Утро. Только-только проснувшееся солнышко озаряло окольные земли, и в бурной ключевой речушке, и в, по утру, открывшихся бутончиках луговых цветочков блестел свет, а в дали кроны лиственных и хвойных древ неспешно колыхались, совсем не влад траве у реки, пока сверху на то смотрели в месте с солнцем кучевые облака, притемнявшие участками местность.
Озаряемый серый каменный монастырь, с тёмно-красной черепичной крышей, одиноко стоял в близи реки, на лугу, спешный ветер гнал красивый флюгель. Свет, проходя через маленькое витражное окошко сложенное из синих и красных ромбиков, разливался мягко по комнате, оставляя притемнённым комнату в целом. Поэтому же совсем уж плохо на сером камне увидать чудную картину, а на красном тисовом полу и потолку рассмотреть простенький беленький ковёр, а сверху люстру со свечками, а справа оконца да кроватки под ним камин, у коего пол был каменным. Напротив кровати дверь из тоже древа, а слева бочонок да рундук. На кроватке посапывала мышка, Вита, распушенная белой шёрсткой, которая вскоре и проснулась. «Где же я оказалась?», — спросила взволнованно она, ранее считающая, что уже встретила свой конец. Оглядевшись, одела непривычную рясу, что нашла у ног на кровати, взяла рапиру рядом.
Осмотревшись, чрез маленькое ажурное стальное окошко на двери, повторяющее ромбики на витраже, вышла в постоянный на вид коридор. У каждой двери напротив было окошко, на полу тянувшийся простой ковёр, арки у дверей, стеклённые подсвечники на стенах. Она всё шла да засматривала в окошки на других дверях ища кого-нибудь. Вита подошла к величавой двери, куда большей других, открыла и вошла в зал, по обе стороны от двери стены со стрельчатыми большими витражными окнами и лучше освещающих, чем в комнате, и столы с лавками, меж которых ковер тянувшийся к театральному подмостку, с коего она и решила оглядеться. Прошло немного времени и в зал с другой двери зашла вытянутая фигура в накидке, полностью скрывающая носящего, кроме вытянутого носа и костлявых когтистых лапок и серенького меха местами проглядывающего, за ним зашла ворона.
— Мышка, ты наконец проснулась? — Радостно сказал вошедший.
— Где я? — И настороженно, и взволнованно произнесла Вита.
— В монастыре нашего культа, мышка, для служения богу, которого только ещё предстоит создать. — Такая же радостная речь, у него уже и глаза проглядывали из-за плаща.
— И как я тут оказалась?
— Ты была единственной живой в той разрушенной крепости. — Ни коим образом не переменившись сказал.
— Что с остальными?
— Тут. — Подойдя к ней, с некоторой паузой, указав на неё сказал.
— Что?
— Все те стали материей для твоего перерождения: теперь ты не та обычная мышь, которой была, но с некоторой оговоркой?
— С какой?
— Ты не член культа, а лишь его ресурс, не более, в тебе теперь сокрыты знания, которые мы, участники, можем спокойно вытягивать из тебя, а для удобства ты и будешь жить больше, и кое-что ещё, но об этом как-нибудь позже.
— Здесь есть ещё кто? Где?
— Пока или же теперь их тут нет. — Переменившись грустно произнёс он.
Вита была и напугана, и взволнованна, не желала и вовсе чего-либо.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
Обновлено: 18.02.2026