Глава 63 — Глава 63

Глоссарий к главе: 1. Ощущение внутренней силы - техника культивации. 2. Девятый район - административно-территориальная единица. 3. Чёрное Ядро/Черное ядро – Чёрное ядро является продуктом распада энергии трупов Эрши-нежити. В данном контексте это ценный ресурс, который можно использовать или продавать. 4. Пурпурная Волчья Банда – местная преступная организация. 5. Зал Боевых Искусств Доуцюн - название школы боевых искусств или додзё. 6. Журавлиный Коготь - техника ушу. 7. Сокрушающая Сердце Ладонь - техника ушу. 8. [Маска] - персонаж (имя или прозвище). - Как же научиться ощущать внутреннюю силу, да еще и обманом? Фэн Му впервые столкнулся с такой по-настоящему сложной проблемой. Все его навыки, особенности или способности оказались бесполезны – он просто не мог этого понять. Размышления не приносили плодов, мысли оставались на месте. Фэн Му лёг в постель и в полудреме уснул. Наступил следующий день. Сжечь семь трупов Эрши-нежити, четыре в первой половине дня и три – во второй. Неизвестно, совпадение ли это, но на этой неделе крематорий принимал Эрши-нежить гораздо чаще и в больших количествах, чем обычно. Объем работы у Фэн Му и Ван Цзяня заметно увеличился. Ван Цзянь, работая, не переставал жаловаться: - Откуда столько Эрши-нежити? Неужели эти воины один за другим стали мутировать? Фэн Му нахмурился, чувствуя что-то неладное. Большинство трупов Эрши-нежити появляются в результате мутации людей. После мутации эти существа, следуя инстинктам, безрассудно атакуют всё живое вокруг. Однако, вспоминая, как ежедневно сжигались по семь-восемь трупов Эрши-нежити в последнее время, Фэн Му не припомнил новостей или слухов о том, чтобы где-то в городе Эрши-нежить нанесла ущерб или произошли несчастные случаи. На самом деле, такие новости или слухи были редкостью не только в последнее время. С первого дня работы крематорщиком он почти не слышал подобного. Тогда Фэн Му полагал, что это девятый район, опасаясь паники, блокировал всю информацию. Но после инцидента с «Черным столбом» Фэн Му лучше понял прямолинейный и грубый подход правоохранительных органов девятого района. Он не презирал должностных лиц девятого района, но считал, что правительство этого района просто не способно настолько плотно блокировать информацию. Ни по своим способностям, ни по отношению они не могли действовать так тщательно и скрупулезно. Если только… в городе действительно не происходило много катастроф, связанных с мутацией Эрши-нежити. - Откуда же тогда берутся эти трупы Эрши-нежити? Из-за недостатка информации Фэн Му не мог разгадать истину, но его сердце съеживалось от неприятного предчувствия. К счастью, эта история позади него, вероятно, никак его не коснется… наверное. Фэн Му отмахнулся от этой мысли, отбросив её на задворки сознания. Теперь он просто приходил на работу, сжигал трупы, собирал Черные ядра, и всё это с радостью и без лишних эмоций. К слову, деятельность Фэн Му по сбору Черных ядер уже не ограничивалась только Ван Цзянем. Двое других крематорщиков из второго крематория также были вовлечены в его сферу влияния. Объем его «бизнеса» увеличился вдвое. На этой неделе количество собранных Черных ядер утроилось по сравнению с обычным. Теперь Фэн Му уже не скрывал своих намерений. Он снова пустил слухи в крематории через Ван Цзяня. Один слух гласил, что у Фэн Му в семье есть кто-то из полицейского участка, и он собирает Черные ядра по поручению полиции, зарабатывая лишь небольшую плату за свои хлопоты. Другой слух утверждал, что Фэн Му неслыханно повезло, и на него обратил внимание новый главарь Пурпурной Волчьей Банды, а это просто работа, которую