После очередной порции вдохновляющего ремонта "Москвича", который, казалось, держался на честном слове, скотче и оптимизме Миши, отряд разработал дерзкий план. Цель – штаб-квартира "Алекс Инк.", логово налогового тирана, место, где смех был под запретом, а улыбки облагались штрафом. План был настолько же безумным, насколько и гениальным – устроить "налоговый аудит" в стиле Миши Галустяна, то есть, превратить цитадель уныния в эпицентр хаоса и веселья.
– Итак, – начал Миша, расстилая на капоте "Москвича" карту города (нарисованную, судя по всему, куриной лапой). – Наша задача – проникнуть в самое сердце тьмы и устроить там… эээ… светопреставление!
– Светопреставление? – переспросила Амелия. – Это как?
– Ну, – Миша почесал затылок, – это когда тьма превращается в свет, а серьезные лица – в улыбки. И еще, желательно, чтобы все это сопровождалось взрывами… конфетти, конечно же!
– А "Москвич" нам в этом поможет? – с сомнением спросил Элрон, глядя на машину, которая, казалось, вот-вот развалится на части.
– "Москвич"? – Миша хлопнул себя по лбу. – Да "Москвич" – это наш главный козырь! Он будет… эээ… отвлекающим маневром! И тараном! И средством доставки смехобомб!
– Смехобомб? – удивился Гром. – Это что еще такое?
– А это, – Миша хитро улыбнулся, – мое новое изобретение!
Он достал из багажника "Москвича" (который, к слову, был забит всяким хламом, включая резиновых уточек, старые газеты и почему-то лыжи) несколько больших воздушных шаров, наполненных разноцветными конфетти, блестками и… анекдотами, написанными на маленьких бумажках.
– Вот это да! – воскликнула Амелия. – Это же гениально!
– Знаю, – скромно ответил Миша. – Я вообще гений, просто скромный.
План был таков: "Москвич", управляемый Громом (потому что только он мог справиться с этой адской машиной), должен был устроить грандиозный переполох у входа в штаб-квартиру, отвлекая внимание охраны и создавая дымовую завесу (благодаря своему дырявому глушителю). Тем временем Миша, Амелия и Элрон, замаскировавшись под сотрудников "Алекс Инк." (точнее, под уборщиков, потому что только такая униформа нашлась в "Москвиче"), должны были проникнуть внутрь здания и устроить там "диверсии радости".
– Главное, – напутствовал Миша своих друзей, – не забывайте про юмор! Наша задача – не просто проникнуть в здание, а сделать это так, чтобы даже стены смеялись!
И вот, операция "Смехобомба" началась. "Москвич", с ревом и грохотом, помчался к штаб-квартире "Алекс Инк.", оставляя за собой шлейф дыма и отваливающихся деталей. Гром, сидя за рулем, чувствовал себя настоящим гонщиком, а "Москвич", казалось, был рад такому вниманию и старался изо всех сил.
– Ну что, покажем им, как надо ездить! – крикнул Гром, нажимая на газ.
"Москвич" ответил ему оглушительным чихом и… заглох прямо перед входом в здание.
– Ой, – сказал Гром, смущенно улыбаясь. – Кажется, немного не рассчитал.
Из здания выскочили охранники, вооруженные дубинками и электрошокерами, готовые задержать "нарушителя". Но тут Гром, не растерявшись, выскочил из машины и начал… танцевать.
– Эй, вы, – крикнул он охранникам, выделывая невообразимые па, – а вы знаете, что танец – это тоже форма протеста?
Охранники, опешив от такой наглости, остановились как вкопанные.
– Что он делает? – пробормотал один из них.
– Не знаю, – ответил другой. – Но, кажется, это… эээ… смешно.
Тем временем Миша, Амелия и Элрон, переодетые в униформу уборщиков (которая, к слову, была им велика на несколько размеров), пробирались по коридорам штаб-квартиры. Везде царила атмосфера уныния и серьезности: сотрудники ходили с кислыми лицами, словно съели по лимону, а на стенах висели плакаты с лозунгами вроде "Улыбка – это роскошь!" и "Смех – враг эффективности!".
– Ну и местечко, – прошептал Миша, оглядываясь по сторонам. – Такое ощущение, что здесь даже мухи летают с серьезными лицами.
– Миша, нам нужно найти бухгалтерию, – сказала Амелия. – Там должны быть документы, доказывающие махинации Алекса.
– Бухгалтерию? – переспросил Миша. – А это где? Там, где считают деньги и грустят?
– Что-то вроде того, – ответил Элрон.
