Я осмотрел всё, что только вспомнил и почти смирился с тем, что кулона в доме нет от слова совсем. Сел в коридоре, опёрся спиной о стену и попытался собраться с мыслями. Провёл ладонью по вспотевшим волосам, ломая голову, но никак не мог вспомнить, куда же его умудрился запихнуть. А потом до меня дошло.
Часы показывали десять тридцать два, когда я метнулся обратно на кухню. В телевизоре всё ещё показывали зависшие над нами корабли, а я столько времени потратил на поиски дурацкого украшения. А ведь немного времени прошло с тех пор, как обещал себе, что ни за что не нарушу обещание, данное жене. Пошарил в ящике со всяким хламом и, наконец, нашёл, что искал: конверт с адресом и номерком, ещё в конверте обнаружился ключ. Сунул конверт в карман, схватил бумажник.
Проходя мимо зеркала в гостиной, увидел, как неприглядно выгляжу: волосы всклокочены, как у какого хипстера, одежда помята и явно нуждается в стирке. Да только сегодня кому какое до этого дело? Небо заполонили инопланетяне, а мне всего и нужно пересечь наш небольшой городок. Да я вернусь раньше, чем кто-либо об этом узнает.
Выключил телевизор. Вот интересно, сколько народу до сих пор спит, сколько людей ещё не включало телевизоров и не выходили из дома. Их ожидает сюрприз.
На улице было тихо даже для этого времени суток. Большинство жителей у нас пенсионеры или служащие. Вкупе с тем, что половина семей держала дома для детей, которым ещё нет тридцати или кто не женился, на улице должно быть больше машин и людей. Но что-то было снаружи такое, что тревожило и говорило: сейчас на улицу лучше не высовываться. Что-то в такое воздухе. Некая энергия, вроде той, которую ощущаешь, когда ребенком лижешь девятивольтовую батарейку только чтобы посмотреть, есть ли в ней ещё хоть какой-то заряд.
Сьюзен из окна всматривалась в небо, Кэри гавкнул, когда я забирался в грузовичок. Я включил радио, переключился на местную новостную станцию, хотел быть в курсе происходящего. Насколько мог судить, серые корабли пока не думали двигаться и что-то делать, а ведь прошло уже больше четырёх часов, как они появились. На горизонте висело огромное чёрное судно, угрожая захватить всё моё внимание, когда я выехал с подъездной дорожки на проезжую часть. Приоткрыл окно, чтобы впустить немного свежего воздуха. Сентябрьский бриз предвещал наступление осени, но лето пока не уходило отсюда, из штата Нью-Йорк.
Успокаивающий голос Ролли Армстронга заверял горожан, что паника до сих пор никому не помогала, и повторял то, что недавно говорил президент на пресс-конференции. А я видел, что люди напуганы; чёрт возьми, я сам был потрясен происходящим. Но после смерти Джанин научился не расстраиваться из-за того, что не могу контролировать. Вторжение инопланетян вписывалось в эту категорию.
Проезжая по улицам, то тут, то там я видел группки людей на тротуарах, глядевших на корабли, словно одним взглядом могли заставить их исчезнуть. Проехал мимо лютеранской церквушки. Парковка занята целиком и полностью, как никогда. Дайте людям повод помолиться и они всенепременно начнут неистово верить. Увидел одного из моих клиентов, тот спешил к церкви, но увидел меня, узнал и приветственно поднял руку. Я знал его много лет, поэтому подъехал к обочине, опустил стекло полностью.
— Привет, Стив. — Что там нужно говорить в светской беседе, когда Землю окружает миллион кораблей из космоса? Прекрасная погода? Смотрел игру «Гигантов»? Не передумал насчёт пятничной игры в покер? М-да. Так что я ждал, как начнёт он.
— Привет, Дин. — Он кивнул в сторону церкви. — Подумал, сейчас как раз подходящее время передать привет здоровяку наверху. Что-то подобное, — он кивнул вверх, — заставляет задуматься. Дебби с детьми уже внутри, а я парковал машину. А ты куда собрался? — Его голос дрожал, так что я с уверенностью мог сказать, что он по-настоящему волновался.
— Хочу кое-чего прикупить. Думаю, магазины сегодня допоздна работать не будут, если хоть кто-то вообще открылся. — Половина правды.
— На Шервуд-Роуд открыта «Счастливая хижина». Старикан открыт даже на Рождество. Похоже, он рассчитывает заработать денег, пока остальные следят за новостями. Ладно, мне пора. Дебби сама не своя. Береги себя, Дин.
