Режиссёр Чжоу тут же поспешил вмешаться:
— Сяо Юй, ты беременна?! Почему ты не сказала мне раньше? Прыжок… — прогремел он и свирепо посмотрел на Шэнь Ичуна, — ни муж, ни жена не сочли нужным сообщить мне об этом заранее!
Если бы режиссер и команда были уведомлены, были бы приняты чрезвычайные меры предосторожности. Репортерам больше ничего не было нужно. Это была глазурь на торте! Топливо для костра, который уже горел.
В этот самый момент они направили свои камеры на потрясенное и растерянное лицо Гу Цяньцянь. Они будут преследовать ее и создавать громкие заголовки, обвиняя ее в выкидыше конкурентки, если это вообще было правдой. Гу Цяньцянь посмотрела на Юй Яояо и почувствовала сильную ненависть. Если бы она могла столкнуть ее с этих страховочных матов... Какой это будет скандал! «Возможно, это займет первое место в горячих поисках», — яростно подумала Гу Цяньцянь.
Репортеры выхватили свои телефоны и позвонили в штаб, чтобы предупредить начальство. Докладывая, они понижали голос, но Гу Цяньцянь все равно их услышала. Все это было ужасным.
Один из них взволнованно воскликнул:
— У меня тут горячая тема. Гу Цяньцянь унижала Юй Яояо на съемках. Юй Яояо даже подозревают в выкидыше из-за падения и стресса. Нет, они еще не поехали в больницу, у нее болит живот…
Другой пробормотал в трубку:
— Ты слышишь меня, Лао Чжан? Юй Яояо почти без сознания. Она выглядит бледной. Запиши это на бумаге. Подозревается выкидыш.
Еще один бубнил:
— Да, да, Сяо Чэнь. Юй Яояо отправляют к врачам, она могла потерять ребенка. Режиссер спросил Гу Цяньцянь, почему она ударила Юй Яояо без предупреждения. Она виновница в двух искаженных жизнях и одной смерти… добавь это. Позже я поеду в больницу.
Репортеры даже не пытались проверить эту информацию. Так работали таблоиды. Даже если бы позже они исправили заголовки и опубликованные статьи, внеся правильную информацию, ущерб уже был бы нанесен. Это привлекло бы огромное внимание, и правда уже не имела бы значения. Даже если некоторые репортеры изначально не собирались подставлять Гу Цяньцянь, теперь они закусили удила и выставили ее как злую, бессердечную детоубийцу.
Гу Цяньцянь больше не могла этого выносить. На карту была поставлена ее репутация.
— Не говорите ерунды, — закричала она, — я ее не била!
Девушка на самом деле не хотела, чтобы случилось что-то подобное. Да, она завидовала Юй Яояо и вымещала в этой сцене свой гнев, но никогда не стремилась к вражде, не говоря уже о том, чтобы вызвать у соперницы выкидыш!
— Пощечина была частью сценария, — солгала она, — режиссер присутствовал! На самом деле я ее не била. Я просто притворялась, я не била ее по-настоящему! — Гу Цяньцянь пыталась продемонстрировать, как они это делают на сцене.
— Мы просто делаем это вот так, — сказала она, махнув рукой, — актеры даже не дотрагиваются до друг друга. Но Юй Яояо все равно схватила меня. А я даже не прикоснулась к ней! — Гу Цяньцянь подняла правую руку, ту, которая, по ее словам, была ранена. Репортеры в одно мгновение ухватились за это.
— Госпожа Гу, разве вы не говорили, что ваша рука ранена? Так вы солгали?
Гу Цяньцянь покрылась холодным потом и прерывисто задышала.
— Немного перестало болеть... — сказала она, покраснев.
«Еще одна попытка запятнать мое имя», — подумала девушка.
— Кто-нибудь из вас вызвал скорую помощь для Юй Яояо? — поспешно спросила Гу Цяньцянь. Это помогло отвлечь от нее всеобщее внимание.
— Босс, я уже на линии. Пожалуйста, сохраняйте спокойствие, — сказал Ни И Шэнь Ичуну, прижимая телефон к уху.
— Я поведу, — тут же прервал его Чэнь Линь. — Скорая может добраться сюда не сразу.
— Не нужно… — слабо вскрикнула Юй Яояо, но ее проигнорировали.
Маленькая булочка ничего не понимал. Поэтому он нежно держал маму за рукав, причитая:
— Мама, не волнуйся. Сяо Жуй здесь, с тобой.
Посмотрев на сына с болью в сердце, Шэнь Ичун перевел взгляд на дрожащую жену.
«Ребенок… Но как?» — растерянно подумал он. Они уже давно не были близки друг с другом.
Режиссер Чжоу подобрался поближе и ударил Шэнь Ичуна по голове свернутым в рулон сценарием.
— Эй, хватит мечтать! Поторопись и отнеси свою жену в машину. Ты сам можешь отвезти ее в больницу.
Шэнь Ичун взял Юй Яояо на руки и нежно посмотрел на нее. Девушка слабо подняла ладонь.
— Подожди… Я не... я просто... моя булочка… грелка с теплой водой... упала... — сказала она.
Шэнь Ичун замер.
— Что? — переспросил он ее.
Присутствующие были ошеломлены: «То есть она имела в виду грелку?!»
Шэнь Ичун в замешательстве оглянулся на режиссера Чжоу. Затем он взглянул на жену, лежащую у него на руках. Уголки его рта дрогнули.
— Ты… куда упала грелка? — спросил он.
После долгой паузы он услышал ее слабый ответ:
— Сейчас она где-то на моих бедрах…
Говоря об этом, она, должно быть, совершила ошибку… В конце концов, для змеиного духа человеческий язык все еще оставался сложным.
— Пожалуйста, не вызывай скорую. Все слишком много думают... — тихо сказала она с застенчивым выражением на лице. Шэнь Ичун потер переносицу. Он не знал, как смотреть в лицо режиссеру Чжоу.
— Я просто подумала о Шэнь Жуе и случайно назвала это булочкой, — смущенно сказала она. Ее бледное, заплаканное лицо напугало Чжоу Цю. Какое-то время он не мог осмыслить услышанное. Никто не издал ни звука; на съемочной площадке было тихо, как никогда ранее.
Ни И повесил трубку. Все ошеломленно уставились на Юй Яояо. Только Гу Цяньцянь сжала кулаки, ее лицо выражало ярость.
п.п.: Бедняга Шэнь Ичун попал под удар режиссёра. Глава о тролле Юй Яояо~
Обновлено: 12.01.2026