Изящная рука быстро отдернулась, словно ее ошпарили, и когда Сесе открыла глаза, то увидела перед собой кромешную тьму. Она слегка пошевелилась, а затем поняла, что на ней только шелковый пояс, а одежда полностью снята. Грудь, которой коснулись ее руки, была теплой и гладкой, и, очевидно, без одежды.
Сесе была в шоке. Она на самом деле обнимала мужчину голая под одеялом?
Что происходит?
Несмотря на то, что Сесе была умной и сообразительной, она была ошеломлена внезапной двусмысленностью и в одно мгновение потеряла самообладание. Она с силой оттолкнулась, чтобы выбраться из объятий, чувствуя под ладонями ровное и сильное сердцебиение, ее тонкие руки сильно дрожали. Еще больше ее испугало то, что от раны в боку волнами накатывала боль, и она не могла использовать даже половину своей силы.
Сесе глубоко вздохнула, она хотела оттолкнуть тело, как вдруг почувствовала, как большая рука на ее тонкой талии слегка шевельнулась. Черная тень проплыла перед ее глазами, а теплая грудь мгновенно оказалась над ней.
«Ах!» — вскрикнула она от удивления, но из-за слабости ее голос был таким тихим, что это прозвучало словно во сне.
Нос уловил слабый аромат, напоминающий чай, но не чай, и бамбук, но не бамбук.
Она была с ним знакома: это был запах Мин Чуншуя.
«Мин Чуншуй, что ты делаешь?» — спутанные мысли Сесе внезапно прояснились, и она вспомнила время, когда они вдвоем работали во время шторма.
Она подняла глаза, но вокруг была непроглядная мгла. Она не могла видеть, как он выглядит и выражение его лица, но она могла чувствовать пылающий свет в его непостижимых глазах.
Когда она проснулась, он тоже проснулся.
Когда ее тонкие маленькие руки нежно гладили его лицо и легонько стучали по его груди, когда она слегка двигалась и нечаянно касалась его кожи, его сердце чувствовало наступление весны. Возможно, это запоздалый эффект любовного зелья с прошлого раза, но его тело оказалось гораздо более преданным, чем его сердце, и все еще помнило ее красоту, поэтому он невольно прижался к ней.
«Твое тело такое холодное. Я очень боялся, что ты не проснешься», — тихий голос Мин Чуншуя звучал у нее в ушах с нотками нежности.
Его рука лежала на лице Сесе, и его тонкие пальцы нежно гладили ее щеку, словно он ласкал сокровище, которое потерял и снова обрел.
Его слова ошеломили Сесе, а затем она поняла, что он согревал ее тело. Однако нежность в его словах внезапно заставила ее смутиться.
Ночь была очень тихой, были слышны только шум далеких волн и бешеное биение сердец двух людей.
Внезапно ее губ коснулось что-то мягкое, это оказалась еще одна пара губ. Легкое прикосновение, нежный поцелуй.
Изящное тело Сесе дрожало, а сердце бешено колотилось. Большая рука, обнимавшая ее талию, тут же ощутила ее легкую дрожь. Эта дрожь была словно факел, воспламеняющий порох, и его благоразумие окончательно потерпело крах.
Его губы захватили ее губы, уже не просто пробуя на вкус, а глубоко завладевая ее дыханием и страстно переплетаясь с ее губами и языком.
Сесе дышала тихо, чувствуя головокружение и легкость. Больше не было бесконечной темноты перед ее глазами, а, скорее, взрывались яркие фейерверки. Шум окружающих волн тоже стал мягким и неземным, и она почувствовала сильное головокружение.
Этот поцелуй расколол ее хаотичный эмоциональный мир, заставив ее внезапно осознать, что он незаметно занял ее сердце, хотя она и не знала, когда именно. Это осознание заставило ее сердце бешено колотиться.
В этот момент нежности, тело Мин Чуншуя внезапно напряглось, и его горячие губы резко отстранились.
