После того, как И Гуань вернулся домой, он отлично спал всю ночь и видел сладкие сны благодаря кукле. На следующее утро он проснулся, чувствуя себя как никогда отдохнувшим. Он энергично прибрался в своем доме и даже постирал всю грязную одежду, которую скопил за неделю.
— А? Почему он почернел? — И Гуань достал талисман из джинсов, которые он носил вчера, тот талисман, который он купил у Дун Юнъюаня за 50 юаней. — Может быть он окрасился из-за моих джинсов? Нет, не может быть. Мои джинсы синие, поэтому цвет талисмана тоже должен быть синим.
Несмотря на то, что И Гуань сомневался, он не стал размышлять над этим дальше и хотел уже выбросить талисман. Однако он оглядел комнату, в которой закончил прибираться, и не мог себе позволить портить порядок. Поэтому он небрежно сунул талисман в карман брюк, которые надел сегодня.
Вскоре наступил понедельник. Бэй Фань отправился на работу в прекрасном расположении духа. Он заметил, что у И Гуаня тоже было отличное настроение, и не смог удержаться от комментариев:
— По одному взгляду на тебя можно понять, что ты хорошо спал эти два дня.
— Ты нисколько не преувеличиваешь. Мне действительно показалось, что моя душа побывала в спа-салоне, — И Гуань восторженно ответил.
— Я не врал тебе, — подтвердил Бэй Фань.
— Отзывы на нее только положительные, помнишь? — И Гуань поднял большой палец вверх, имитируя уверенную улыбку Бэй Фаня.
В этот момент Шань Цзюньи тоже вошел в студию, по его лицу уже было ясно, что сна ему не хватает. Он даже зевал на ходу.
— Доброе утро. И Гуань, подлец, что с тобой такого хорошего произошло?
— Похоже, что я полон жизни и радости? — Ответил И Гуань, чрезвычайно довольный собой, и пошевелил бровями.
— Что случилось? Быстро, делись хорошей новостью.
— Хе-хе. Тадааам… — И Гуань достал куклу «сладких сновидений». Он поднял ее обеими руками и похвастался: — Эта кукла «сладких сновидений» от госпожи действительно оправдывает свое название. Вам нужно всего лишь поспать с ней ночь, и вы почувствуете себя как новенькими.
— Черт возьми, она действительно настолько эффективна? — Когда Бэй Фань рассказывал им о своем опыте с куклой, Шань Цзюньи все еще был настроен скептически. Однако, глядя на И Гуаня сейчас, Шань Цзюньи захотелось немедленно выпросить куклу у госпожи.
Дун Юнъюань прибыл на работу вскоре после этого. Он поставил свою сумку и поприветствовал всех.
Вскоре выражение его лица изменилось, когда он пристально посмотрел на И Гуаня.
— И Гуань, ты...
— Разве ты не чувствуешь, что прямо сейчас я просто сияю? А счастьем пропитано каждое движение? — И Гуань вздернул подбородок и сказал самодовольным тоном.
— Счастья твоей заднице. Твой офрион такой черный, что кажется, будто с него капают чернила, — выплюнул Дун Юнъюань. — Где талисман, который я тебе дал?
— Только твой офрион здесь черный! — И Гуань начинал злиться. Дун Юнъюань оскорблял его последние несколько дней. Что было с ним не так?
— Я не шучу, где талисман? — Дун Юнъюань спросил И Гуаня повышенным тоном.
— Я… — И Гуань заметил, что Дун Юнъюань пришел в ярость быстрее, чем обычно. Он сразу же смутился: — Я думаю, он в...
И Гуань по привычке начал рыться в карманах своей одежды. Конечно же, ему удалось найти талисман в карманах своих брюк.
— Нашел, правда, я не знаю, почему он стал черным, — И Гуань передал почерневший талисман Дун Юнъюаню.
Дун Юнъюань перевернул талисман и увидел, что духовная сила, заключенная в надписях красной киноварью на талисмане, была уже израсходована. Половина желтой части талисмана также почернела.
Разве госпожа не говорила, что этот призрак не охотился за жизнью И Гуаня? Почему талисман его учителя пришел в такое состояние? Только злобный призрак, которому, по крайней мере, более сотни лет, мог оказать на него такое воздействие.
— С тобой что-нибудь происходило недавно? Что-то опасное? — поинтересовался Дун Юнъюань.
— Нет. Последние два дня я играл дома в игры. Ел и спал, спал и ел. Цвет моей кожи даже улучшился, — И Гуань почесал лицо. Когда И Гуань заметил серьезное выражение лица Дун Юнъюаня, он не смог удержаться от замечания.
— Дорогой Дун, ты пытаешься меня напугать? Или ты действительно умеешь предсказывать судьбу, глядя на чье-то лицо?
Дун Юнъюань кипел от злости. Этот негодяй до сих пор сомневался в нем. Если бы не талисман, который он выпросил у своего учителя, этот мерзавец давным-давно бы уже был гостем в подземном мире.
— Почему талисман такой черный? Выглядит так, будто его чем-то обожгли, — Шань Цзюньи подошел к Дун Юнъюаню и внимательно осмотрел талисман.
— Выглядит действительно так, — Бэй Фань с любопытством потыкал в него, и почерневшие части талисмана мгновенно превратились в черный пепел и упали на землю. — И Гуань, как ты умудрился его сжечь?
— Я даже забыл, что у меня был этот талисман с собой. Зачем мне его сжигать? — возразил И Гуань в недоумении.
Однако он тоже чувствовал, что что-то было здесь не так.
— Может быть правда произошло что-то зловещее?
— Ты так легко поверил в эффективность куклы «сладких сновидений». Но почему к моему талисману относишься так скептически? — Дун Юнъюань был раздражен до предела из-за такой разницы в отношении.
В тот момент, когда Цзи Лань переступил порог, он услышал, как Дун Юнъюань упоминает в разговоре У Мяомяо. Он не смог удержаться, подошел к ним вместе с Вава в руке и забрал талисман из руки Дун Юнъюаня:
— Мяомяо дала тебе его?
— Нет.
Прежде чем Дун Юнъюань смог закончить предложение, перед глазами Цзи Ланя внезапно промелькнули две сцены. Первым он увидел И Гуаня, когда того чуть не сбила машина на светофоре. Затем он увидел кирпич, падающий с крыши здания, когда И Гуань открывал дверь. Как эфиальт, который ни в чем не видел хороших знаков, Цзи Лань, естественно, понимал, что все это не было совпадением.
Когда Цзи Лань пришел в себя, он в замешательстве посмотрел прямо на И Гуаня.
— Б... Босс? — И Гуань занервничал под пристальным взглядом Цзи Ланя.
— Недавно ты… — Цзи Лань нахмурил брови и замолчал на полуслове.
И Гуань занервничал еще больше. Может быть, его последний сценарий был слишком ужасным? Такого быть не может. В конце концов, сценарий уже прошел окончательную редактуру. Следовательно, никаких проблем с ним возникнуть не должно.
— Поработай сверхурочно эти несколько дней, домой не уходи, — дав указания И Гуаню, и не обратив внимание на его страдальческое выражение лица, Цзи Лань повернулся к Дун Юнъюаню:
— Следи за ним.
— Понял, — Дун Юнъюань кивнул в знак согласия, а на его лице застыло задумчивое выражение.
Обновлено: 14.02.2026