Калиберн ответил весёлым голосом, возможно, прочитав мои мысли.
— Здесь, здесь я!
Меч, висевший в качестве украшения на стене, излучал слабый голубой свет.
— Что, почему ты там... и разговариваешь?
— Потому что мне удобно разговаривать из мечей. Так что, если у тебя будет меч, ты сможешь говорить со мной так.
— Нет, ты не мог бы говорить со мной в голове, как раньше? Я не хочу, чтобы со мной обращались как с сумасшедшей!
— Ну, это не имеет значения, потому что с тобой будут обращатся как с сумасшедшей, а не со мной.
— Что?
Пока я осматривала свои слегка подряпанные колени, Калиберн продолжал, не заботясь о моём гневном лице:
— Ох, неплохая комната. Двести миллионов керта, ты сделала правильный выбор.
— Что, ты подслушивал?
— Ну а что ещё я должен был делать? Я лучший в мире, неповторимый меч Калиберн.
Слушая его, я размышляла.
Калиберн всегда был таким разговорчивым?
Калиберн же продолжал говорить о том, что хотел сказать.
— Теперь, когда ты каждый день будешь видеть Принца, с которым всем так трудно встретиться, и решила жить во Дворце, ты живёшь хорошей жизнью.
— Нет.
Я немедленно опровергла то, что сказал Калиберн.
Нехорошо связываться с будущим тираном.
После этого инцедента меня не примет ни один приют.
В конце концов, если бы я не приняла это предложение, то жила бы на улице, попрошайничая.
Я согласилась, потому что они предложили платить огромную зарплату, но даже так было немного неудобно иметь дело с Седриком.
— Что, почему? Он очень ценный человек, и он милый!
— Я признаю, что он...
— И он хороший. Он даже принёс тебе эту мазь.
Мазь, которую я наносила, всё ещё была на моём лице, когда я слушала слова Калиберна и поглаживала щёку.
Он симпатичный, но...
Когда я вспомнила лицо Седрика, который смотрел на меня своими мерцающими красными глазами, моё сердце бешено заколотилось.
— Ха-а!
Придя в себя, я ударила себя по левой щеке.
— Что случилось?
Не обращая внимания на испуганный голос Калиберна, я ударилась головой о стену и закричала.
— Сумасшедший?! Нет! Кроме всего прочего, ему всего двенадцать лет!
Мне двадцать три года, но я волнуюсь за двенадцатилетнего мальчика.
— Что с тобой не так? Он тебе так понравился, что ты сошла с ума?
Мне казалось, что я ничем не отличаюсь от опасной группы людей, которая говорит: "Эй, ты такой милый", видя добычу.
— Очнись! С разницей в одиннадцать лет в прошлой жизни ты бы уже сидела в тюрьме! Это же педофилия! Педофилия!
Когда я ударилась головой ещё несколько раз, Калиберн тихо пробормотал:
— Тюрьме?
У меня болела голова.
— Ты сделала что-то не так?
Связь с Седриком была ещё одной проблемой в моей жизни.
Помимо этого, однако, я поняла, что это также вопрос человеческой совести.
— Ну, я не совсем понимаю, что происходит, но подписать контракт с этим Принцем – совсем неплохая идея.
— Нет, это так, но…
Я ответила, потирая лоб, который болел, потому что я слишком сильно и много билась головой о стену.
— Но тебе, тебе всё равно нужно было подписать контракт.
Я повернула голову на голос Калиберна и задала ему вопрос.
— Что? Что ты имеешь в виду?
— Этот контракт, он просто необходим для тебя.
Сначала Калиберн хотел пошутить, но это было не похоже на шутку.
Потому что Калиберн говорил серьёзным голосом, как и раньше, когда я столкнулась с директором, и вспыхнул голубой свет.
— Подожди минутку. Так если ты слушал, почему ничего не сказал?
— Боже! А что я мог сделать? Ты должна будешь в любом случае заставить их подписать контракт, – со вздохом сказал Калиберн.
— О чём ты говоришь? Что произойдёт, если я не подпишу контракт?
Я никак не могла понять, о чём говорил Калиберн.
В оригинальной истории только потому, что главная героиня поглотила Калиберн, это не создавало никаких особых ограничений, и не было упоминания о том, что она должна была подписать контракт.
В то время, когда моя голова была заполнена мыслями, тяжёлый голос Калиберна эхом разнёсся по комнате:
— Ты умрёшь от перегрузки.
Обновлено: 18.02.2026