Сесе почувствовала, что ее губы внезапно опустели, и сделала несколько быстрых вдохов. Ее глаза слегка приоткрылись, и в темноте можно было увидеть, как он приподнялся и застыл, тихо и неподвижно.
Неизвестно боролся ли он с чем-то или пытался что-то скрыть. Он перевернул свое ловкое тело и встал с постели.
В полузабытьи, находясь в одиночестве, заметила яркий свет перед глазами и зажглась свеча.
В этот момент он спокойно сидел возле кушетки, уже опрятно одетый, все еще в белую одежду без единой пылинки. Белая нефритовая маска была снова надета на его лицо, скрывая все его выражения, оставляя только пару темных глаз, наполненных темным туманом.
Он снова обрел свое спокойное и неторопливое состояние. Сесе почти поверила, что поцелуй в темноте только что был всего лишь иллюзией или сном.
Однако боль в боку напомнила ей, что это определенно не сон. Как человек может чувствовать боль во сне?
Мин Чуншуй нахмурился и посмотрел на нее, не говоря ни слова. Он осторожно приподнял уголок одеяла, обнажив только рану Сесе, и внимательно ее осмотрел. Он сорвал ткань с раны и сменил повязку Сесе.
«Ночь еще длинная, ты поспи еще немного, я пойду пройдусь!» — тихо сказал он, повернулся и собрался уходить.
«Не уходи». Она подняла глаза, посмотрела на его красивую спину и спросила тихим и сдавленным голосом: «Что только что произошло?»
Мин Чуншуй остановился и медленно повернулся. Под светом свечи его темные глаза были бездонными.
В этот момент Сесе вдруг поняла, что она очень ненавидит его маску. Независимо от того, насколько хорош был нефрит этой маски и насколько изящна была ее резьба, она ее ненавидела. Потому что оно скрывало все его эмоции, а ей так хотелось увидеть скрытые эмоции на его лице в этот момент.
Он, казалось, не ожидал, что она спросит. Уголки его рта слегка изогнулись, он усмехнулся и слегка дразнящим тоном сказал: «Знаешь, ни один мужчина не может устоять перед искушением теплого и мягкого тела. Если бы ты не была ранена, я бы, возможно, потерял контроль. Знаешь, иногда желание мужчины не имеет ничего общего с любовью».
Как только он закончил говорить, сердце Сесе сжалось.
Только что его мягкость почти заставила ее подумать, что у него есть к ней чувства, но оказалось, что она просто приняла желаемое за действительное. Возможно, он и ценит любовь, но его любовь, как и у Е У Яня, не к ней.
«Вот оно что. Все в порядке. Глава Мин, теперь вы можете идти!» - Сесе приподняла уголки губ, очаровательно улыбнулась и закрыла глаза. В тот момент, когда она закрывала глаза, она ясно увидела беспокойство и боль в его глазах.
На небе не было ни луны, ни звезд, оно было черным, как чернила. Это был самый темный момент перед рассветом.
Мин Чуншуй стоял у берега, волны разбивались о берег, а темные рифы стоят на мелководье, молчаливо выдерживая удары волн, и превращают их в фонтаны белоснежных брызг. Влажный и холодный морской бриз приносит запах моря, пронизывая его тонкую одежду. Ему было немного холодно, но он этого совсем не замечал.
На востоке небо постепенно бледнело, и красное солнце поднялось из моря, и между морем и небом загорелся яркий красный свет.
На горизонте появилась и постепенно приближалась маленькая черная точка. Это была «Черная акула» Оуян Гая, за которой следовала дюжина военных кораблей. Наконец они нашли это место.
«Глава, ты в порядке? Вчера ночью был сильный шторм, и мы очень волновались. Мы провели большую часть ночи, разыскивая тебя, и наконец нашли тебя здесь. Если бы мы не увидели твой сигнал, мы бы не узнали, что ты на этом острове», — шумно сказал Оуян Гай, как только сошел с корабля.
