Глава 16 — Глава 16: Канун признания (1)

— Как насчет того, чтобы секретарь Ю вышла за меня замуж? — За... замуж?.. Голос Ю Бом слегка дрогнул. Ее зрачки тоже беспокойно заметались. — Ты ведь говорила, что готова даже душу дьяволу продать. Разве не лучше в таком случае выйти за меня? — Не шутите так. Хотя она прекрасно понимала, что он шутит, ее сердце почему-то бешено заколотилось. — Не хочешь — как хочешь. До Хён пожал плечами и вскоре поднялся со своего места. «...» Глядя на его удаляющуюся спину, Ю Бом внезапно стало любопытно. Если бы она согласилась, какой была бы его реакция? Рассвет следующего дня, побережье в Канныне. Над линией горизонта взошло алое солнце. К счастью, небо было ясным, и восход был виден отчетливо. Ю Бом крепко зажмурилась и сложила ладони вместе. «Пожалуйста, пусть меня не уволят и я смогу долго проработать в компании. Сделайте так, чтобы не было сверхурочной работы. Пусть мне поднимут зарплату. Или... лотерейный билет с первым призом тоже сойдет». Пока она нашептывала свои бесконечные мирские желания, стоявший рядом Намджон слегка коснулся ее плеча. — А Ким Да Джон исчезла? Она точно была здесь мгновение назад, но пока Ю Бом, глядя на рассвет, загадывала желания, подруга бесследно испарилась. — Что? Правда нет? Ю Бом быстро огляделась. Но от той не осталось даже тени. — Им Гён Су тоже пропал. Гён Су, который привязался к ним в придачу, тоже исчез вместе с ней. — Ха! В этот момент у обоих, застывших с ошарашенными лицами, одновременно зазвонили телефоны. [Увидимся дома.] Это было сообщение от Да Джон. — Ким Да Джон, ну ты вообще... — Ю Бом, нахмурившись, уже собиралась позвонить ей, но в этот момент Намджон перехватил ее за руку. — Благодаря им мы тоже можем устроить себе свидание. От этих слов ей мгновенно вспомнился До Хён. «Может, сходим на свидание?» Слова те же, но почему ощущения настолько разные? — Не хочешь? — спросил Намджон, когда она не ответила. — А? Нет. С чего бы это? Давай, почему бы и не устроить свидание. — Куда пойдем? — Намджон спросил с мягкой улыбкой. Затем он потянул Ю Бом за руку. Это было сделано для того, чтобы не потерять ее в густой толпе. Ю Бом не стала вырываться. Ей казалось, будто она держит за руку младшего или старшего брата, поэтому не видела смысла отказываться. — Хм... Для начала, может, сфотографируемся? Мне кажется, вон там получатся хорошие кадры. Ю Бом указала на берег, где собрались люди. Белоснежный песок, лазурное море, еще сумеречное небо и скалы, обточенные волнами, гармонично сливались в единую картину, напоминающую произведение искусства. Фотографии определенно должны выйти отличными. В предвкушении она потянула Намджона за собой. Затем начала оглядываться в поисках кого-то, кто мог бы их сфотографировать. Как раз в этот момент к ним подошла немолодая пара в одинаковых шарфах. — Простите, не могли бы вы нас сфотографировать? На просьбу Ю Бом женщина охотно кивнула и добавила: — Вы, должно быть, пара. Стоявший рядом муж поддакнул, заметив, что они — очень красивая пара. — Нет. — Да. Ю Бом и Намджон ответили одновременно. Ю Бом сказала «нет», а Намджон — «да». — Что? — Она повернула голову и посмотрела на Намджона. Тот, ничего не ответив, просто пожал плечами и попросил супругов сделать снимок. — Снимаю на счет «раз, два, три». — Хорошо, — коротко ответил Намджон и плотно прижался к Ю Бом. Она была немного озадачена его непривычно ласковым поведением, но вскоре передумала сердиться. Широко улыбнувшись, она слегка склонила голову ему на плечо. Это было сделано, чтобы показать Да Джон: нам весело и без тебя. — Спасибо большое, — Ю Бом вежливо поклонилась паре в знак благодарности. Намджон достал из своей сумки-мессенджера две грелки для рук и протянул их супругам. — Ой, как