ему подкинула банда, чтобы он мог заработать карманные деньги. И так далее… Слухи, пройдя через несколько рук, распространились во многих вариантах, и трудно сказать, сколько раз они видоизменялись. Репутация Фэн Му слегка пострадала, и рабочие крематория порой смотрели на него с недобрым взглядом. Но Фэн Му не обращал на это никакого внимания, продолжая собирать Черные ядра с невозмутимым видом. Таким образом, всего за одну неделю эти слухи, казалось, полностью подтвердились. Что касается двух оставшихся торговцев с чёрного рынка, которые неизвестно где и живы ли они, поверят ли они в эти слухи или снова доставят Фэн Му неприятностей? Это было неизбежно. Но теперь Фэн Му изменил свое отношение. Он не только не прятался, но даже действовал открыто, используя себя как приманку, чтобы снова выманить их. Теперь Фэн Му не боялся, что они придут, он боялся, что они не придут. Еще один день прошел без происшествий. Фэн Му, с несколькими Черными ядрами в сумке через плечо, неторопливо вышел из крематория, не чувствуя, что за ним кто-то злобно наблюдает. - Неужели тот дурачок, игравший с муравьями, и тот старый крестьянин, улыбка которого напоминала хризантему, действительно погибли? Неужели все трое братьев ушли в мир иной той ночью? Фэн Му вздохнул, очень беспокоясь за них. Через час. Фэн Му появился у входа в Зал Боевых Искусств Доуцюн. - Я сейчас Фэн Му, а не Маска. Я не владею «Журавлиным Когтем», не владею «Сокрушающей Сердце Ладонью». Я умею только простые удары руками и ногами. Я пришел сюда, чтобы накопить боевой опыт. Фэн Му мысленно говорил себе это, чтобы случайно не выдать себя во время тренировочного поединка. Это легко понять: рост человека прослеживается по определенной траектории. Маска и Фэн Му — это как два аккаунта в игре. При переключении аккаунтов навыки, конечно, не могут быть общими. В противном случае, в глазах внимательных людей это было бы равносильно объединению аккаунтов. Сегодня Фэн Му пришёл в Зал Боевых Искусств Доуцюн с многочисленными целями и планами, и самое важное из них — это подобрать набор демонстрируемых навыков для своего основного «аккаунта», Фэн Му, который действует на свету. - Я не могу вечно прятаться за Маской, будучи ничтожеством. Идентификацию Фэн Му тоже нужно время от времени выставлять на свет, иначе рано или поздно меня разоблачат. - Маска может сеять хаос в тени, а Фэн Му должен дышать на свету. Таким образом, эти две личности могут сотрудничать, прикрывать друг друга и получать больше наград. - Хм, личность Фэн Му может понемногу демонстрировать некоторые навыки боевых искусств. Но этот талант не должен быть слишком заметным; его нужно скрывать глубже, чтобы его могли обнаружить только истинные знатоки. - Таким образом, изменение не будет резким и будет соответствовать образу исходного тела – бесполезного человека с низкими талантами. - Если так, и кто-то всё равно будет присматриваться ко мне с лупой, доставлять мне проблемы, упорно клеветать и подставлять, то это уже будет не моя вина. - Мм, именно так! Фэн Му снова прокрутил в голове план «изменения образа», затем глубоко вздохнул, изобразил на лице некоторую бессмысленность и вошёл в зал боевых искусств. *Бам* Стоило Фэн Му шагнуть в зал, как прямо за ним магическим образом сорвалась вывеска, рухнув на пол с оглушительным грохотом. Между иероглифами «Доу» и «Цюн» появилась отчетливая трещина. Лицо Фэн Му застыло, и он осторожно отступил, не успев полностью войти: - … Глава 81. Вызов? Искусство Изменчивого Демона Зал Боевых Искусств Доуцюн, судя по всему, существовал уже много лет. Кирпичные стены во дворе посерели, уложенный на земле