Глава 6 — Глава 6

*Перевод: **Astarmina*** Неожиданно мягкий, почти ласковый голос вдруг окликнул её. Она замерла на мгновение, подумав, что ослышалась, когда наполовину опустошённый золотой кубок стукнул о горлышко винной бутылки. — Выглядишь умной, так почему же ведёшь себя так глупо? Я о тебе говорю. Ливия с напряжённой шеей подняла голову и посмотрела на морского бога. Когда их глаза встретились, он безразлично улыбнулся. Приподнятые уголки его губ казались дружелюбными, но взгляд оставался холодным, словно лёд. Инстинктивно она почувствовала, что что-то не так. «Неужели... он догадался?» Уже когда он притянул её к себе из далека, ей стало жутко. Но если бы он догадался, то мог бы просто убить её, и было странно, что вместо этого он позвал её к себе. Знает ли он? Или просто подозревает? А может, это просто совпадение?.. Лицо её сохраняло притворное спокойствие, но дыхание стало тяжёлым, отчего грудь непрерывно вздымалась. Взгляд морского бога на мгновение скользнул по соблазнительно вздымающимся холмикам, но не более. Мужчина с глазами сухими, как пустыня — несмотря на власть над водами — торопил Ливию с ответом. — Скажи мне. Как ты думаешь? Лгать — это врождённый инстинкт людей или нет? Не понимая его намерений, она должна была отвечать осторожно. О чём он спрашивает? Что он хочет узнать? Или что он уже знает? Пытаясь заглянуть в его бирюзовые глаза, она ощутила, как его взгляд проникает в её душу. Поспешно она опустила взор. — Насколько я знаю, у людей есть лишь один инстинкт. — И какой же? — ...Выживание. Просто желание жить. «Хотя меня считали бесполезной и бросили». Она же, вопреки инстинкту, стремилась к смерти. Только ради мести. Мести за свою семью. — Вот как? Это... Нахмуренный лоб мужчины разгладился, словно потеряв силу. Его безэмоциональное лицо выражало скуку. Что больше всего презирали бессмертные? Банальные ответы, вызывающие зевоту, заурядность — вероятно, именно это. — Как скучно, — холодно пробормотал он, поднося кубок к губам, но вдруг остановился. Вновь повернувшись к Ливии, его синие глаза сверкнули жестоким блеском. — Ответ твой ничтожен, но всё же ты развлекла меня на этом пиру, и я должен наградить тебя. Тритон осушил свой кубок, затем выхватил у Ливии бутылку и до краёв наполнил пустой сосуд. Зрелище красного вина, стекающего по его запястью, было зловещим. Он тут же протянул переполненный кубок Ливии. — Пей. Вздрогнув, Ливия уставилась на вино, окрасившее руки мужчины в пурпурный цвет. — Это лучшее вино, созданное самим богом виноделия. С нежным, мягким голосом он предлагал ей этот крепкий напиток, а его глаза озорно сверкали. Ливия на миг почувствовала, как её сердце замерло, но, стиснув зубы, сохранила невозмутимый вид. За ними наблюдало множество глаз. Она не могла выказать слабость. — ...Благодарю, я выпью. Ливия без колебаний взяла кубок и опрокинула его содержимое в горло. Её тонкая шея плавно дёрнулась. Смертоносное вино, выпитое залпом, обожгло горло Ливии. Это действительно было вино, созданное богом. Насыщенный аромат винограда, восхитительный вкус на кончике языка, послевкусие, которое оставалось долго после глотка — всё было настолько прекрасно, что потрясало до глубины души. Даже выпив целый кубок, она испытывала жажду, и медленно исчезающее послевкусие мучило её. Хотя она знала, что следующий кубок мог убить её, в голове крутилась мысль о том, как хорошо было бы выпить ещё хотя бы раз. Ливия сильно прикусила внутреннюю сторону щеки. Так сильно, что почувствовала солёный вкус крови. Сгусток крови скользнул в её горло. Тритон внимательно наблюдал за её сморщенным лбом и с улыбкой заметил: — Судя по твоему выражению, тебе понравилось. С возбуждённым видом он снова поднял бутылку и начал наполнять её кубок до краёв. Драгоценное вино беззаботно переливалось через