Вскоре подошли Сяочай и Чжуйцзы. Сяочай принесла с большого корабля белый плащ и накинула его на Мин Чуншуя.
Его простой белый халат и белая шуба развевались на ветру, и от него веяло холодностью и высокомерием.
«Сяочай, Чжуйцзы, идите в палатку, отнесите госпожу Цзян на большой корабль и отправьте ее обратно». Он, развевающемся белом меховом плаще, и его люди уже направлялись к кораблю.
Сяочай и Чжуйцзы испугались холода в его глазах и поспешили войти в палатку. Только Оуян Гай, по-прежнему бесстрашно, сказал: «Глава, куда вы собираетесь отправить госпожу Цзян? На Остров Водного Дракона или к ней домой?»
«Всё равно», — спокойно сказал Мин Чуншуй, но в его непостижимых глазах застыл тяжёлый туман.
Оуян Гай разочарованно покачал головой. Вчера на поле боя он ясно видел, что глава был очень обеспокоен за госпожу Цзян. Как он так изменился всего за одну ночь?
«Хозяин, случилось что-то плохое! Что-то плохое случилось с госпожой Цзян», - Сяочай внезапно выбежала из палатки и громко закричала.
Сердце Мин Чуншуя сжалось, и его фигура, только что ступившая на борт, замерла. Он спрыгнул с корабля и стрелой помчался в палатку.
Как только он вошел в палатку, он увидел Сесе, лежащую на кушетке.
На ее бледном лице проступили два странных румяных пятна, а ее хрупкое тело дрожало, как лист на ветру.
Он быстро подошел и положил свою большую ладонь ей на лоб, и она тут же вздрогнула от жара. Он быстро снял с себя белый меховой плащ, плотно закутал ее и прижал к себе.
Сесе чувствовала головокружение и смутно ощутила, что ее тело стало легче. Она попыталась открыть глаза, но веки были тяжелыми, словно весили тысячу цзюней1. Она почувствовала сильную боль в боку, а ее тело было таким холодным, что она вся дрожала. Чьи-то руки крепко обняли ее и уняли дрожь.
1) 钧 – 1 цзюнь – мера веса, равная 30 цзиням, около 18 кг.
Она смутно почувствовала себя лучше и слегка приоткрыла свои затуманенные глаза, чтобы увидеть темные глаза Мин Чуншуя, смотрящие прямо на нее. Она увидела свое бледное лицо в его глазах, а также неприкрытый страх.
Он взял ее на руки и быстро вышел.
«Поторопись, пошли сообщение Юнь Цинкуану и попроси его приехать как можно скорее», — услышала она его холодный голос, полный непреодолимого величия.
Она посмотрела на маску на его лице, которая постепенно размывалась, пока не погрузилась в глубокую темноту.
*
Бесконечная тьма медленно рассеялась, и Сесе очнулась от забытья. Взору предстали слои простых белых занавесок. На мгновение Сесе растерялась и не поняла, где она находится. Ей потребовалось много времени, чтобы понять, что это та самая каюта, в которой она когда-то жила на корабле Оуян Гая «Черной акуле».
Как она снова оказалась на этом корабле?
Сесе неуверенно пошевелила телом и почувствовала себя крайне неуютно. Она чувствовала себя измотанной, а горло было сухим, как пустыня. Казалось, что на рану на боку нанесли какое-то лекарство. Терпкий запах лекарства ударил в нос, оно глубоко въелось в ее кожу, заставляя ее рану гореть от боли.
«Воды!» — пробормотала она. Как только она открыла рот, она поняла, что ее голос охрип и звучит так, будто она бредит.
Однако кто-то все же услышал ее шепот.
Кто-то сидел рядом с ней и услышал ее шепот. Ее тоненькая маленькая ручка была накрыта парой больших рук. Она услышала тихий вздох: «Ты наконец-то проснулась».
Она увидела темные глаза Мин Чуншуя, которые были полны беспокойства. Она закрыла глаза и тихо сказала: «Воды!»