мрамор покрылся неровными трещинами, а при внимательном рассмотрении можно было различить едва заметные отпечатки ног. Казалось, они когда-то были продавлены чьими-то шагами, а потом растрескались под весом последующих. Двор был пустынным. В центре росло старое дерево, возраст которого определить было сложно. Его ветви, сухие и корявые, казались предвестниками скорой гибели. Дерево ограждал невысокий плетень, на котором висела верёвка, а на ней сушились несколько коротких курток. Пройдя через двор, посетитель попадал в зал для занятий. Чувствовалось, что здесь недавно делали ремонт: стены были свежеокрашены, татами на полу выглядело новым, а вокруг стояло множество необычных электронных устройств и приборов. Двор и зал словно существовали в разных мирах, насильно соединённых вместе. Одна часть кричала о древности и обветшалости, другая — о холодной технологичности, создавая странный и противоречивый образ. В зале, за стойкой администратора, дремавшая, откинув голову, девушка внезапно вздрогнула и проснулась. Её затуманенный взгляд сначала скользнул по Фэн Му, стоявшему во дворе, затем, миновав его, устремился за пределы двора. В следующий миг пронзительный крик, казалось, способный сорвать крышу, пронёсся по всему додзё: – Мастер! Старший брат! Вывеска разбита! Кто-то пришёл бросить нам вызов! А-а-а-а-а! Фэн Му смотрел на эту миниатюрную фигуру, которая за считаные секунды преобразилась из сидящей в стоящую, запрыгнувшую на стойку. Ему было трудно поверить, что из неё мог вырваться столь оглушительный звук. Лицо Фэн Му слегка изменилось, он незаметно остановил шаг, которым начал было отступать. Сейчас отступать означало бы выглядеть виноватым. [Свист] Ветер хлестнул Фэн Му по вискам, короткие волосы больно хлестали по лицу. Он почти машинально готов был активировать [Маску] для защиты. «Как быстро… Ветер, пронесшийся мимо, ощущается как лезвие». Сердце Фэн Му сжалось, зрачки сузились до булавочной головки. Лишь спустя полсекунды до его ушей донёсся глухой звук, похожий на взрыв. Он, медленно и не без усилий, повернул корпус, посмотрел на то место, где лежала разбитая вывеска. Там присел низкорослый худощавый старик с острым носом и обезьяньим лицом. Он нежно, словно любовницу, поглаживал треснувшую вывеску, а его треугольные глаза-щели, словно у хищника, уставились на Фэн Му. – Ты разбил вывеску додзё «Доу Цюн», которой несколько десятков лет? Ха, парень, смельчак ты, однако. Ли Ба Шань возвышался над Фэн Му. Его двухметровый могучий силуэт, словно гора, заслонял свет, полностью поглощая Фэн Му в своей тени. Сердце Фэн Му мгновенно сжалось, возникло ощущение, что его заперло в объятиях чудовищный зверь-людоед. Кровь в жилах зашумела, чувствуя угрозу. «Очень сильный, невероятно сильный. Он оказывает на меня в десять раз большее давление, чем тот черномлицый. Кажется, если я хоть чуть-чуть дёрнусь, этот великан разорвёт меня на куски в следующую секунду, не оставив ни одной целой кости». Фэн Му, впрочем, не испытывал страха. С [Жертвенными близнецами] в запасе он не боялся смерти. Но проблема в том, что он ничего не делал! На него ни с того ни с сего свалился такой «подарок», который мог его убить. Неужели небеса не выдержали и решили убрать его чужими руками? Ещё несколько человек, разных по росту, но одинаково внушительных по виду, вышли вперёд. Каждый из них без малейших колебаний нацелил убийственное намерение на Фэн Му. Фэн Му убивал людей, поэтому мог ощутить в этом потоке убийственной злобы запах крови. Это были не пустые угрозы, эти люди проливали кровь, и, похоже, намного больше, чем он сам. «Нет, ну это же просто додзё, неужели я ошибся