На следующее утро.
Уён сладко потягивался, вдыхая аппетитный аромат, который щекотал ноздри, когда...
— «?!»
Он чуть не выпрыгнул из собственной кожи, обнаружив два глаза, пристально смотрящих на него в упор.
— «Дядя, ты проснулся?»
— «Твою мать, ты меня напугала!!!»
— «Хм».
С видом «и чего тут так удивляться?», Йевон спокойно смотрела на него. Уён схватился за бешено колотящееся сердце.
— «Ну зачем так делать первым делом с утра, малявка! У меня чуть инфаркт не случился!»
— «Вставай скорее, будем кушать вместе».
— «Кушать?»
Только тогда Уён заметил рядом еще одну «красивую морду», которая смотрела на него с нескрываемой жалостью. Это был Доха.
— «Солнце уже высоко, а ты только глаза продрал», — констатировал Доха.
— «Много ты понимаешь, ты вообще глаз не смыкаешь, даже когда луна заходит», — огрызнулся Уён, мгновенно заводясь.
— «Вставай и ешь. Йевон тебя ждала».
— «Она меня ждала?» — Уён перевел взгляд с племянницы на Доха, не веря своим ушам. — «Я живу с тобой в одной группе семь лет, и ни ты, ни другие мемберы ни разу не ждали меня, чтобы поесть вместе!»
— «...Разве?»
— «"Разве" мне тут еще говорит, у-у, ты...!»
Гнев Уёна был готов взорваться, но...
— «Дядя, суп остывает», — Йевон легонько потянула его за рукав.
— «...Прощаю только на этот раз из-за Йевон. Знай, как тебе повезло с такой племянницей».
— «Я это и так прекрасно знаю».
Завтракали они супом из пророщенной сои с кимчи, который сварил Доха.
— «Ты и такой суп умеешь? Я думал, у нас Иан за кухню отвечает».
— «Научился на одном кулинарном шоу».
— «А, точно. "Холодильник айдола". Тебя там еще Иан побил за то, что ты притворялся образцовым хозяином, а сам даже нож держать не умел?»
— «...Заткнись».
Через четыре часа.
Троица вывалилась из магазина люксового бренда с лицами, на которых читалась высшая степень истощения. Руки были забиты пакетами. Доха потратил сумму, эквивалентную авторским отчислениям за два месяца.
А всё потому, что продавцы раскусили его слабость:
— «Божечки! Ваша племянница? Она такая красавица! Теперь понятно, в кого дядя такой красавец. Это семейное!»
— «Вау, вы ведь сделаете её знаменитостью? Будет потерей для всей страны, если такая девочка не пойдет в шоу-бизнес!»
Доха, который обычно холоден к похвалам в свой адрес, превратился в «мистера Да», как только речь заходила о Йевон. Ему было не жалко никаких денег, лишь бы видеть, как Йевон, всегда немного подавленная, начинает сиять от гордости и радости.
— «Кстати, Йевон мы еще ничего не купили, здесь нет детской линии. Идем в соседний», — скомандовал Доха.
— «Эй, Йевон! Примерь вот это!» — Уён уже вовсю рылся в детском отделе, выудив розовое платье, словно нашел корень женьшеня.
Все в магазине обернулись. Двое парней выше 180 см с идеальными пропорциями даже в масках излучали ауру знаменитостей. Йевон чувствовала себя неловко под прицелом взглядов, но послушно направилась к Уёну.
И вдруг...
— «О-о? И кто это у нас тут? Не наша ли племяшка?»
— «!»
Кто-то резко схватил Йевон за руку.
Прежде чем она успела вскрикнуть от неожиданности, Доха смахнул чужую руку и молниеносно притянул девочку к себе, закрывая её своим телом.
— «Не смей трогать ребенка своими грязными руками».
Голос Доха был холодным как лед. Это был предел ярости для него — обычно вежливого и сдержанного. Только оказавшись в безопасности на руках у дяди, Йевон смогла рассмотреть того, кто её схватил.
«...Лже-дядя!»
А за его спиной стояла Джэён.
Обновлено: 18.02.2026