В тот день я услышала голос изначального истинного духа…
Часть 1
Я, Фалма Фел Фосилбел, появилась на свет уже двадцать один год назад.
Я родилась в бывшей королевской семье, которая когда-то правила одним из самых северных и самых холодных городов континента — Фелуном.
Наша семья состояла из отца, матери, меня и младшей сестры. А ещё в нашем замке работало несколько служанок.
Остальные члены семьи, как и я сама, не очень любили титул аристократии прошлого. Сестра буквально ненавидела его и поэтому уехала из замка. Как я слышала, сейчас она учится в какой-то далёкой школе и изучает что-то мне неизвестное. Ни мои родители, ни сестра никогда не были кем-то особенными, в них не было ничего странного или выделяющегося.
И только меня мучило заболевание, от которого казалось, будто моё тело заживо пожирают черви. Вроде бы, при рождении оно было не очень заметно, но с каждым годом симптомы становились всё сильнее и сильнее.
А затем, словно в оплату за эту болезнь, в моих голосовых связках поселился столь чистый голос, какого просто не может существовать в нашем мире.
Но… мне было абсолютно плевать на этот голос.
Ночью всё моё тело горело и я, как безумная, расчёсывала его, а на утро все эти раны начинали страшно болеть.
Для того, чтобы я не нанесла себе ещё больше ран, врачи сказали мне заворачивать всё тело в бинты… В тот день я собрала все зеркала в своей комнате и сбросила их с балкона. Даже матовое стекло из окон. Я не хотела видеть себя в столь жалком виде.
Примерно с тех же пор, я заперлась у себя в комнате, перестав встречаться даже с родителями. И походы за едой, и замену бинтов я оставила на служанок. Даже родителям я сказала не входить в комнату без предупреждения…
В конце концов, я же не хотела, чтобы они услышали мои крики…
Каждый вечер меня мучили зуд и боль, и я, до скрежета сжимая зубы, терпела их.
Я ненавижу показывать кому-то своё заплаканное лицо.
Я затыкала себе рот тряпкой, чтобы удержаться от стонов.
И всё же испытываемый телом стресс достиг своего предела…
Это случилось вскоре после того, как мне исполнилось десять лет.
Однажды ночью, устав от всей боли и зуда, я потеряла сознание.
— Красивый звук.
В тот миг мне послышался голос.
Он был смутным и звучал как сквозь туман.
«Кто это?..»
— Calra [Калра] — та, кто вьёт себе гнездо из криков твоего тела.
«Калра». Так ответил владелец голоса.
На музыкальном языке Селафено слово calra означает «кровь». Узнала я об этом незадолго до той случайной встречи.
— Я — та сущность, которую называют истинным духом, или же меня можно именовать истинным духом.
«Истинный дух?..»
— Настройщиками было определено одно: Calra, то есть я, есть образец истинного духа.
Этот голос продолжал говорить.
— Calra — это изначальное пламя, это жар, это красная кровь, что заменяет собой всё. Взамен той крови, что ты льёшь во имя меня, я тоже пролью кровь за тебя. Сила, злоба, враждебность, чужие клинки, ненависть, зависть, горечь — я не позволю ни одной напасти коснуться тебя.
«Взамен той крови, что я лью ради Калры? Неужели это значит, что…»
— Да, половина причины твоей болезни в Calra’e. Мой жар живёт в тебе и причиняет тебе боль. Твои прекрасные крики пробудили меня. Именно в них самая глубокая наша связь… Всё это потому, что я люблю тебя.
«Так вот оно как?.. Этот дух и есть причина всех моих страданий?»
— Любимая, ты ненавидишь Calra’у?
«Да… Настолько, что я хочу разорвать тебя на части».
— И это тоже естественно. Однако я обещаю: ты по собственной воле пожелаешь моей силы. И тогда я с радостью пролью кровь за тебя.
«Такого просто не может слу…»
— Рано или поздно ты всё узнаешь. Жди визита от избранника настройщицы. Этот певчий — истинный король побеждённых. Он дарует тебе цель для жизни.
«Цель для жизни?..»
— А до тех пор Calra ненадолго уснёт.
Тогда я в первый раз услышала голос Калры.
Это же был и последний раз.
Часть 2
Когда я проснулась у края моей кровати призвалась мантикора.
Кровь стала катализатором, а крики моего тела — нерифмованной ораторией. В этот миг появились мои песнопения.
Сколько же времени утекло с тех пор?
Дни? Месяцы? Несколько лет?
Когда я уже позабыла о предсказании Калры в моей комнате появился некий чёрный монах.
— Приятно познакомиться. Я тебя напугал?
Этот человек с черными глазами, по виду которого невозможно было определить парень он или девушка, улыбался.
Я так и не узнала, когда он успел войти в комнату, к тому моменту, когда я начала что-то осознавать, он уже стоял у моей кровати.