край, стекая теперь по запястью Ливии. — Вот, выпей ещё. При виде очередного кубка, Ливия на мгновение растерянно посмотрела на Тритона. Морской бог просто смотрел на неё, улыбаясь мягко и красиво, словно залитая лунным светом волна. Второй кубок — кубок смерти. Но действительно ли это так? Они говорили, что вино Диониса скрывает правду, но на самом деле именно боги так легко обманывали и предавали людей. Кто дал миру ящик Пандоры? Кто, меняя обличье, насиловал девственниц, порождая детей? Даже история о том, как Гадес, забравший Персефону в подземное царство, обманом заставил её съесть гранат, была слишком известна. Ложь и обман не были присущи только людям. Боги тоже с лёгкостью обманывали людей. Действительно, чтобы решиться выпить, требовалось мужество. «Даже если это действительно яд, сможет ли ведьма спасти меня?» Ведьма, с которой заключила договор Ливия, сказала, что сможет вернуть её к жизни как минимум два раза, максимум — три. И поэтому она умоляла не попадать в смертельную опасность больше трёх раз, прежде чем пронзить сердце «Тритона» — так она прошептала, ласково, но жутко. «Как минимум два раза, максимум три...» Она старалась не показывать колебаний, но рука, держащая кубок, слегка дрожала. Зачем он предлагает ей вино, предназначенное только для богов? И снова, единственным ответом оставалось подозрение. Что же делать? Выпить снова было слишком опасно, но отказ подтвердил бы его подозрения. Ливия покусывала внутреннюю сторону щеки, которую уже прокусила ранее, а затем внезапно расплылась в улыбке. — ...Мой бог, по правде говоря, я слаба здоровьем и плохо переношу вино. В его глазах промелькнуло нечто странное. Взгляд, говорящий: «Я так и знал». Прежде чем уголки его рта успели изогнуться, Ливия, осторожно держа полный кубок, сделала ещё один шаг к нему. — Так что если вы не хотите забрать второй кубок... Бирюзовые глаза яростно впились в приближающуюся к нему девушку. Ливия подняла скромно опущенные глаза и посмотрела на Тритона. К счастью, дрожь в её пальцах от напряжения только добавляла ей невинности. Вкладывая свой кубок в его холодные руки, она прошептала: — Не хотите напоить меня сами? Она отчаянно надеялась, что выглядит как дерзкая наивная нимфа, пытающаяся соблазнить. А если совсем размечтаться — чтобы эта неуклюжая и неумелая попытка соблазнения хоть немного сработала. Вокруг было шумно, но она чувствовала на себе взгляды. Его слуги смотрели на них двоих с отвисшими челюстями. Лицо, на котором невозможно было прочесть никаких мыслей, пристально смотрело на неё. Её сердце бешено колотилось, но она уже не могла отступить от задуманного. — Забавно, — усмехнулся он. Не так, как раньше — не как разъярённая волна, а с тихой улыбкой. Холодная, твёрдая рука болезненно сжала подбородок Ливии. Безжалостные пальцы проникли между её дрожащих губ. Грубая рука надавила на нежный язык, насильно раскрывая рот. — Открой шире. Разве я не должен напоить тебя лично? Он говорил мягким голосом, словно успокаивая ребёнка. Но его прикосновение, в противоположность голосу, было жестоким и холодным. Ливия, раздвигая дрожащие губы, придвинулась к нему ещё ближе. Кубок с вином наклонился над её губами. Пурпурные капли вот-вот должны были упасть в приоткрытый рот. «Сейчас!» В мгновение ока Ливия выхватила ведьмин кинжал из-под запястья. Золотой клинок, прорезавший нежную женскую плоть, остро сверкнул, устремляясь к сердцу морского бога. «Пожалуйста, хотя бы немного!» Ради этого удара она притворялась, заигрывала, изображала соблазнение, но... — Вот оно что. ...Её схватили. Поймали. Клинок, не достигший даже груди мужчины, дрожал, как зрачки Ливии. Морской бог, крепко сжимавший ее запястье, свирепо ухмыльнулся, наморщив переносицу. — Я же говорил. Ложь — инстинкт человека. Бушующее море внезапно перевернулось.