Они начали искать бухгалтерию, попутно устраивая "диверсии радости". Миша подменял серьезные документы на шуточные (например, вместо отчета о прибылях подкладывал сборник анекдотов), расклеивал на стенах смешные плакаты (например, с изображением Алекса в клоунском костюме) и включал веселую музыку в офисах (используя для этого старый магнитофон, найденный в "Москвиче").
– Знаете, – сказала Амелия, расклеивая плакаты, – мне кажется, что мы не просто спасаем мир, а делаем его лучше.
– Конечно, лучше! – согласился Миша. – Ведь смех – это как солнце, он освещает все вокруг и дарит тепло.
Вдруг, из-за угла, показался сотрудник "Алекс Инк." – мужчина в строгом костюме, с портфелем и таким серьезным лицом, что, казалось, он сейчас лопнет от собственной важности.
– Вы кто такие? – спросил он, подозрительно оглядывая отряд. – И что вы тут делаете?
– Мы? – Миша сделал невинное лицо. – Мы… эээ… служба доставки смеха!
– Служба доставки смеха? – удивился сотрудник. – Это что-то новенькое.
– Да, – кивнул Миша. – Мы доставляем смех прямо в офис. Хотите анекдот?
– Нет, – отрезал сотрудник. – Мне некогда. Я иду на совещание.
– А зря, – сказал Миша, пожимая плечами. – Ведь смех продлевает жизнь. А вот совещания… эээ… не всегда.
Сотрудник, проигнорировав слова Миши, пошел дальше, а отряд продолжил свой путь.
Наконец, они добрались до бухгалтерии. Дверь была закрыта, но Миша, недолго думая, достал из кармана отмычку (которую, конечно же, нашел в "Москвиче") и с ловкостью профессионального взломщика открыл замок.
– Вот так, – сказал Миша, гордо улыбаясь. – "Москвич" – это не только машина, но и целый набор инструментов!
Внутри бухгалтерии царил идеальный порядок: стопки документов, компьютеры, графики и диаграммы… Все было настолько серьезно и скучно, что хотелось зевать.
– Ну, что ж, – сказал Миша, оглядывая помещение. – Пора добавить сюда немного веселья!
И отряд начал действовать. Они расклеили на стенах смешные картинки, подменили бухгалтерские отчеты на сборники анекдотов, а на компьютерах установили заставки с танцующими "Москвичами".
– Знаете, – сказала Амелия, – мне кажется, что мы делаем доброе дело.
– Конечно, доброе! – согласился Миша. – Ведь смех – это лучшее лекарство от любых болезней, даже от жадности и уныния.
Вдруг, они услышали шаги. Кто-то приближался к бухгалтерии.
– Прячемся! – прошептал Миша.
Они быстро спрятались за шкафами и столами, затаив дыхание. В бухгалтерию вошел тот самый сотрудник, которого они встретили в коридоре. Он подошел к своему столу, включил компьютер и… замер, уставившись на экран.
– Что это такое?! – воскликнул он, увидев заставку с танцующим "Москвичом". – Кто это сделал?!
Он начал озираться по сторонам, но никого не увидел. Вдруг, из-за шкафа, выскочил Миша, держа в руках воздушный шар, наполненный конфетти.
– Сюрприз! – крикнул Миша и лопнул шар.
Конфетти разлетелось по всей бухгалтерии, покрыв сотрудника с ног до головы. Он, опешив от неожиданности, начал чихать и отряхиваться.
– Вы… вы… – пролепетал он, пытаясь вытащить конфетти из волос. – Вы уволены!
– Уволены? – переспросил Миша. – А вы знаете, что увольнение – это как новый год? Только вместо подарков – выходное пособие!
Сотрудник, не выдержав такого напора юмора, выскочил из бухгалтерии, крича что-то про сумасшедших и полицию.
– Ну, что ж, – сказал Миша, оглядывая результаты своей работы. – Похоже, мы тут все "убрали". Пора уходить.
Они быстро собрали все компрометирующие Алекса документы и, стараясь не шуметь, вышли из бухгалтерии.
Вернувшись к "Москвичу", они увидели, что Гром все еще танцует перед охранниками, которые, кажется, уже забыли, зачем они здесь, и просто наслаждались зрелищем.
– Гром, – крикнул Миша, – заканчивай свой концерт! Пора уезжать!
– Уже? – спросил Гром, останавливаясь. – А я только разошелся!
– Ничего, – сказал Миша. – Еще успеешь потанцевать. А пока, заводи наш "Москвич" и поехали!
Гром, с сожалением вздохнув, сел в машину и, по традиции, дал пинка по колесу. "Москвич", словно издеваясь, завелся с пол-оборота.
– Ну, что ж, – сказал Миша, садясь в машину. – Похоже, наш "Москвич" тоже в ударе!
Обновлено: 16.02.2026