Глава 2.
Это было то место, куда ударила Мириам. Сейчас куда больнее, чем в предыдущие. Глаза застилало слезами, но ребёнок не проронил ни звука.
"О, Боже мой. Если я заплачу или издам какой-нибудь звук, меня снова побьют".
Как всегда, девочка молча терпела насилие.
Но в этот момент в ребёнка полетели большие настольные часы.
– Ааааа!
Громоздкий механизм, ударившись о ее тонкую руку, с грохотом покатился по полу.
На глаза ребёнка навернулись слезы.
Видя, как девочка схватилась за пульсирующую руку, хозяин снова разозлился.
– Почему ты игнорируешь меня? Ты что не слышишь, что я с тобой разговариваю?!
– ... Слышу.
"Я всегда знала, что, когда хозяин говорит, я должна молча повиноваться".
Ребёнок хорошо это знал.
Но сегодня… Почему-то я чувствовала себя невыносимо.
– Чтобы я ни сказала, вы всё равно разозлитесь.
Хозяин пришел в ярость, когда она попыталась огрызаться.
Он пнул раба, молящего о прощении.
Ребенка, который молчал, как подобает рабу, и молил о прощении, морили голодом и избивали.
"По положению рабы даже хуже собак" - сказал однажды один раб. он произнес это без всякого умысла, но эти слова пронзили мое сердце.
«…Рабство даже нельзя назвать собаководством».
– Чем я заслужила такое отношение?
– Как ты смеешь возражать хозяину, который кормил и растил тебя, а? Какого чёрта ты делаешь?
Работорговец с горящими глазами схватил со стола нож для бумаги. Очень острый нож, им можно легко разодрать в клочья тонкую кожу ребёнка.
Рефлекторно ребёнок попятился назад.
– Как ты и сказала, ты даже хуже собаки.
Работорговец смотрел на ребенка холоднее обычного. Для него рабы значили еще меньше, чем скот. С мертвых животных можно содрать шкуру, а мертвые рабы бесполезны.
Однако какая-то старая рабыня посмела заговорить с ним сегодня, и работорговец твёрдо решил сегодня показать всем, как должен вести себя хозяин.
Более того, сейчас перед ним стояла "Среда", посмевшая оскорбить его.
– Так что не важно, если кто-то вроде тебя умрет.
Дыхание ребёнка стало тяжелым, когда он услышал эти слова. Глаза работорговца, направившего на ребёнка нож, странно блестели.
"Я действительно могу умереть".
КЛАЦ!
Закрытая дверь кабинета внезапно распахнулась, и в комнату ворвались люди. Три человека в чёрных пальто, расшитых золотыми узорами. Последним вошел мужчина в красном плаще.
– ...Ах!
Девочка, гладя на мужчину в роскошной одежде, широко раскрыла глаза.
Люди в черных пальто, которые пришли раньше, выглядели великолепно, но не могли сравниться с последним. Красивые волосы, которые, казалось, сделаны из расплавленной платины, и голубые глаза, как безоблачное небо.
"Так сияет…"
Работорговец кричал, а ребёнок смотрел на него, словно на одержимого.
– Что, что?! Кто вы? Как вы попали сюда...Угх!!
Работорговец затрясся от злости.
– Откуда здесь взялись рыцари Императорского Двора?
Рыцари Императорского Двора?
Девочка знала об их существовании, но видела их впервые.
Кто-то из рабов, приведенных сюда, всё время говорил о своих связях с имперскими рыцарями.
«Я здесь не останусь. Скоро во всем разберутся, и я снова буду свободен».
Девочка покачала головой и быстро прогнала туманные воспоминания.
"Имперские рыцари действительно существуют!"
Но почему они сейчас здесь?
Обновлено: 09.04.2026