Обычно, я бы насторожилась… Но глаза чёрного монаха были невероятно красивыми, спокойными и влажными. Они почти что заворожили меня с первого же взгляда.
— Кто ты?
— Меня зовут Ксео. Я хотел поговорить с тобой.
Ксео знал так много вещей, что мне казалось, будто ему известно всё в нашем мире: от самых известных достопримечательностей континента до кухни самых дальних уголков, от обычаев таких деревень, о которых я слышала впервые, до простых и приятных историй. Как я узнала, ему довелось немало попутешествовать по континенту.
Ксео не собирался рассказывать мне о причине своих странствий, поэтому мне пришлось самой задать этот вопрос.
И тогда этот певчий без малейшей застенчивости и стеснения, более величественно и торжественно, чем кто-либо ещё, ответил:
— Я думаю, было бы чудесно, если бы песнопения принесли счастье множеству людей.
Его слова болезненно громко отозвались в моей груди.
Я проклинала Калру за то, что случилось с моим телом, и потому ненавидела дарованные им песнопения. Мне и в голову не приходила мысль приносить людям счастье с их помощью.
— Как же я завидую… человеку, который способен так думать.
— Послушай, Фалма, — вынув руку из чёрной робы и протянув её мне, начал Ксео, — это же замечательно. Зависть и есть лучшее доказательство того, что это желание живёт у тебя в душе и пока никуда не исчезло.
Я… Я тоже этого желаю?..
Мне можно… мечтать о том же, о чём и он?
Что-то скатилось по моей щеке. Тёплая капелька скатилась упала и смочила бинты на груди.
Наконец-то, наконец-то я нашла её. Мою причину для жизни. Причину, по которой мне хочется жить.
Я хочу мечтать о том же, о чём и он, и стремиться к этой мечте.
Я хочу увидеть восход того мира, которым грезит Ксео.
В тот день я приняла Калру.
Однако, э-эх….
Наверное, это можно назвать иронией судьбы.
Спустя два дня после тех событий, мой замок посетил тот самый Радужный певчий.
Часть 3
— Йо! Приятно познакомиться.
Его приветственные слова чем-то напомнили мне Ксео. Он поднял руку вверх и немного поклонился.
Цвет колышущихся волос этого дружелюбного певчего нельзя было назвать ни каштановым, ни золотистым, а его губы всё время были сложены в лукавую улыбку. Одетый в куртку цвета пожухлой травы, он беззаботным шагом прошёл к моей кровати.
— Прошу прощения за внезапный вызов. Просто я услышала от служанок замка, что в Фелун приехал тот самый Радужный певчий.
— Ничего особенного. Всё равно я просто странствую безо всякой цели. И к тому же, я не против встречать в своём путешествии вот такие случайности.
Сквозь занавески, ему не должно было быть видно меня, но, что странно, я чувствовала от него такую симпатию, будто мы разговаривали, смотря друг другу прямо в лицо.
— Ты приехал в настолько холодное место безо всякой цели?
— Ну, если задуматься, то моей целью было самому испытать холод этого «холодного места». Есть в моём характере какое-то любопытство.
Этого мужчину звали Ксинс, и он был лучшим певчим в мире. Ходили слухи, что в песнопениях нет для него ничего невозможного.
С тех самых пор, как я услышала голос Калры и пробудила свои песнопения, я всегда испытывала что-то близкое к восхищению, когда слышала прозвище «Радужный певчий».
Потому что у меня было одно желание…
Это желание жило во мне всегда, задолго до того, как я познакомилась с Ксео, и продолжало жить сейчас…
Я не могла обратиться с этой просьбой ни к одному другому певчему. Но вот Радужный певчий, может быть, пусть даже шанс того один на миллион, был способен её исполнить. И поэтому, когда мне сообщили, что в город приехал Ксинс Эирвинкель, я спешно пригласила его в замок.
Но…
— Что-то не так?
— Нет… ничего, — покачала головой я, смотря на него сквозь тонкую ткань.
Я просто не смогла высказать те слова, на которые надеялась всем сердцем.
Какая же жестокая дилемма встала передо мной…
Моё желание быть другом Ксео и помочь его делу.
И страстная надежда на Радужного певчего, которую я всегда несла в себе.
Оказались несовместимы, словно лёд и пламя.
Из двух можно выбрать только одно.
И к тому, и другому я стремлюсь всей душой.
И всё же... как мне теперь относится к Ксинсу?
Как к врагу, с которым я должна сразиться за чешую Миквы?
Или же как к певчему, которым я восхищаюсь, и который может исполнить моё самое страстное желание?
С тех пор я так и не пришла к ответу.
Именно поэтому сейчас я жду его на арене колизея.
Храня в груди два противоречивых желания.
Жду его хотя бы для того, чтобы разрешить этот готовый в любой момент разорвать мне душу конфликт своим собственным способом.
Обновлено: 09.04.2026