мило. — Обязательно поженитесь! — сказали они на прощание, помахав руками. — Мы тоже пойдем? — спросила Ю Бом, натягивая капюшон. Раз уж фото сделано, больше не было нужды оставаться на холодном пляже. — Куда пойдем? Спрашивая об этом, он поправил выбившиеся из-под капюшона волосы Ю Бом. Его пальцы случайно коснулись ее щеки, и она показалась ему очень холодной. «Лучше зайти куда-нибудь, где тепло». — В кафе? — В кафе! — выкрикнули они одновременно, словно договорившись. Встретившись взглядами, они рассмеялись. Все-таки старая дружба давала о себе знать — в такие моменты они понимали друг друга с полуслова. Недолго думая, они направились в ближайшее кафе, видневшееся впереди. — Фото вышло отличным, — войдя внутрь, Ю Бом сразу принялась проверять снимки. — Да? — Намджон, принесший заказанный американо, естественно присел рядом с ней. Поставив белую кружку на стол, он приблизил свое лицо к ней. — Какую поставить на аватарку? — спросила Ю Бом, листая фотографии одну за другой. — Ну не знаю. — Не отвечай так. Какая, по-твоему, вышла лучше всего? — ...Они все одинаковые. «Одинаково красивые». Проглотив эти слова, он усмехнулся и взъерошил волосы Ю Бом. — Вот уж никакой от тебя помощи, — в конце концов, после долгих раздумий, она выбрала самый симпатичный на ее взгляд снимок и переслала его себе на телефон. Установив его как фото профиля, она написала в статусе: «Каннын, рассвет, Ким Намджон». Имя Да Джон она намеренно опустила. — Думаешь, Ким Да Джон хоть глазом моргнет? Ей наверняка на нас плевать. — И то верно. Может, удалить? — Нет! Красиво. Так что не удаляй, — эти искренние слова вырвались у него прежде, чем он успел подумать. Смутившись, он начал путано оправдываться: — А, то есть, я не это имел в виду. — Да знаю я. Я вообще-то довольно симпатичная, — Ю Бом сложила ладони лодочкой под подбородком, изображая цветок. Она посмотрела на Намджона, хлопая своими большими глазами. — ...Да нет, не ты. Я про то, что я слишком красивый, — Намджон резко отвернулся, не успев закончить фразу. Однако его сердце уже бешено колотилось. — Ой, ну надо же, — Ю Бом поморщилась и опустила руки. Было обидно, но она не могла возразить. У него было бледное маленькое лицо, которое можно было принять за женское, огромные, как у олененка, глаза без вторых век, безупречно прямой нос и алые гладкие губы. На миг ей даже показалось, что он и впрямь может быть красивее нее. — По-почему ты так на меня пялишься? — заикнулся Намджон под ее пристальным взглядом. — А ты, оказывается, очень даже красавчик, — она сама повернула его голову к себе и начала внимательно изучать лицо. В детстве он казался просто сорванцом, но теперь, когда подрос, стал выглядеть как настоящий мужчина. При этом в нем все еще оставались детская миловидность и озорное выражение лица. — Т-ты с ума сошла? С чего вдруг это? — Слушай, а давай поженимся потом? — Что?.. — На мгновение его зрачки дрогнули. — Чего ты так испугался? — А как тут не пугаться? Внезапно предлагаешь замуж. — Мы же в детстве обещали. Что поженимся, когда вырастем. — ...Мало ли что мы там обещали в семь лет. В детстве они дали такое обещание, которое часто дают дети в шутку. Была только одна проблема: они не договаривались пожениться вдвоем — в то обещание вклинилась еще и Да Джон, так что замуж они собирались втроем. — Я тут подумала, что лучшего мужа, чем ты, мне не найти. Так что, если мы оба не сможем ни на ком жениться, давай просто сойдемся сами. У нее не было каких-то особых мыслей о браке, но если уж и придется выходить замуж, Ю Бом считала, что Намджон — идеальный кандидат. — ... — Почему ты молчишь? Тебе что, не хочется? — Ю Бом надулась. — Нет. — Значит, договорились? — ...