— Ты тоже, Стив. Надеюсь, скоро всё это закончится. По поводу твоих бумаг позвоню тебе на следующей неделе, — сказал я. Он кивнул, но мысленно уже был в небе. Вот интересно, сейчас я единственный бухгалтер в мире, кто сегодня завел разговор о работе?
На боковых дорогах было почти пусто, но, когда я добрался до Шервуда, увидел растянувшуюся на многие мили автомобильную пробку. Никогда раньше не видел столько машин в нашем городке. Остановился у четырёхполоски и начал размышлять, как лучше всего проехать через город, не застряв в пробке. Посмотрел налево и увидел вот только что произошедшую аварию. Водители обеих машин, ругаясь почем зря, выскочили из кабин.
Я мгновенно узнал одного из них, как только рассмотрел разбитую заднюю часть джипа и знакомый жест Джеймса: когда он напряжен, нервно проводит ладонью по волосам. Водитель машины, врезавшейся в зад джипа, оказался крупным бугаём, угрожающе смотрел ему прямо в глаза. Я выскочил из кабины. Не первый раз, когда Джеймс нуждается в моей помощи, но сейчас впервые, когда это происходит днём.
Я пробежал сотню ярдов до их машин, лавируя между другими автомобилями. Джеймс меня не видел, всё его внимание было занято бугаём, тот матерился, размахивал кулаками перед носом Джеймса. Я услышал, как тот возражал, мол, парень сам врезался в его машину, но сейчас закон, кажется, для бугая, сложенного как грузовик «Мак», не имел никакого значения. Я услышал, как тот прорычал, мол, к чёрту страховку, потому что сегодня мы все умрём.
Когда парень занес кулак, намереваясь заехать Джеймсу в челюсть, я, наконец, оказался у него за спиной, пнул бугая в левое колено, схватил за руку. Не забыл ещё школьные уроки карате. Бугай упал на колено. Опустился вместе с ним и прошептал ему на ухо:
— Давай не будем усложнять ситуацию. Всем нам сегодня есть, о чем подумать. Сейчас я тебя отпущу и мы разъедемся. Договорились?
Бугай перестал дергаться, проворчал что-то, соглашаясь. Джеймс расплылся в улыбке и чуть отступил, когда я отпустил парня. Я быстро отступил подальше, готовый к ответному удару, но парень уселся, прислонился спиной к колесу. Он плакал.
— Жена утром ушла. Увидела корабли и заявила, что изменяет мне с моим лучшим другом. А потом ушла куда-то к озеру, на его участок. Как будто пребывание на болоте, полного водорослей, остановит пришельцев от того, чтобы оторвать им головы.
Я протянул руку и помог ему подняться. Тыльной стороной руки он вытер глаза, после чего развернулся и, спотыкаясь, пошёл к своему большому грузовику. Тот оказался достаточно большим, чтобы серьёзно разворотить зад джипа Джеймса.
— Будьте начеку. Эти ублюдки пришли за нашей кровью. Я это знаю.
Он забрался в кабину, завёл мотор и объехал джип Джеймса по обочине. Его примеру последовали другие машины. Кто-то сигналил нам, кто-то что-то кричал из окон. Джеймс только отмахивался.
— Давай-ка отодвинем твою колымагу на обочину, а потом ты поедешь со мной, — предложил я и поинтересовался: — Кстати, куда намылился?
Джеймс запрыгнул на водительское сиденье и через минуту съехал с дороги на обочину. Н-да, зад джипа вдребезги.
— За город ехал, — сказал он. — Я не знал, что нужно делать. Наверное, отправился бы в Нью-Йорк. Там защита должна быть получше, чем в нашем захолустье.
Большая часть машин, судя по тому, что показывают по телевизору, как раз таки стремилась выбраться из мегаполисов, а не въехать в них. Интересно, логика у Джеймса здравая или безумная? Вот честно, не уверен ни в том, ни в другом.
— Ну, у меня есть пара дел. Если хочешь, можешь поехать со мной. Мы вполне можем держаться друг друга. — Я посмотрел ему в глаза. — У нас ведь больше нет никого, кто бы приглядывал за нами.
Джеймс снова ухмыльнулся и выбрался из кабины. Он неторопливо подошёл, взял меня за плечи.
— Отличная идея, приятель. И куда отправимся?