Мин Чуншуй тут же наклонился к краю кровати рядом с ней, осторожно приподнял ее хрупкое тело, поднес чашку теплой воды и заботливо напоил ее.
Сесе выпила воду и почувствовала себя лучше. Она закрыла глаза, откинулась на постель и снова уснула.
Когда она снова проснулась, то увидела совершенно другую картину.
Огромная повозка, украшенная элегантно и роскошно, внутри два дивана, на которых могут разместиться пять-шесть человек. Напротив нее на мягком диване сидят две служанки, обе с простыми и аккуратными пучками. У одной в волосах белая нефритовая шпилька, а у другой — длинные серьги в мочках ушей.
Это служанки Мин Чуншуя, Сяочай и Чжуйцзы2. Вероятно, их имена произошли от их украшений. Словно почувствовав взгляд Сесе, Сяочай бросила взгляд в сторону и тут же резко повернулась к ней.
2) 小钗 – Сяочай – маленькая шпилька, 坠子 – Чжуйцзы – серьга.
«Барышня, вы проснулись?» - в ясных глазах Сяочай мелькнула радость.
«Где я?» — хрипло спросила Сесе.
Сцена перед тем, как она потеряла сознание, смутно всплыла в ее памяти. Она вспомнила, что они были на острове, но как они так быстро оказались в повозке?
«В повозке», — тихо сказала Сяочай.
«Куда вы меня везете?» — тихо спросила Сесе.
«Мы отправляемся в Башню Чунь Шуй», — сказала Сяочай с улыбкой.
«Что?» Сесе вздрогнула и слегка наклонилась вперед, случайно коснувшись раны. Она слегка нахмурилась.
«Зачем ехать в Башню Чунь Шуй?» — спросила она. Разве ей не следует вернуться на остров Водного Дракона или в особняк маркиза Динъаня? Как она может ехать в Башню Чунь Шуй? Она не хотела снова видеть Мин Чуншуя. В прошлом, когда она не знала своих чувств, она все еще могла спокойно смотреть ему в лицо. Теперь она действительно не знала, как себя с ним вести.
«Выпустите меня из повозки. Я хочу вернуться», - Сесе откинула одеяло и собралась встать. Однако в этот момент у нее даже не было сил перевернуться.
«Барышня, не надо так!» — успокаивающе сказала Сяочай.
«Если хочешь знать мое мнение, то лучше тебе не ехать. Если ты поедешь, то навлечешь на себя страдания», - тихий вздох раздался рядом с ней. Сесе повернула голову и увидела, что Чжуйцзы молча смотрит на нее.
Сердце Сесе сжалось. О чем еще ей грустить?
«Чжуйцзы, иди и попроси безумного доктора прийти. Разве он не говорил, что мы должны позвать его, как только барышня проснется?» - Сяочай усмехнулась и сменила тему.
Экипаж медленно остановился, Чжуйцзы подняла занавеску и крикнула экипажу позади: «Юнь Цинкуан, госпожа Цзян проснулась».
Через некоторое время в повозке мелькнула серая тень. Это был безумный доктор Юнь Цинкуан, которого Сесе встретила в особняке принца Сюаня.
Он увидел, что Сесе проснулась, на его губах появилась улыбка. Эта улыбка казалась ярче солнца, заставляя людей внезапно хотеть приблизиться к нему, но также необъяснимо хотеть держаться на расстоянии.
Увидев его, Сесе вспомнила, как он подшучивал над ней, когда они были в особняке принца Сюаня. Более того, он был связан с Е У Янем, и она нахмурилась. Говорят, что нанять безумного доктора трудно, но неожиданно и принцу Сюаню, и Мин Чуншую это удалось.
«Увы, твое лицо бледное, губы потрескались, глаза тусклые, а волосы растрепались. Почему ты выглядишь так уродливо каждый раз, когда я тебя вижу?» Юнь Цинкуан надулся и усмехнулся: «Я не лечу некрасивых женщин».
Говоря это, он положил пальцы на запястье Сесе и осторожно пощупал ее пульс.
