### 1. Дорога на юг
Поезда по Италии всегда звучат как саундтрек к погоне: моторы, свист ветра, споры в купе.
Реборн читает газету, Гокудера считает детонаторы, Ямамото пытается заманить всех в «карточную версию мафиозных войн», а Ламбо спит в багажной сети.
Я смотрел в окно: поля, оливковые рощи, горы. Мир казался таким тихим, что даже Реборн поднял взгляд:
— Не привыкай к тишине. В этом деле она – самый громкий звук.
### 2. Палермо
Город встретил нас жаром и запахом моря. Пальмы, вино, музеи – и под всем этим роскошным блеском мафия всеми формами.
Мы свернули в узкий переулок, где ждал высокий седой мужчина в рубашке с закатанными рукавами и тёмных очках.
На шее у него пульсировал огонёк желтоватого пламени.
— Мартино ди Веккья, – представился он с улыбкой. – Говорят, ты тот самый русский босс?
— Мне ещё рано до босса, – ответил я. – Пока я ученик бессмертного ребёнка с огнестрелом.
Реборн усмехнулся: — Ты быстро учишься вежливости.
Мартино пожал мне руку и вздохнул.
— Если ты здесь, значит, R‑0 вышел на большую игру. Знаешь, что он делает теперь?
— Запускает старые сети Бьанчине, – сказал Реборн. – Нам нужно добраться до его контактных банков.
— Значит, добро пожаловать в порт.
### 3. Портовое интермеццо
Сицилийский порт ночью – это как улей: всё жужжит, мигают огни, везде бочки, контейнеры и взрослые мужики со странными ящиками.
Мартино вел нас через склады.
Гокудера тихо комментировал:
— Типичный контрабандный район. Место идеальное.
— Живой район, пока ты не взрываешь, – сказал Реборн.
На складе мы нашли старый серверный блок с эмблемой изломанного пламени. Пока Ямамото прикрывал, Гокудера пытался снять защиту.
И все шло более‑менее ровно, пока Ламбо не решил, что фургоны рядом – это прекрасное место поиграть в прятки.
Сирена. Свет. Пули.
— Началось! — крикнул Мартино.
— Классика, – буркнул Реборн и достал пистолет.
### 4. Перестрелка на моле
Пули стучали по металлу, в воздухе запах пороха.
Я перекатился к краю настила, пламя вспыхнуло на лбу – на рефлексах.
— Ямамото, левый фланг! Гокудера, малые заряды!
— Есть, капитан, – усмехнулся Ямамото и ушел в дым.
Мартино сбоку прикрывал наш отход и вдруг швырнул вниз маленький измятый чип.
— Вот оно, что они охраняли! Память серверов Бьанчине!
R‑2, стоявший наверху, успел поймать диск – а в тот же момент взрыв сорвал крыши залов.
На доках вспыхнуло серое пламя. Никогда не видел ничего подобного – будто огонь и пепел в одном, вплетённые в свет.
— Это оно, – прошептал Мартино. – Такое у R‑0. Пламя Памяти.
### 5. Битва за диск
Огненные цепи, воздушные вспышки, Гокудера с воплем «план Б!» швыряет что‑то в воду. Взрыв на пол‑гавани.
Ямамото прикрывает, пока Ламбо тащит R‑2 с диском.
Мне пришлось зайти в центр, где пламя Памяти едва касалось земли и оставляло знаки в воздухе.
Я дотянулся до диска рукой – и на миг увидел воспоминания, словно вспышки кино:
*белая лаборатория, Реборн моложе, люди в масках, и голос Анджело* говорит:
«Память — это истинное оружие. Если заставить её гореть, мы перепишем всё.»
Энергия оттолкнула меня назад. Диск остался в R‑2, пламя погасло.
Реборн подбежал, проверил всё, кивнул:
— Хорошо, босс. Живы, диск цел. Мартино – за руль. Уходим.
### 6. После бури
Когда всё успокоилось, мы спрятались в старом кафе на краю города.
Мартино чистил пистолет и изредка смеялся:
— Вы и правда поколение хаоса. Двадцать минут – и полпорта на коленях.
Реборн усмехнулся: — Работаем быстро.
Я держал в руках чип. Он теплый, будто в нём жило пламя.
— Пламя Памяти, – сказал R‑2. – Оно записывает жизни владельцев. R‑0 использует его для контроля над прошлым.
— Он хочет стереть Вонголу, — догадался я.
— И переписать историю как свою, – подытожил Реборн. – Но для этого ему нужен ключ.
— Моё пламя.
— Верно. Так что придется спасти историю — какой бы безумной она ни была.
### 7. Путь назад
Пока Мартино гнал по нощной трассе прочь от Палермо, Реборн уже рисовал на планшете новый маршрут.
— След ведёт на плато Этны. Там у него центр.
Я выдохнул: — Обожаю отдыхать возле действующих вулканов.
— Тепло, – сказал Ямамото, и мы все захохотали.
На горе, далеко вперёд, в облаках, уже мелькал огонь.
Он был не красный и не оранжевый – серебристо‑серый, как пепел.
Там начнётся новый раунд — и, похоже, самый опасный.
Обновлено: 16.02.2026