### 1. Дорога с приключениями
— Реборн, есть чувство, что наше понятие «дальше по Японии» означает «ещё дальше в хаос», — сказал я, глядя в окно поезда.
— Не жалуйся. У некоторых миссии вообще без панорамного вида, — ответил он, попивая кофе на поручне.
Гокудера ковырялся в чехле с взрывчаткой и бормотал: «Теперь точно с минимумом шуму».
— Так и предыдущие должны были быть «с минимумом шуму», — приметил Ямамото.
Ламбо, укутанный в три куртки, спал вверх ногами в сиденье.
— Наш контакт на месте уже ждёт. Старый друг семьи, великий кулинар и частично хакер, — сказал Реборн. — Зовут его Такэруш.
— Это тот, что взорвал кафе в Йокосуке? — уточнил Гокудера.
— Он называет это «неудачный десерт».
### 2. Портовое убежище
Иокогама встретила нас мокрым ветром и солёным запахом моря.
Контакт оказался суетливым мужиком в белом фартуке, который туда‑сюда таскал ящики с рыбой.
— А! Реборн! Мальчик, босс, фейерверк! — поприветствовал он нас на всех языках сразу.
— Такэруш, короче, — сказал Реборн.
— Да, короче, кроме моего долга. След плазмы ведёт на старый сухогруз.
— Снова подвал, — вздохнул я. — Не удивлюсь, если и мониторы те же.
### 3. Ловушка
Судно стояло в доке одиночно — ржавое, тихое, словно мертвое.
Мы поднялись по трапу, держась в рассыпной формации (Реборн настаивал — «как в учебнике для первоклассников Мафии»).
Внутри — коридоры, тонкий запах масла и кальмаров.
Гокудера взял датчик, но экран пуст.
— Чисто. Очень чисто.
— Слишком чисто, — сказал Реборн. — Либо ловушка, либо генеральная уборка.
Через мгновение пол под нами защёлкал — и металлические стенки опустились, отделяя нас друг от друга.
### 4. Делимся на группы
Меня откинуло в отсек с погрузочной палубой. Слышался рокот волн. На противоположной стороне стоять фигура в тени, с маской.
— Снова ты? — позвал я. — Может, хватит уже в костюмах, покажите лица?
Молчание.
И потом вспышка — три огненных цепи из пустоты.
Я уклонился, соскользнув по мокрому настилу.
Пламя снова отозвалось само — тепло, как второе дыхание.
В тот момент появилось ощущение — будто я могу управлять тем, как пламя «переплетается».
Я сжал кулак и выкинул энергию вперёд тонкой дугой — она врезалась в цепи и сорвала маску с противника.
Это оказался парень лет двадцати с тем же огнём на лбу, только серебристым.
— Ты… – начал я.
— Эксперимент R‑2, — спокойно ответил он. — Мы с тобой из одной программы.
### 5. Дуэль
Удар за ударом. Пламя врезалось в воздух, струи энергии взрывали металл.
Он был быстрее, но взгляд ровный. Не злоба — проверка.
— Зачем ты нападаешь?
— Проверить, способен ли ты вернуться. Тебя мир ещё призовёт.
— Я никуда не вернусь, — ответил я и сбил его удар поворотом. — У меня теперь есть свои люди.
Он на секунду улыбнулся грустно и отступил в туман, сказав:
— Значит, увидимся, когда мост откроют.
Палуба опустела.
Сверху раздались взрывы и вызов Гокудеры:
— Полно дронов! Ямамото ранен, но смеется! Что делаем?!
— То, что всегда! — ответил я, бросаясь наверх.
### 6. Бой на палубе
Картина — как в старых боевиках: взрывы, крики, Дино, который почему-то всплыл на лошади из воды, и Реборн на мачте, командующий каждым выстрелом.
Мы отбились и выбежали на берег, пока корабль не рванул.
Пламя моё всё ещё горело — ясно, ровно.
Реборн смотрел молча, потом кивнул.
— Теперь твоё пламя позволяет «связывать» другие. Это наш козырь.
— И если я опять утону, это тоже козырь?
— Нет, это бонус.
### 7. После
Поздним вечером, когда мы устроились в маленькой гостинице у порта, все валились с ног.
Гокудера долго писал отчёт о «победе с минимальными жертвами» (хотя гарью пахло всюду).
Ямамото смеялся, держа бинты на плече, а Ламбо спал в раковине с холодной водой.
— Знаешь, — сказал я Реборну, — я вижу, что он не враг. R‑2 не пытался нас убить.
— Не враг пока, — ответил тот. — У каждого своя миссия. Ты, похоже, его часть.
Он достал новую карту с метками.
— А мы идём дальше. Теперь всё быстро развивается.
Он улыбнулся по‑своему — так, что сразу становится страшно.
— Следующая остановка: Токио. Там всё и начнётся по‑настоящему.
Обновлено: 16.02.2026