Вэй Шо, заметив, что Ван Хуань собирается улизнуть, закричал, не переставая грызть куриное крылышко:
— Сукин сын Ван Хуань! Ты что, мать твою, даже не расплатишься?
Чэнь Хуэй уже собирался ответить, но, подняв голову, увидел, что мужчина в костюме-двойке подал ему знак. Он встал и обратился к Вэй Шо и Чжэн Фэну:
— Вы пока ешьте, мне нужно отойти по делам.
Когда Чэнь Хуэй вышел на улицу, управляющий в костюме уже ждал его.
— Ну как, управляющий Хуан? — Спросил Чэнь Хуэй.
— Каждая песня – золотой хит. Вокальное мастерство еще требует огранки, но исполнение очень эмоциональное, а энергетика просто зашкаливает. Если не брать в расчет популярность, то по всем остальным параметрам он ничуть не уступает Ху Лэй, — ответил Хуан Юй.
— Раз так, замените Ху Лэй на коммерческом выступлении через десять дней. Пусть вместо нее будет Ван Хуань, — распорядился Чэнь Хуэй.
— Молодой господин, хотя господин Ван ваш однокурсник, у него совсем нет имени. Не скажется ли его выступление на успехе мероприятия? — Выразил опасение Хуан Юй.
— Популярность? Она придет, — небрежно бросил Чэнь Хуэй.
Хуан Юй хотел было что-то возразить, но, увидев, что Чэнь Хуэй не намерен продолжать разговор, проглотил свои слова. Он не понимал, почему тот внезапно решил вмешаться в столь незначительное дело.
Впрочем, как опытный сотрудник, он прекрасно знал, когда нужно говорить, а когда – промолчать.
— Ах да, какова сумма неустойки для Ху Лэй? — Вдруг поинтересовался Чэнь Хуэй.
— По контракту за два часа полагалось пятьдесят тысяч. Но поскольку это наше первое сотрудничество, помощница Ху Лэй сама снизила неустойку до двадцати тысяч. Если мы разорвем договоренность, нам достаточно выплатить эту сумму, чтобы аннулировать контракт, — пояснил Хуан Юй.
— Двадцать тысяч? Слишком дешево она отделалась… Женщина, которая с такой легкостью нарушает обещания и готова наплевать даже на родную альма-матер.
Чэнь Хуэй холодно хмыкнул.
— Господин, если хотите, мы можем вообще не платить. Уверен, они не посмеют и слова сказать, — осторожно предложил Хуан Юй, уловив настроение начальника.
— Плати. Не стоит пачкать репутацию «Цяньшэн», — отрезал Чэнь Хуэй.
— Слушаюсь.
Хуан Юй поспешно удалился.
Проводив его взглядом, Чэнь Хуэй достал телефон и набрал номер.
— Лэйцзы, что решил?
— Брат Хуэй, я видел стрим. Парень поет просто отлично, я уже решил пригласить его на вечер. Проблема в том, что я не знаю, какой гонорар за выступление ему предложить. Может, подскажешь? — Раздался в трубке голос Сун Лэя.
— Да давай сколько сочтешь нужным, чего меня спрашиваешь? Любая сумма подойдет, — усмехнулся Чэнь Хуэй.
— Ну ты и сказал! А если я предложу бесплатный доступ к сцене? Так тоже пойдет? — Недовольно проворчал Сун Лэй.
— А почему нет? Так и скажи: приглашаешь выступить бесплатно. Уверен, он с радостью согласится, — рассмеялся Чэнь Хуэй.
— Да ну тебя… Вечно ты мне ямы роешь, я твоим советам больше не верю, — Сун Лэй замолчал на мгновение и вдруг спросил:
— Брат Хуэй, а кто этот Ван Хуань такой, что ты мне по его поводу уже второй раз звонишь? Никогда не видел, чтобы ты за кого-то так хлопотал.
— Это мой сосед по комнате, — хохотнул Чэнь Хуэй и повесил трубку.
На другом конце провода Сун Лэй, сидевший в офисе студсовета, на несколько секунд впал в ступор.
Вдруг он вскочил:
— Ах ты ж лис облезлый!
— Председатель Сун? — Лю Вэньли, сидевшая рядом, бросила на него вопросительный взгляд.
— Вэньли, сколько у нас осталось свободных средств на этот вечер? — Спросил Сун Лэй, пытаясь успокоиться.
— Около восьмидесяти тысяч. На днях удалось привлечь спонсора, так что с финансами сейчас порядок.
— Выделяй все восемьдесят, я иду приглашать Ван Хуаня.
— Что?! Но он же обычный студент. Неужели его выступление стоит таких денег? — Лю Вэньли так и застыла от изумления.
На этот вечер они уже пригласили нескольких талантливых ребят из других вузов, и каждому платили не больше пары тысяч.
— Какой, к черту, «обычный»! Этот парень – сосед Чэнь Хуэя по комнате! Теперь понятно, почему тот его так настырно продвигал! — Выругался Сун Лэй.
— А кто такой Чэнь Хуэй? — Не унималась Лю Вэньли.
— Тип, который выглядит скромно, но на самом деле очень крут.
