Том 6 Глава 243 — Мать

“В то время, когда Его Высочество был маленьким ребенком”. Оруженосец Оливер как-то поведал ей о его первой встрече с наследным принцем Гархаина. У Арнольда, которому тогда было всего девять, была на шее пропитанная кровью повязка. “Следы от множественных ударов, которые впоследствии зарубцевались в шрамы”. Вообразив наяву столь ужасающее зрелище, Рише не сразу заметила, как ресницы задрожали, а глаза наполнились влагой. Во время разговора о матери в голосе Арнольда чувствовалось напряжение, и девушка хотела бы разобраться в причинах. Но прежде, чем спросить об этом, она уточнила: — Было больно, да? — Рише? Даже, когда его ранили кинжалом на корабле, выражение лица Арнольда ничуть не изменилось, но это не значило, что он ничего не почувствовал. “Его собственная мать… — Рише поджала губы, проводя пальцами по скрытой под повязкой ране. — О чем тогда подумал Его Высочество?” Арнольд коротко выдохнул и нежно провел ладонью по голове девушки. — Было ли больно… Сейчас я уже и не помню. — Ваше Высочество… Наследный принц продолжил, отвечая на немой вопрос Рише: — Зато я отчетливо помню, как убил свою мать вскоре после этого. Большая рука нежно перебирала ее волосы, пока она пыталась перевести дух. — Какой была ваша мать? В одной из частей императорского замка сохранилась беседка, которая, по-видимому, была построена для королевы-жрицы. Уединенное тихое место, которым никто не пользовался. — У меня нет необходимых данных, чтобы как-то охарактеризовать ее, — голубые глаза отрешенно смотрели куда-то вдаль. — Королева-мать, которую я знал, была похожа на безвольную куклу. Арнольд редко говорил метафорически. Пока Рише молча всматривалась в черты его лица, он расчесывал ее коралловые пряди. — Она расстраивалась при виде меня, а потому мы не разговаривали до самой ее смерти. Я едва помню, как звучал ее голос. А чтобы посчитать, сколько раз встречались наши взгляды, мне хватит пальцев одной руки. — Ваше Высочество… Истинные эмоции Арнольда невозможно было распознать по его тону. Он спокойно отвечал на вопросы, как будто это было нечто совершенно пустячное. — В тот день мы случайно столкнулись, и это ее расстроило. Я был весь в крови, и мой вид, должно быть, стал последней каплей. — В крови? — Я возвращался в башню сразу после убийства своей новорожденной сестры. Рише уже была осведомлена о бесчеловечных правилах нынешнего императора. Отец Арнольда вместо военной экспансии заключал политические браки с принцессами из разных стран. И, когда у них рождался ребенок, оставлял в живых только того, в ком была сильна его родословная, а остальных младенцев убивал. Арнольду, как преемнику, пришлось участвовать в кровавой расправе с самого детства. — Когда королева-мать подошла ко мне, внешне она казалась спокойной и невозмутимой. Разве что она бросила взгляд на клинок, закрепленный на моем поясе. В голове Рише возникла описываемая сцена. Из рассказов она знала, что у матери Арнольда, королевы-жрицы, были бледно-фиолетовые волосы, как и у девочки Милии, которой Рише когда-то служила горничной. И если наследный принц унаследовал ее черты лица, то она должна была быть потрясающе красивой женщиной. Мать, которую он сравнил с “безвольной куклой”, по собственной воле подошла к маленькому Арнольду, запачканному кровью. Какое выражение лица было у маленького кронпринца, залитого алой кровью, в тот момент? — То был результат моей неверной оценки, — мужчина молча опустил глаза. — Королева-мать улыбнулась, прокляла мое рождение и воткнула в меня клинок. Увидев широко распахнутые глаза Рише, Арнольд провел правой рукой по ее щеке. — Не делай такое лицо. — Н-но… — Я же сказал, что не помню. Правда. Девушка поджала губы и слегка покачала головой. Арнольд нежно посмотрел на нее и продолжил: — Последнее, что она сделала, – перерезала собственное горло. Глаза кронпринца были спокойны и безмятежны, как море во время штиля. — Помню, как она прокляла меня еще раз, когда я уже был весь в ее крови. — Ваше Высочество… — Королева-мать не смогла умереть сразу и страдала. Целительная сила крови Богини не могла вылечить такую рану, но и не позволяла ей умереть, а потому лишь продлевала страдания. Рише четко осознала, какое именно решение принял девятилетний мальчик в тот момент. — Ваше Высочество, вы избавили вашу мать от страданий… Именно поэтому считалось, что он убил собственную мать. В то же время она поняла, почему Арнольд был вынужден заниматься убийством своих младших братьев и сестер. Это не был акт послушания, а его осознанный выбор. Как и в случае с матерью. Ситуация была такова, что гуманнее было подарить новорожденным спасительную смерть, позволив Арнольду взять в руки меч. “Мне так жаль, что Его Высочество принц Арнольд, предложивший мне выйти за него замуж, теперь винит себя, поскольку считает, что принуждает меня к браку”. Рише слегка наклонила голову и обняла наследного принца за шею, прижимаясь к нему всем телом. Уткнувшись в него, она почувствовала, как сильные руки нежно обняли ее в ответ. — Пожалуйста, не плачь, — тихо прошептал он. Подобные просьбы были столь не характерны для него. Рише знала это, но, окончательно поддавшись своему эгоизму, прильнула еще сильнее. Тогда Арнольд негромко позвал ее: — Рише. И ее имя утонуло в его прикосновении губами к ее волосам.