Том 1 Глава 526 — Жующий Демонов Остров (часть 32)

Символы на стене и струны были очень быстро сопоставлены. Никчемный Дядя довольно хорошо понимал теорию музыки и был отлично знаком с банджо, потому прямо стал играть по символам. Эта пьеса не была длинной, чуть больше десяти секунд и все сыграно. Мелодия звучала довольно странно, но ее нельзя было назвать музыкальным шумом. Никчемный Дядя закончил играть, подождал пять-шесть секунд, но ничего не произошло. «Эй?» - он опешил и пробормотал. – «Почему ничего не происходит? Неужели я где-то ошибся?» «Попробуй снова». – Сказал Фэн Буцзюэ. «Ага, я попробую». – С этими словами Никчемный Дядя сыграл еще раз. Но результат был тем же… «Странно, в этот раз, определенно, не было ошибок…» - с сомнением сказал Никчемный Дядя. «Видимо, проблема не в смешении музыкальных звуков». – Сказал Лебедь, поправляя очки. – «Оба раза мелодия звучала совершенно одинаково, ни один звук не отличался, это значит, что в первый раз ошибки тоже не было». «Тогда…» - Никчемный Дядя задумался. – «Неужели проблема в способе исполнения?» «Эээ… В этом… Я не смыслю». – Несколько беспомощно ответил Фэн Буцзюэ. В плане памяти, способности осмысления и построения предположений брат Цзюэ был очень силен, но эрудиция у него была лишь базовая. Потому в способах игры на банджо, он ничего не понимал и был не в состоянии помочь. Никчемный Дядя подумал несколько секунд и снова заговорил: «Хм… Подождите секундочку». – Сказал он, ослабил давление пальцев на струны, а потом снова сыграл. В этот раз, когда последние звуки банджо еще не отзвучали, узор внезапно засиял на каменной стене. Затем область в центре стены начала медленно опускаться… «Так нужно было сыграть на открытых струнах?...» - Никчемный Дядя пожал плечами, снял инструмент и убрал его в рюкзак. – «Я так долго изучал эти ‘ноты’, а в результате, их нужно было сыграть по порядку с открытыми струнами, совсем не придавливая левой рукой». – Он сделал паузу, раздумывая. – «Постойте-ка… Если так, непрофессионал тоже мог бы сыграть, не обязательно я». «Может это и верно…» - сказал Небесный Скакун. – «Однако я бы не смог так с первого раза сыграть ноты по порядку, даже с открытыми струнами». – После этого откровения он глупо хихикнул. – «Хи-ха… Кстати, я тут вспомнил… Когда я только вступил в клуб, то пробовал себя в музыкальной игре, заработав ноль баллов, я не нажал верно ни одной ноты». «Ты, действительно, талантливый… Даже если бы я играл подмышкой в Guitar Hero или тряс задом на танцевальной платформе, то не сумел бы набрать ноль баллов…» - сказал Фэн Буцзюэ. – «К тому же, ты, вопреки ожиданиям, не смущаясь, рассказал об этом, даже наоборот, горделиво улыбаешься…» «Мне немного любопытно… Как ‘фабрика звезд’ под названием Звезда согласилась принять тебя?…» - спросил Лебедь. «Это было непросто, я проходил их тестовые игры с высоким результатом». – Сказал Небесный Скакун. – «Особенно боевые и азартные игры, почти побил внутренние рекорды клуба». «Вот оно что… Может сражаться, да, к тому же, с твердыми моральными принципами». – Резюмировал Лебедь. Чшшш… Пока они обменивались этими фразами, ‘каменная дверь’ полностью опустилась в щель в полу, при этом со звуком ‘чшшш’, из щели поднялось большое облако пыли. Цзи Бу снова поднял руку и веером развеял пыль, а потом убрал свое оружие. «Действительно, ведет вверх…» - с этими словами Фэн Буцзюэ снава вынул катапульту, освещая путь. – «Высота и ширина, примерно, метра два, если по дороге набредем на ловушку… Уклониться, боюсь, будет проблематично». – Он немного подумал, потом обернулся и сказал. – «Здесь… Поведу я, а вы растянитесь в длинную цепочку и следуйте за мной». «Можешь привести аргумент в пользу этой стратегии?» - спросил Лебедь. Он вовсе не был против плана Фэн Буцзюэ, просто индивидуализм и командный тон товарища, вызвали его недовольство. «Ха?» - выражение лица Фэн Буцзюэ будто говорило… «Смеешь задерживать меня?» «Аргументы?» - повторил брат Цзюэ, потом глубоко вздохнул и ответил. – «Если конкретно… Я – человек, который не теряет голову в момент опасности, обладает молниеносной реакцией, ловкий и гибкий, феноменально находчивый. Всегда справляюсь с работой, к тому же, полностью компетентен, чтобы указывать путь». – Он сделал небольшую паузу и продолжил. – «Говоря доступным языком… Я храбрый, высокий и красивый». «Хм…» - Лебедь пустым взглядом уставился на Фэн Буцзюэ и смотрел несколько секунд. – «Нельзя не сказать что… Кроме части про ‘высокий и красивый’, мне нечего возразить против твоих аргументов. Раз уж ты так хочешь указывать путь, тогда ладно…» Остальные трое, естественно, не были против того, чтобы он вел их. Если кто-то хочет ради команды сражаться в первых рядах, то пусть идет, даже если он – нарцисс, ничего страшного, в конце концов, он тоже сильный игрок. Потому, команда очень быстро выстроилась в линию и прошла через брешь в каменной стене. Они избрали следующий порядок: Фэн Буцзюэ, Небесный Скакун Мчится по Воздуху, Никчемный Дядя, Цзи Бу и Лебедь. Все следовали за размерено идущим во главе братом Цзюэ, медленно двигаясь вглубь тоннеля. Здесь стены, пол и потолок были сделаны из ровного серого камня, создавая неописуемое давление на людей. Непроизвольно… Все погрузились в молчание. Дорогу они могли видеть лишь на небольшое расстояние, их окружали только безликие стены. Все, что они могли слышать – это звук шагов товарищей их легкое дыхание. В какой бы момент они не посмотрели вперед или назад, определить пройденное расстояние было невозможно… В такой обстановке, у людей непроизвольно рождалось странное подозрение: а я, действительно, двигаюсь вперед? «Отправиться в путь поев мяса… Было верным решением…» - в этот момент размышлял Фэн Буцзюэ. – «Эта дорога намного коварнее, чем кажется… Все время идет вверх, и угол наклона постепенно увеличивается. На голых стенах нет никаких контрольных объектов. Температура тоже постепенно падает…» - обернувшись, он посмотрел на товарищей и увидел их бледные лица. – «Расход выносливости незаметно увеличивается, чувство расстояния искажено, а еще это эмоциональное давление… Накопление этих факторов, может удваивать влияние на тело… Если бы мы отправились в путь не поев, то не могу даже представить, насколько могло увеличиться воздействие голода». Он снова стал смотреть вперед, продолжая размышлять: «В таких условиях, человек, указывающий дорогу, без сомнений, устанет больше всех, потому что должен принимать меры безопасности против неожиданностей, а это возлагает на него дополнительное бремя ответственности…». В этот момент на губах брата Цзюэ заиграла легкая самодовольная ухмылка: «К счастью… Дорогу указываю я».