Смотри только, не пожалей об этих словах позже, — тихо пробормотал он. «...» До Хён долго и пристально смотрел в экран телефона. Но сколько бы он ни глядел, фотография не исчезала, и надписи оставались прежними. — Ким Намджон, Ким Намджон... Где же я слышал это имя? — Он пробормотал имя Намджона, которое странным образом врезалось ему в память. В тот же миг в ушах прозвучал голос: «Я парень Ю Бом, Ким Намджон». Это он. Тот самый мужчина, который представился ее парнем. Как только До Хён вспомнил источник имени, его взгляд стал острым и холодным. Он отчетливо помнил, как Ю Бом совсем недавно ответила Су Джон, что у нее нет парня. К тому же, если память ему не изменяла, лицо мужчины на фотографии, висевшей в гостиной ее офистеля, совпадало с лицом мужчины на аватаре. «Это мои друзья». В тот день она назвала его «другом». Но... На фото они позировали так нежно, что их вполне можно было принять за влюбленных. Более того, она даже выставила это фото на всеобщее обозрение в профиле. — Неужели с обычными друзьями ведут себя так близко? — До Хён нахмурился. У него самого не было подруг, поэтому ему было сложно судить, но это явно не походило на отношения обычных знакомых. Секунду. Он замер. «Я парень Ю Бом, Ким Намджон». Почему он тогда так сказал? Неужели они действительно встречаются? Или это безответная любовь? Пока его воображение рисовало одну картину за другой, в гостиную кто-то вошел. — Ты чего там сжался? — ...Когда приходишь в чужой дом, хотя бы в звонок нажимай, — До Хён, который до этого сидел на диване, скрючившись, словно обрывок салфетки, тут же выпрямился. — Я нажал раз пять. — ... — Мог бы и не говорить. Ты ведь не слышал, потому что на фотку секретаря Ю пялился? — Дон Ук мельком взглянул на экран телефона в руке До Хёна. — ...Нет. — У секретаря Ю парень появился? — Нет. — Тогда что это за фото? Дон Ук тоже видел аватарку Ю Бом несколько часов назад. — Говорит, друг. — Кто это с друзьями так фотографируется? А если даже и фотографируются, то на аватарку не ставят. — ...Тебе сколько лет, что ты так ограниченно мыслишь? Раз сфотографировались, значит, сразу встречаются? Дон Ук хихикнул в ответ на его раздраженный голос. — Смотри, а то этот парень ее уведет. — ... — И когда ты уже собираешься признаться? Дон Ук, будучи его лучшим другом, не мог не видеть страданий До Хёна. Как тут не понять, если при каждой встрече тот говорит только о ней? — Не знаю. На этот ответ Дон Ук лишь покачал головой. Почему Ча До Хён, который, казалось бы, обречен на успех, стоит ему только признаться, тянет время? — Неужели... Дон Ук подумал, что, возможно, за этой безупречной внешностью скрываются серьезные внутренние проблемы. — Что? Ты чего на меня так смотришь? — Ча До Хён, ты... — Он опустил взгляд вниз. И этот взгляд приземлился ровно в центр фигуры До Хёна. — «Так и знал. Проблема была в другом». — ...Нет! — До Хён яростно замотал головой. По порочному выражению лица Дон Ука было ясно, о чем тот думает. — Нечего стыдиться. Я знаю одну хорошую клинику... Ай! Зачем же телефоном швыряться?! До Хён с ювелирной точностью запустил телефоном прямо в живот Дон Уку. Каким бы хорошим ни был рефлекс у того, он не смог заблокировать снаряд, летящий без предупреждения в упор. Телефон с силой ударил его в живот и отскочил в сторону. Огромная удача, что он не упал экраном вниз. — У меня нет проблем. Я абсолютно здоровый мужчина. До Хёна задело за живое — его мужское достоинство поставили под сомнение. — Мне можешь не оправдываться. — Это не оправдание. Я хоть по несколько раз в день готов. Серьезно, — его многословные объяснения звучали именно как оправдание. — Ну, допустим, — Дон Ук прищурился и усмехнулся. До Хёну эта улыбка не понравилась. Казалось, над ним издеваются. Но не мог же он демонстрировать ему свою бьющую через край мужскую силу. — Ты так и до увольнения с поста директора договоришься. — В этом вся твоя проблема — в языке. Ты вечно так разговариваешь, думаешь, секретарь Ю тобой заинтересуется? — ... — Да нет, дело даже не в манере речи, а в твоем характере. Посмотри вокруг — кто рядом с тобой, кроме меня? Только я могу тебя выносить. — ...