Джеймс улыбнулся шире и повернул свою аппетитную жену кругом. Она взвизгнула и схватилась за свой круглый живот, почти с яростью глядя на мужа.
– Джеймс! Никогда так больше не делай!
– Почему нет? – Спросил он. – Может быть, ребенку нравится танцевать.
Он вращал ее по кругу и смеялся, а она визжала, как девчонка, и от этого многочисленные беспокойные морщинки, избороздившие ее лицо, исчезали.
– Кроме того, неужели танцы на кухне – это не самый лучший способ отметить приобретение нового дома?
На лице Лили заиграл румянец, а глаза ярко засияли. Она продолжала танцевать с Джеймсом, их движения становились все более дикими, и со стороны это казалось почти смешным. Они оба отбросили прочь беспокойство, полностью растворяясь в любви друг к другу.
Неожиданно ребенок толкнулся ножкой в живот Лили. Джеймс, державший в этот момент руку на животе жены, почувствовал движение, и в его глазах загорелось удивление. Ребенок толкнулся снова, и Лили слегка охнула.
– Ты его чувствуешь? – задыхающимся голосом спросила она, кладя его руку на свой круглый живот. Под их пальцами живот чуть приподнимался и снова опадал. – Это стучит его сердце.
Так они и стояли: ее ладонь покрывала его руку, они оба прислушивались к стуку крохотного сердечка их второго ребенка и тонули в глазах друг друга. Это была чистая магия в своей самой примитивной и самой совершенной форме. Связь двух любящих друг друга людей, чувствующих друг друга, живущих друг для друга. Любовь, которая не угаснет в их сердцах никогда. Сердце малыша сделало очередной удар, и Джеймс мягко улыбнулся своей рыжеволосой жене, а ее лицо озарила ответная улыбка. Он наклонился и поцеловал ее, а под их скрещенными руками слышалось биение крошечного сердечка.
– Джеймс…
Кто-то деликатно прочистил горло, и от неожиданности Джеймс едва не уронил Лили на пол. Она вскрикнула и схватилась за его руки.
– Джеймс, о чем ты только думаешь! Ты едва не уронил меня!
Джеймс покраснел и помог ей снова встать на ноги. Это было довольно-таки трудно, учитывая ее поздний срок беременности, но Джеймс делал вид, что ничего не замечает. Лили ненавидела, когда ей напоминали о том, насколько… по-другому она выглядела, когда была беременна.
Лили фыркнула и игриво его оттолкнула, поворачиваясь, чтобы поприветствовать их гостя.
– Ремус, здравствуй! Как ты поживаешь?
Ремус округлил глаза и по-волчьи усмехнулся.
– Думаю, вполне неплохо. Если не считать того, что у меня ушла уйма времени, чтобы до вас добраться. Вы все время переезжаете.
Джеймс скромно усмехнулся и пожал плечами.
– Не спрашивай меня, почему. Каждый раз, когда мы переезжаем в новый дом, Лили начинает свою вечную песню «здесь-я-почему-то-не-чувствую-себя-как-дома», и нам приходится переезжать снова.
– Джеймс! – Лили толкнула его на стул и села к нему на колени. Джеймс сделал страшное лицо и почти столкнул ее вниз, но в последний момент все-таки поймал и прижал к себе. Ремус сел напротив.
– Ладно, – Ремус покачал головой. – Но когда-нибудь я все же добьюсь от вас двоих прямого ответа и наверняка заработаю от этого инфаркт.
– Ты действительно хочешь знать? – напрямую спросила Лили.
Ремус кивнул:
– Ну конечно. Я думал, что мы с вами друзья, а друзья обычно беспокоятся друг о друге. Чего бы я стоил, как ваш друг, если бы не задумался о том, что эти ваши переезды дважды в год с тех самых пор, как родился Гарри, уже выходят за рамки нормального?