— Говорят, «Счастливая хижина» открыта, так что я хочу прикупить кое-что, прежде, чем народ толпой отправится на юг и начнётся грабёж. — Джеймс с сомнением посмотрел на меня и я добавил. — Не, ну а чего? В кино так происходит каждый раз, так что я не собираюсь рисковать. А потом есть ещё одно местечко, куда я хочу попасть.
Вскоре мы ехали по боковым улочкам, проезжая мимо тротуаров, полных зевак, таращащихся в небо. Корабли, кажется, вообще не двигались. Над нашим городком всё так же висели шесть штук. Движение по дорогам было небольшим, народ всё больше стремился к центру, так что через десять минут мы подъехали к «Счастливой хижине». Парковка заполнена наполовину, не так плохо, как я боялся. Когда я припарковал машину, диктор по радио рассказывал, как Россия запустила по кораблям ракеты, не успело солнце сесть в океан. Ответной реакции от кораблей пришельцев никакой. Ни ущерба, ни возмездия.
Очередь в маленьком продуктовом магазине где-то в семь человек.
— Давай, возьми несколько зажигалок, туалетную бумагу, пару газет и канцелярский нож. Я за водой, протеиновыми батончиками и батарейками, — распорядился я и мы разошлись. В проходах толпились люди, разговаривали между собой. Собираются ли пришельцы связаться с нами в ближайшее время? Знало ли правительство о том, что они придут? Нужно ли сегодня идти на работу? Я старался не обращать на них внимание, но несколько хороших вопросов услышал, ответить на которые вряд ли кто-нибудь из нас сможет.
Завернув за угол, увидел двух женщин. Они спорили друг с другом из-за банки детского питания. Оказалось, баночка последняя. Обе крепко вцепились в неё, и если спор в ближайшие секунды не разрешить, устроят настоящую драку.
— Дамы, неужели вам недостаточно того, что происходит? Давайте уладим вопрос, как взрослые люди, — предложил я.
— Иди на хрен! — выплюнула блондинка.
— Да! Кем, твою мать, ты себя возомнил? Я была здесь первой! — выкрикнула другая.
— А вот и нет!
Одно удачное движение и блондинка упала, ударившись головой об пол. Другая сжала в ладонях баночку, развернулась и ушла, даже не взглянув на поверженного противника. Даже не верится, как быстро берёт верх животный инстинкт, когда человек чувствует угрозу. В любой другой день ничего подобного не случилось бы. Когда блондинка пришла в себя, я увидел целую коробку с детским питанием — та стояла на нижней полке. Классика. Я помог женщине подняться на ноги и вручил ей коробку. Блондинка неуверенно меня поблагодарила.
Я взял всё, что нужно, побросал в корзину, добавил несколько баллончиков с пропаном, а батарейки сгрёб горстью не считая. Удивительно, как всё это не успели расхватать.
Нащупал в кармане конверт, успокоился. Джеймс немного отвлёк меня от первоначальной цели, из-за которой я сорвался из дома. Нужно двигать, и побыстрее, пока не стало поздно.
Нашёл Джеймса в отделе закусок и потащил его к кассе. Теперь тут восемь человек, а кассир, он же владелец, двигался как улитка. По спине потёк пот, как только вспомнил слова жены. Достал бумажник, прикинул примерно сколько всё это может стоить — вышло что-то около шестидесяти баксов, — вытащил восемьдесят и бросил их кассиру.
В спину, пока шёл к выходу, получил несколько проклятий, но было как-то всё-равно. Нужно кое-куда добраться, причём быстро.
— Вот придурок! Ну, ты ему, хотя бы заплатил. Уверен, прежде, чем всё это закончится, — Джеймс кивнул в сторону висящего над нами серого корабля, — к нему наведаются мародеры.
— Давай убираться отсюда. Ещё одна остановка, и до дома. Хочешь остаться со мной, пока, чтобы всё это ни было, не закончится? — Я знал, что ему наверняка не хочется возвращаться в дом, где он, как и я, жил один. Да и мне компания не помешает.
— Замечательная идея, приятель. Только мы кое о чём забыли.
— И о чём же? — спросил я и увидел типичный озорной взгляд в его глазах.
— Пиво и пицца, — засмеялся он и я тоже хохотнул.
— Уверен, что-нибудь откопаем в холодильнике. В конце концов, я же одинокий мужчина.
А ещё там куча овощей и фруктов: одно из многих обещаний, которые я давал жене, когда та лежала на смертном одре.
Обновлено: 16.01.2026