Секретарь Ю тоже рядом. — Думаешь, из-за симпатии? Из-за денег же. — Ну, это тоже неплохо. В любом случае денег у него было более чем достаточно. Если Ю Бом будет оставаться рядом, До Хёна устроит даже такая причина. — Не привязывайся к ней слишком сильно. Как по мне, она тебе не подходит. — Если пришел нести чепуху — проваливай. — А ты в курсе, что секретарь Ю в последнее время встречается с Ли Джин Хёком? Недавно Дон Ук видел Джин Хёка и Ю Бом вместе в кафе недалеко от компании. Из-за того, что они сидели в углу и тихо разговаривали, он не слышал сути беседы, но отчетливо видел, как Ю Бом передала Джин Хёку какие-то документы. — Знаю. — Знаешь? Ты что, забыл, что Ли Джин Хёк — человек До Джина? — Все нормально. — ... — Секретарь Ю — мой человек, — его голос звучал уверенно. Это был день, когда моросил мелкий дождь. Ван Сун читал старинную книгу в беседке неподалеку от храма Синхёльса. — Позвольте переждать здесь дождь? Услышав печальный и чистый голос, он обернулся. И в тот миг, когда их взгляды встретились, его пальцы, перелистывавшие страницу, онемели. Казалось, все сосуды в теле сжались. Вскоре они снова расширились, кровь заструилась быстрее, и его лицо залила краска. — Сколько угодно. Он отвернулся, пытаясь скрыть пылающее лицо. — Благодарю вас. Но едва послышались ее шаги, он невольно снова повернул голову в ее сторону. Короткие рукава чогори обнажали тонкие запястья, а юбка, которую она приподняла, чтобы не намочить, открывала белые икры. Хрупкая, словно она могла упасть от дуновения ветра, она делала каждый шаг уверенно. В ее движениях было столько достоинства, что он завороженно наблюдал за ней. Взойдя на помост беседки, она опустила подол юбки, аккуратно сложила ноги и встала перед ним. В поле зрения Ван Суна попали ее маленькие ступни. Когда ветер слегка колыхал ее красную юбку, мелькали белые носки-посоны из ткани. — Какую книгу вы изволили читать? Услышав ясный женский голос, Ван Сун медленно поднял голову. Красная юбка, темно-синий чогори, тонкая шея, юное лицо и влажные от дождя черные волосы. — Это... Он не мог вспомнить название книги, которую читал больше двадцати раз. В замешательстве он перелистнул страницу к началу, чтобы проверить заголовок. — Ф-фух, — девушка тихонько рассмеялась. Вместе с этим смехом в воздухе словно закружились цветочные лепестки. Казалось бы, не было ничего странного, если бы пчела опустилась ей на плечо. — Простите. Я вовсе не хотела смеяться над вами, — заметив застывшее лицо Ван Суна, девушка низко склонила голову. С кончика ее носа скатилась капля воды. Разбившись о пол, она вызвала рябь в душе Ван Суна. Всего одна капля создала концентрические круги, охватившие все его существо. — Все в порядке. На его слова девушка медленно подняла взгляд. И вот ее белое овальное лицо предстало перед ним во всей красе. Несмотря на миниатюрность, черты ее лица были четкими и гармоничными. Глаза — большие и ясные, нос — небольшой, но ровный, а пухлые губы алели, словно натертые лепестками цветов. Она была, несомненно, самой прекрасной женщиной из всех, кого он когда-либо видел. — Как твое имя? — сам того не сознавая, спросил он. — ...Меня зовут Юн Ён. Юн Ён. Даже имя было нежным, как полевой цветок — имя женщины, в которую он влюбился с первого взгляда. . . . Проснувшись, До Хён медленно открыл глаза и пробормотал: — Больше... так нельзя. Надо признаться.