В этом году Фушоу Цзюньчжу исполняется пятнадцать лет. Также естественно, что два генерала неохотно будут раздумывать над её браком в таком юном возрасте дочери.
Хуа Чан Кун вздохнул, протянул руку и похлопал молодого человека по плечу. С такой маленькой фигурой, как у этого брата, если Лю Ли выйдет за него замуж, это просто навредит ему.
Похлопывание Хуа Чан Куна по плечу наполнило молодого человека сомнениями. Было ли это сочувствием к его любви, которая упала с ветвей, не успев расцвести?
* * *
Особняк Шунь Ань Гунчжу.
– Цзя Минь, Линь Вань расторгла помолвку, что ты думаешь? – Яо Вэнь Инь толкнула Цзя Минь в плечо.
– Что я могу думать? Я не могу жениться на Линь Вань, – Цзя Минь сидела, скрестив ноги, на ковре из лисьей шкуры, держа нож, чтобы вырезать деревянную фигурку. Поскольку она часто сердилась на Хуа Лю Ли, у неё появилось новое хобби – резьба по дереву.
Пока она имела возможность думать об этих кусках дерева как о лице Хуа Лю Ли и отрезать их один за другим, это очень облегчало оковы, сковывающие её грудь и мешающие дышать
– Но разве ты не была влюблена в Ин Вана… Или?
– Оставь это, – Цзя Минь дважды злобно ткнул остриём ножа в деревянную фигурку. – Мужчину можно рассматривать только как развлечение в жизни женщины.
Её самая большая цель в жизни – положить Хуа Лю Ли себе под ноги. Пока Хуа Лю Ли, её естественный враг, рядом, все мужчины – плывущие облака (1).
– Ты... Будь осторожен, не тыкай так ножом, – увидев свирепый вид Цзя Минь, Яо Вэнь Инь не смогла удержаться от вопроса: – Ты занимаешься вырезанием по дереву или пытаешься убить этот чурбак?
– Тебе не кажется, что если ты будешь обращаться с этим деревом как с Хуа Лю Ли, то резать его будет намного более приятно? – Цзя Минь с силой вдавила кончик ножа в деревянный чурбак, как будто это была Хуа Лю Ли.
Яо Вэнь Инь некоторое время смотрела на беспорядочные куски дерева, а потом сказала:
– Принеси мне тоже кусок дерева и нож для работы с ним.
Они вдвоём некоторое время с увлечением возились с деревом, прежде чем Яо Вэнь Инь снова заговорила:
– Цзя Минь, даже ты не можешь разобраться с Хуа Лю Ли? – как знаменитые женщины-хулиганки в столице, они всё время получали от Хуа Лю Ли ощутимые пощёчины. Это было чрезвычайно унизительно.
Цзя Минь слабо взглянула на свою маленькую двоюродную сестру. Если бы она осмелилась что-то сделать с Хуа Лю Ли, она бы сделала это давным-давно. Нужно ли было её в таком случае выплёскивать свой гнев на такой кусок дерева, как этот?
– Цзя Минь, – голос Шунь Ань Гунчжу прозвучал за дверью, Цзя Минь и Яо Вэнь Инь поспешно убрали деревянные фигурки и ножи, а также замели под ковёр деревянные щепки.
– Гунчжу, – Яо Вэнь Инь поприветствовал Шунь Ань Гунчжу.
– Моим собственным детям не нужно быть такими вежливыми, – отношение Шунь Ань Гунчжу к младшим поколениям семьи Яо всё ещё было чрезвычайно мягким. Она отмахнулась от вежливости Яо Вэнь Инь и сказала Цзя Минь:
– Только что дворцовая служанка Вдовствующей Императрицы прибыла и передала тебе приглашение приехать во дворец и остаться там на несколько дней.
Цзя Минь подозрительно спросила:
– Вдовствующая Императрица приглашает меня во дворец?
Согласно старшинству дворца, она должна называть Вдовствующую Императрицу своей бабушкой, но её мать не была рождена Вдовствующей Императрицей, поэтому она и Вдовствующая Императрица были лишь номинальными внучкой и бабушкой, а потому не были особенно близки. В эти годы она ходила только приветствовать Вдовствующую Императрицу во время новогодних праздников и прочих памятных торжеств. Обычно же они жили так, чтобы просто не мешать друг другу.
– Может быть, это потому, что Вдовствующая Императрица услышала, что ты хорошо проводишь время с Фушоу Цзюньчжу, так что она решила позволить вам, молодым людям, повеселиться вместе, – Шунь Ань Гунчжу торжественно сказала: – Дочь, пожалуйста, больше радуй Вдовствующую Императрицу после того, как войдёшь во дворец. Титул Чжан Гунчжу (2) зависит от того, насколько Вдовствующая Императрица будет к тебе благосклонна.
Цзя Минь ошеломлённо молчала.
"В самом начале, если бы ты могла немного подержать язык за зубами и сказать на несколько слов меньше, ты бы уже была Чжан Гунчжу, так зачем тебе нужна дочь, чтобы получить этот титул?"
Кроме того, кто сказал, что она неплохо проводила время с Хуа Лю Ли?
Это было совсем не хорошо!
Никто не слышал внутреннего рёва Цзя Минь, когда Шунь Ань Гунчжу посадила её в карету.
Шунь Ань Гунчжу сказала своей дочери:
– Дочь, Фушоу Цзюньчжу слаба, и с ней легко ладить. Ты должна заботиться о ней во дворце и не позволять ей страдать от обид.
В конце концов, мать этой девушки была той, кого Шунь Ань Гунчжу просто не могла позволить себе провоцировать!
Цзя Минь хотелось плакать, но слёз не было. Она была вынуждена оставаться с Хуа Лю Ли. С ней всегда поступали несправедливо в одностороннем порядке, ясно?
Сидя в карете и глядя на ворота дворца, которые становились всё ближе и ближе, Цзя Минь, казалось, видела свою безрадостную будущую жизнь.
___________________________
1. 浮云 (fúyún) – литературный перевод – плывущие облака – в данном контексте это метафоричное описание чего-либо, что совершенно не стоит внимания.
2. 长公主 (zhǎng gōngzhǔ) – исторический термин – Чжан Гунчжу – старшая принцесс (старшая дочь или сестра Императора) или великая княжна. Обычно это самый высокий ранг из всех Императорских принцесс династии.
Обновлено: 13.02.2026