Глава 27 — Глава 27

**Глава 27. Неловкое положение клана Узумаки** — Великий Старейшина! Беда! Катастрофа! — вопли разрывали тишину зала приемов. Древний старик, сидящий во главе стола, поморщился, приоткрыв один глаз. — Не орите так. Я стар, но не глух. Что стряслось? Перед ним, запыхавшись, стояли Узумаки Кёга и Узумаки Масахико. Вид у них был такой, будто за ними гналась армия демонов. И причина для паники была весомой: главная виновница торжества, принцесса клана Узумаки Мито, исчезла. За дверями зала ожидали делегации двух сильнейших кланов мира — Сенджу и Учиха. Вечерний банкет должен был вот-вот начаться, а невесты и след простыл. Ситуация пахла грандиозным дипломатическим скандалом. Обидеть одновременно и Хашираму, и Мадару — это был кратчайший путь к тому, чтобы стереть Деревню Водоворота с карты мира. Хаширама, впрочем, особо не переживал. Он сидел с блаженной улыбкой, вспоминая недавнюю партию в карты. Зато Тобирама рядом с ним напоминал сжатую пружину. Он без остановки шипел брату на ухо о чести, достоинстве и пунктуальности. Мадара же хмурился по другой причине: он нигде не видел Су Сююя. Старейшина Узумаки тяжело вздохнул. Он прекрасно знал характер Мито. Девчонка наверняка снова использовала Хенге и улизнула гулять. Но сказать в лицо гостям: «Извините, наша принцесса сбежала от вас через окно» — было нельзя. С Учиха отношения и так натянутые, но Сенджу... Сенджу — кровные союзники. Такое пренебрежение могло стоить дорого. Двери зала распахнулись. — Эм... Добрый вечер всем, — раздался спокойный голос. На пороге стоял Су Сююй. А рядом с ним, с виноватым, но довольным видом, стояла Узумаки Мито. Они прибежали буквально минуту назад, вспомнив о приеме. В зале повисла тишина. Такая плотная, что её можно было резать кунаем. Десятки глаз уставились на пару. — Брат... — прошипел Тобирама, и его лицо начало наливаться краской гнева. — Почему этот парень рядом с Мито? Пока ты тут зевал и мечтал о картах, кто-то уже увел её у тебя из-под носа! Где твоя гордость?! Ты — глава клана Сенджу, черт побери! Мадара же, напротив, едва заметно ухмыльнулся и украдкой показал Сююю большой палец. «Ай да красавец! Настоящий Учиха. Пришел, увидел, победил. Сенджу теперь лопнут от злости». Су Сююй чувствовал себя неуютно под перекрестным огнем взглядов. — А чего все такие серьезные? — попытался он разрядить обстановку. — Мы просто смотрели фейерверки. Отличное шоу, кстати. Вы разве не видели? — Как тебя зовут? — ледяным тоном спросил Тобирама, буравя его взглядом. — Его зовут Учиха Сююй! — мгновенно вмешался Мадара, отрезая путь к отступлению. — Он из нашего клана. Есть проблемы, Тобирама? — Опять проклятые Учиха! — Тобирама скрипнул зубами так громко, что это услышали даже в дальнем углу. Если бы не нейтральная территория, здесь бы уже лилась кровь. Сююй хотел было открыть рот и сказать, что он вообще-то «Су», а не «Учиха», но, поймав предостерегающий взгляд Мадары, решил промолчать. Объяснять сейчас про Шаринган у чужака было бы самоубийством. — Погоди-ка... — Хаширама вдруг нахмурился, словно решая сложнейшую головоломку. — Я помню нашу первую встречу. Ты представился как Су Сююй. И ты тогда даже не знал Мадару. Как ты вдруг стал Учиха? Сююй, что за чертовщина? Тобирама мгновенно насторожился. Несостыковка. Если он Учиха, то как мог не знать сына главы клана? Здесь пахло тайной, и Тобирама, как прирожденный аналитик, почуял запах лжи. Но информации было слишком мало. — Давайте лучше послушаем, что скажут уважаемые хозяева, — технично перевел стрелки Сююй. — Дедушка! — Мито выпорхнула вперед, спасая положение. — Это я, Мито! Масахико сказал, ты меня искал? Она лучезарно улыбнулась, надеясь, что её обаяние заставит всех забыть о неловкости. «Надо скорее всех разогнать, а потом уже будем разбираться, кто кому кто», — думала она. — Ну, раз все нашлись... Может, разойдемся? — Старейшина Узумаки откровенно клевал носом. Ему было глубоко плевать на интриги молодежи, он просто хотел спать. — Фейерверки кончились, еда остыла. Масахико, проводи гостей... — Почтенный Старейшина! — Тобирама резко встал, прерывая старика. — При всем уважении, мы проделали долгий путь не для того, чтобы «разойтись». Мой брат пришел с официальным предложением, с серьезными намерениями. Мы не можем просто сделать вид, что ничего не было. Хаширама удивленно моргнул: — Я? С серьезными намерениями? Тобирама метнул в брата такой взгляд, что Хаширама поперхнулся воздухом и замолчал. «Если бы не свидетели, я бы тебя утопил, брат», — читалось в глазах будущего Второго Хокаге. — Да ладно вам, — лениво протянул Мадара, скрестив руки на груди. — По-моему, всё и так ясно. Мы отлично провели время, насладились гостеприимством... А Хашираме, похоже, пора домой. Пойдем, Хаширама, я тебя провожу. Мадара видел, как Мито смотрела на Сююя. Дело было сделано. Учиха уже победили на любовном фронте, и оставаться здесь, чтобы выслушивать нудные речи Тобирамы, не было никакого смысла. — О, отличная идея! — обрадовался Хаширама. — Пошли! Мне столько надо тебе рассказать! Он давно хотел извиниться перед Мадарой за гибель его брата Изуны (в этой вселенной — Джири), и обсудить свою мечту о деревне. Только Мадара мог его понять. Тобирама чуть не задохнулся от возмущения. «Гостеприимство?! Мы даже воды не выпили! Мы сидели в пустом зале и смотрели, как старик пускает слюни во сне! Какое, к биджу, гостеприимство?!» Он понимал: если они сейчас уйдут ни с чем, это будет позор. Отец, Буцума Сенджу, просто переломает Хашираме ноги. Опять. И самое обидное — будет прав. А Учиха будут смеяться. Они будут рассказывать на каждом углу, как Сенджу проиграли сватовство, даже не начав говорить. Мито, видя, что ситуация накаляется, хотела было вмешаться и вежливо отказать Сенджу, но Тобирама опередил её. — Раз уж официальное сватовство пошло наперекосяк, — холодно произнес он, сверля взглядом Сююя, — предлагаю решить вопрос иначе. Пусть это будет обмен опытом. Дружеский поединок между кланами на территории Узумаки. Он не упомянул слово «сватовство», чтобы не загонять никого в угол, но вызов был брошен явно. Сююй вздохнул. Он понимал: Тобирама не отступит. Альбинос загнан в угол честью клана. Если он сейчас уйдет, он потеряет лицо. А Сююю... что ж, это был шанс. Шанс показать, что он достоин стоять рядом с принцессой Узумаки. В этом жестоком мире уважают только силу.