Сун Лэй и рад бы был позвать кого-то другого, но после того как он услышал песни Ван Хуаня, они словно застряли у него в голове. Чем больше он прокручивал их в памяти, тем больше они ему нравились.
Проклятье.
Это же зависимость!
Хочется слушать снова и снова.
Этот Ван Хуань, как и Чэнь Хуэй, просто ядовитый тип, не иначе.
Сейчас, даже если бы Ху Лэй умоляла ее вернуть, Сун Лэй вряд ли бы согласился. Потому что по всем статьям именно Ван Хуань был тем самым человеком, который идеально подходил для финального номера.
***
Завершив разговор, Чэнь Хуэй остался стоять на месте.
Его взгляд затуманился, устремленный куда-то вдаль.
***
Ван Хуань еще не успел дойти до общежития, когда прозвучал голос Системы:
«Поздравляем! Ваш Престиж увеличился на 15 000 очков».
«Поздравляем! Ваш доход составил 20 000 юаней».
«Пятнадцать тысяч очков Престижа?»
Услышав системное уведомление, он одновременно и удивился, и обрадовался. Он и представить не мог, что исполнение всего нескольких песен принесет ему такой колоссальный прирост.
«Должно быть, стрим Цяо Цици оказал мне огромную услугу».
Он помнил, что на вчерашнем вечере были тысячи людей, но тогда он получил лишь 500 очков. Чтобы набрать пятнадцать тысяч, его должны были услышать как минимум сто пятьдесят тысяч человек.
«Цици еще собиралась дать мне денег, хотя, по совести говоря, у нас получилось взаимовыгодное сотрудничество», – подумал он.
В то же время его поразила прибыльность стриминга: он не пел и получаса, а она получила подарков на сто с лишним тысяч – больше, чем обычный человек зарабатывает за год.
К сожалению, Ван Хуань понимал, что он не создан для карьеры стримера. Чтобы стать популярным, недостаточно просто хорошо петь. Нужно уметь общаться с аудиторией, удерживать внимание, иначе любой, кто купит изменитель голоса, сможет стать «звездой».
А Цяо Цици – красавица с живым характером, она умеет слиться с толпой зрителей и не боится «поддать газу» в общении. Про таких говорят: и богиня, и девчонка-сорванец в одном флаконе.
Именно поэтому она смогла так уверенно закрепиться на платформе Whale Live и войти в топ ведущих стримеров.
«Возможно, если я захочу, чтобы мои песни попали в Хит-парад золотых песен, мне снова понадобится ее помощь».
Все-таки у Цяо Цици миллионы фанатов. Одно ее слово подействует сильнее, чем если бы он сам старался целый месяц.
При этой мысли сердце Ван Хуаня учащенно забилось.
Если бы он мог уцепиться за ее ножку… Ой, нет, это звучит как хулиганство. Он не такой.
Вот если бы просто заручиться ее поддержкой – другое дело.
Но Цяо Цици – настоящая богиня стримов. Как ему наладить с ней прочную связь? Хотя сегодня они и обменялись парой вежливых фраз, а также номерами телефонов и контактами в мессенджерах, Ван Хуань все равно чувствовал себя неуверенно.
Пока его мысли витали в облаках, зазвонил телефон с незнакомого номера.
— Алло, слушаю, — ответил Ван Хуань.
— Здравствуйте, я говорю с Ван Хуанем? — Голос в трубке был подчеркнуто вежливым.
— Да, это я. С кем имею честь?
— Студент Ван, добрый день. Меня зовут Сун Лэй, я председатель студенческого совета Шида. Я только что посмотрел видео с вашим выступлением в сети. Это было потрясающе! Я хотел бы пригласить вас выступить на выпускном вечере Шида 2019 года, который состоится послезавтра. Что вы об этом думаете?
Первой мыслью Ван Хуаня было: «Мошенники».
Но когда Сун Лэй упомянул, что его рекомендовал Чэнь Хуэй, он поверил.
Правда, в голове возник новый вопрос: откуда Чэнь Хуэй знает председателя студсовета Шида? И зачем рекомендовал его для выступления на их выпускном?
Он давно слышал, что выпускные в Шида – это легендарное событие в Бинчэне, на которое стремятся попасть студенты из всех окрестных вузов. В прошлом году Ван Хуань с друзьями тоже пытался туда прорваться, но из-за огромного наплыва народа охранники их просто не пустили, и им пришлось несолоно хлебавши вернуться назад.
И вот теперь у него есть шанс стать приглашенным артистом?
— Председатель Сун, для меня большая честь выступить на вашей сцене.
Это была отличная возможность поднакопить Престиж, так что отказываться не имело смысла.
— Что касается оплаты… Наши фонды не слишком велики, так что мы можем предложить вам только восемьдесят тысяч юаней за выступление. Вас устроит такая цена? — Спросил Сун Лэй.
— Сколько?
— Восемьдесят тысяч.
Восемь… восемьдесят тысяч…
У Ван Хуаня мелко задрожали руки.
Да что сегодня за день такой? Люди один за другим настойчиво пытаются всучить ему деньги.
И суммы-то какие – десятки тысяч за раз!
Десятки тысяч!
И ведь совсем не думают, выдержит человек такое или нет.
Обновлено: 19.02.2026