дорогой и попал в логово преступников?» У Фэн Му дёрнулся глаз. Он увидел ту миниатюрную женщину, которая первой подняла тревогу, она уже прыгала по залу, разгоняя зевак – учеников обратно к тренировкам, и одновременно задвигала шторы и закрывала дверь. «Закрыть дверь, убить, закопать… Этот процесс мне знаком». Фэн Му искоса взглянул на старое дерево. Он уже даже придумал, где его похоронят. В сердце Фэн Му тоже закипало убийственное намерение. Он незаметно запоминал каждое лицо, а на своём сохранял бесстрастное выражение. С лёгким трепетом произнёс: – Не обвиняйте меня зря. Я не трогал эту вывеску. Она сама упала. Не пытайтесь выбить из меня денег. Ли Ба Шань хрипло произнёс: – Вывеска додзё «Доу Цюн» висела десятилетиями, и все было хорошо. Ты только пришёл, и она упала. Ты что, идиота из себя строишь? С этими словами он поднял руку, и его огромная, словно веер, ладонь опустилась. – Ба Шань, он не лжёт, – внезапно раздался голос пожилого человека с острым носом и обезьяньим лицом. Он вздохнул. – Вывеска упала сама. Судьба, ах, судьба. В толпе, услышав слова мастера, ученики переглянулись, все в замешательстве. Казалось, они что-то поняли, и их лица одновременно потемнели. У одного из них глаза слегка блеснули. Миниатюрная женщина воскликнула «Ах!», поспешно дёрнула Ли Ба Шаня за руку, внимательно оглядела Фэн Му и внезапно раскраснелась: – Я вспомнила! Вы наш новый ученик, который приходил оформлять абонемент недавно. После оформления вы, кажется, больше не приходили? Опасность миновала, Фэн Му усмехнулся про себя, но на лице сохранил вид человека, который совершенно не понимает, что произошло, и что он только что избежал верной смерти. Он достал из кармана абонемент и бесцеремонно спросил: – Угу, пару недель было много дел. Теперь я могу зайти? Миниатюрная женщина замерла. Она совсем не ожидала, что в такой ситуации этот новый ученик захочет войти, да ещё и осмелится. Стоявшие вокруг ученики тоже переглядывались, словно говоря: «Откуда взялся этот ученик? Неужели он сумасшедший?» Только Ли Ба Шань не видел в этом проблемы. Он первым отодвинул своё могучее тело в сторону и хрипло извинился: – Ты меня не обманывал, это я был неправ. – Не вините старшего брата, это я слишком поторопилась, – пробормотала миниатюрная женщина. Она повела Фэн Му к двери, но мастер прервал её: – Хоть вывеску и не он сломал, но она упала именно в его приход. Это дурной знак, предки его не приветствуют. Хун Я, верни ему деньги и пусть уходит. Хун Я ответила «Ох!», поспешно побежала к стойке, достала пачку денег, подумав, взяла ещё несколько купюр, затем быстро вернулась и сунула их Фэн Му. Фэн Му нахмурился, словно наконец поняв, что ему здесь не рады. Он с холодным лицом взял деньги и повернулся, чтобы уйти. После его ухода худощавый старик с острым носом и обезьяньим лицом, скрестив руки за спиной, направился во двор. Ученики поспешно поклонились и разошлись. Ли Ба Шань, не говоря ни слова, взял вывеску и последовал за мастером во внутренний двор. Войдя в дом, он аккуратно положил вывеску на стол. Погладив ладони, Ли Башань стряхнул древесную стружку. Он от природы обладал огромной силой, и ему было трудно её контролировать. По неосторожности он ещё больше увеличил трещину на табличке. — Ну раз уж треснуло, то какая разница, станет ли трещина чуть больше, — пробормотал он себе под нос, — всё равно придётся искать кого-то, чтобы починить. Пожилой мужчина с острым подбородком и обезьяньим лицом, по имени Ли Гуйшэ, был мастером боевого искусства Зал Небесного Купола. Ли Башань был его последним и самым преданным учеником, которого он подобрал и вырастил с детства.