Туман окутывал высокую гору. На самой вершине стояла небольшая каменная беседка, всего десять метров в ширину.
За столом неторопливо пил чай безбородый молодой мужчина в расшитых тёмно-зелёных одеждах. На его губах то и дело появлялась зловещая улыбка. Любой, кто встретился бы с ним взглядом, ощутил бы себя добычей перед ядовитой змеёй.
Над облаками мелькнул луч света. У беседки опустился седой старик в белом одеянии с золотой вышивкой. В руке он держал венчик из тысячи серебристых нитей и выг
Туман окутывал высокую гору. На самой вершине стояла небольшая каменная беседка, всего десять метров в ширину.
За столом неторопливо пил чай безбородый молодой мужчина в расшитых тёмно-зелёных одеждах. На его губах то и дело появлялась зловещая улыбка. Любой, кто встретился бы с ним взглядом, ощутил бы себя добычей перед ядовитой змеёй.
Над облаками мелькнул луч света. У беседки опустился седой старик в белом одеянии с золотой вышивкой. В руке он держал венчик из тысячи серебристых нитей и выг
Туман окутывал высокую гору. На самой вершине стояла небольшая каменная беседка, всего десять метров в ширину.
За столом неторопливо пил чай безбородый молодой мужчина в расшитых тёмно-зелёных одеждах. На его губах то и дело появлялась зловещая улыбка. Любой, кто встретился бы с ним взглядом, ощутил бы себя добычей перед ядовитой змеёй.
Над облаками мелькнул луч света. У беседки опустился седой старик в белом одеянии с золотой вышивкой. В руке он держал венчик из тысячи серебристых нитей и выг