«Ну, твоя простуда наконец-то прошла, и лихорадка спала. Этот сумасшедший доктор вырвал твою жизнь из рук Короля Ада. Скажи, как ты собираешься меня отблагодарить?» - Юнь Цинкуан растянул губы в зловещей улыбке.
Сесе нахмурилась и холодно сказала: «Я не просила тебя спасать меня».
Юнь Цинкуан наткнулся на препятствие, но он совсем не был раздражен. Вместо этого он цокнул языком, рассмеялся и сказал: «Забудь об этом, я не буду спорить с этой уродливой девчонкой». Проверив пульс, он повернулся к Сяочай и Чжуйцзы и сказал: «Приготовьте еще несколько доз лекарства по предыдущему рецепту».
«Тебе так повезло, что ты можешь отправиться в Башню Чунь Шуй, чтобы восстановить силы. Это место, о котором мечтают многие», — Юнь Цинкуан все еще не уходил, он сидел, улыбаясь, на стуле.
Это место, куда мечтают попасть многие, но она не хочет туда идти.
«Если моя болезнь излечилась, зачем мне ехать восстанавливаться?» — нахмурившись, спросила Сесе.
Глаза Юнь Цинкуана расширились, когда он сказал: «Излечилась? Кто это сказал? Если бы не я, ты бы давно умерла. Ты была ранена, но не позаботилась о себе. Ты промокла в морской воде, и твоя рана загноилась, у тебя началась лихорадка, и плюс ко всему тебя одолел морозный недуг. Тебе нужно лечиться по крайней мере еще два месяца. Если бы не этот безумный доктор, ты бы умерла в любой момент».
Сесе была втайне потрясена, услышав это, и не была уверена, преувеличивает ли Юнь Цинкуан. Однако эта болезнь была действительно самой серьезной из всех, что она когда-либо перенесла в своей жизни, и она сильно ослабла. Она, Цзян Сесе, еще никогда в жизни не была так слаба.
Похоже, ей придется отправиться в Башню Чунь Шуй, чтобы восстановить силы.
За дни, проведенные в повозке, полмесяца пролетели в мгновение ока. В это время Мин Чуншуй, казалось, исчез, и никто не приходил навестить ее. Только Юнь Цинкуан проверял ее пульс дважды в день, а Сяочай и Чжуйцзы хорошо заботились о ней.
Хотя Юнь Цинкуан был немного высокомерен, он действительно был очень знающим врачом. Благодаря его хорошему лечению рана на боку постепенно зажила, и, похоже, шрама не останется. Когда рана Сесе открылась, было бы чудом, если бы не осталось шрама. Просто кашель, оставшийся после лихорадки и морозного недуга, еще нужно лечить, да организм очень слаб.
Сначала она думала, что Башня Чунь Шуй находится к югу от реки Янцзы, но не ожидала, что повозка на самом деле направляется на север. По мере того, как местность становится выше, туманный и влажный климат юга постепенно сменяется солнечным климатом севера.
Глядя в окно, она чувствовала, что небо было необычайно высоким, темно-синим и чрезвычайно чистым. По пути они проезжали несколько городов. Здания там были не такими элегантными, как в городах на воде на юге реки Янцзы, с жемчужными занавесками и зелеными экранами, висящими высоко. Вместо этого здания великолепны и создают неповторимое ощущение величия и простора.
Иногда, проезжая по полям, можно увидеть, как на ветру колышутся рисовые поля. Так тихо и спокойно, древне и таинственно.
Хотя Сесе часто выходила из дома, одетая как молодой господин Сяньсянь, она просто бродила по Фейчэну в императорской столице. Двигаясь таким образом на север, она чувствовала себя птицей, вылетевшей из клетки. Она всегда мечтала путешествовать по миру, но никогда не думала, что это будет именно так.
*
Закончен второй том «Восточное море», и начинается следующий том: «Словно прекрасный сон».
Обновлено: 15.02.2026