю пришлось использовать форму Кольца. В этот момент к нему прилетел Сяо Ци и устроился на плече, явно в своём меланхолическом настроении.
– Ау-у-у-у! – вдруг раздался устрашающий вой неподалёку.
– Сяо Лань, поворачивай направо, – скомандовал Юньфэй.
– Гр-р-р… – ящер послушно изменил направление, двигаясь к горе, откуда и доносился вой.
Бай Юньфэй почувствовал бурление духовной силы и элементальной энергии. Он сразу понял, что там идёт сражение. Если бы это был бой зверей шестого уровня, он бы почуял их задолго до этого момента. Но что-то в этой схватке пробудило его любопытство. Когда ящер обогнул гору, Юньфэй увидел в километре впереди две сражающиеся фигуры. Это зрелище заставило его широко раскрыть глаза.
– Нет, серьёзно? Как он сюда попал?
На прогалине, где было немного деревьев, сталкивались два тёмно-зелёных силуэта. Оба зверя использовали элемент дерева. Одним из них была гигантская жаба размером с быка, а другим – Древесный Волк! Но это был не просто волк – на его правом боку виднелся свежий шрам, ещё не затянутый шерстью. Бай Юньфэй тут же почувствовал знакомую ауру. Это был тот самый Древесный Волк, которого они встретили у пещеры! Волк, убивший мать Сяо Ци!
– Лес Духовных Зверей так огромен, но наши пути снова пересеклись… Что ж, отлично. Я использую тебя, чтобы решить свои проблемы! – внутренне решил Юньфэй, задумываясь о плане действий.
– Сяо Ци, – тихо сказал он, поглаживая перья стрижа, который с любопытством смотрел на сражение. – Есть кое-что, что я должен тебе рассказать.
– Чирп? – Сяо Ци вопросительно наклонил голову.
– Ты хочешь узнать о своей матери?
Радужный Стриж застыл, его тельце напряглось. Он слегка задрожал от переполнявших его эмоций и торопливо чирикнул, как бы говоря «да».
– Сяо Ци… Твой мамы больше нет в этом мире, – мягко сказал Юньфэй. Он относился к стрижу как к полноценной личности, поэтому постарался донести эту мысль как можно деликатнее.
Когда последнее слово отзвучало, Сяо Ци словно превратился в ледяную статую. Ещё мгновение назад он возбуждённо подпрыгивал рядом с Бай Юньфэем, но теперь замер, не в силах поверить услышанному.
– Сяо Ци, – снова заговорил Юньфэй, – в тот день, когда я тебя нашёл, я наткнулся на двух сражавшихся перед пещерой духовных зверей…
Юньфэй знал, что Сяо Ци понимает его слова и чувствует, к чему он клонит. Поэтому, не мешкая, он начал спокойно и подробно рассказывать обо всём, что видел в тот день. Он рассказал и о яростной схватке между Радужным Стрижом и Древесным Волком.
– В конце концов, Радужный Стриж решил взорвать себя, надеясь, что это заставит волка отступить… Эта птица была твоей матерью. А Древесный Волк, что сражается вон там, был тем самым, кто её убил. Та рана на его боку – след от удара, нанесённого твоей матерью, – закончил Юньфэй.
В этот момент его рассказ прервал протяжный вой, наполненный предвкушением и азартом. Древесный Волк стоял, запрокинув голову к небу, а у его ног лежала гигантская жаба, судорожно дергавшаяся, как будто пытаясь удержать выпавшие внутренности. Хотя и сам волк был изрядно изранен, в его глазах горела лишь радость долгожданной победы. Окутанный мощной аурой, он неторопливо приблизился к поверженному врагу. Его челюсти с хрустом сомкнулись на голове жабы. В следующий момент волк добрался до духовного кристалла и проглотил его целиком.
Как только тёмно-зелёный кристалл исчез в его пасти, всё тело зверя вспыхнуло ослепительным светом. Раны начали затягиваться с невероятной скоростью. В то же время его духовная сила стала стремительно расти. Прорыв на новый уровень… начался!
Обновлено: 09.04.2026