Видя искреннее беспокойство друга, Лили и Джеймс переглянулись. Джеймс пожал плечами. Лили вздохнула:
– Причина, по которой мы все время переезжаем с места на место – это все те… люди, которые приходят в наш дом.
– Упивающиеся Смертью, – пояснил Джеймс. – Куда бы мы не переезжали, они следуют за нами. Они ничего не делают, просто находятся рядом, но это пугает…
– Нет, – возразила Лили. – Пугает то, что они подружились с Гарри.
– Стоп-стоп-стоп, – Ремус побледнел. – О чем это вы?
– С самого рождения Гарри Волдеморт посылает к нам своих Упивающихся Смертью. Мы думаем, он предоставляет нам что-то вроде охраны. Они не делают ничего плохого и даже помогали нам несколько раз. Однажды Гарри пошел гулять один и заблудился, а они привели его назад. А в другой раз у нас были некоторые… проблемы с Министерством, и Упивающиеся отвлекли внимание авроров и помогли нам уйти.
– Вы уверены, что это Упивающиеся Смертью? – спросил Ремус.
Джеймс кивнул:
– Они не делают тайны из своих политических предпочтений.
– А что вы имели в виду, когда сказали, что они с Гарри друзья?
– Так оно и есть, Ремус. Это трудно объяснить, но…, – Лили потерла лоб. – Мы пытались скрыться от них, перебираясь с места на место. Но каким-то образом они каждый раз нас находили, и мы понимали это только тогда, когда обнаруживали нескольких из них прямо во дворе дома, где они играли с Гарри. Со всеми этими переездами у Гарри не было возможности завести друзей, и, думаю, он начал к ним привязываться, – выражение лица Лили сполна демонстрировало весь ее ужас от подобной идеи.
– И мы даже не можем ему ничего сказать, – продолжил Джеймс. – Однажды мы попытались разъяснить ему, что Упивающиеся Смертью – не лучшая для него компания, но Гарри тут же припомнил нам тот случай, когда авроры силой увели меня с собой. Они тогда были не очень-то вежливы. Он заявил, что в отличие от авроров, Упивающиеся Смертью никогда не причиняли нам вреда. А еще они всегда рядом. Иногда мы пытаемся поговорить с ним об этом, пытаемся убедить его прекратить эту опасную дружбу, но…
– Он лишь убеждает нас в своей правоте, – закончила за него Лили. – Это просто кошмарно, но мы не можем найти выхода.
– А самое плохое в том, что мы начинаем на них полагаться, – признал Джеймс после минутного молчания. – Мы больше не беспокоимся, что Гарри может попасть в беду или потеряться. Однажды один из Упивающихся даже принес ему коробку печенья, и мы, не задумываясь, позволили Гарри съесть несколько штук. Только вечером мы вдруг подумали, что в них легко могли добавить какое-нибудь опасное зелье. Разумеется, ничего такого не было, но ведь мы не могли знать наверняка.
– И это продолжается уже восемь лет? – спросил Ремус. Оба устало кивнули. – И они ничего не предпринимали? – Еще один кивок. Ремус в замешательстве откинулся на спинку стула. – Ладно, не спрашивайте меня. Я просто не представляю, каковы могут быть их цели.
– Мы даже не знаем, следует ли нам и дальше пытаться их избегать или же просто принять все как есть, – прошептала Лили.
Ремус лишь снова покачал головой и быстро сменил тему разговора, чтобы развеять повисшее на кухне унылое настроение.
– Как ребенок?
Лили широко улыбнулась и погладила рукой живот.
– Он в порядке, – с гордостью сказала она. – Пройдет еще неделя, и…
– Наш маленький Джеймс появится на свет.
– Джеймс? – Ремус поднял бровь. – Ты собираешься назвать ребенка в свою честь? А ты не думал, что это может быть несколько… опасно?
Джеймс улыбнулся и махнул рукой:
– Нет, ничуть. Опасно было бы назвать его в честь тебя.
– А Лили согласна?
– Вообще-то, нет! – вспыхнула Лили. – Ты что, не помнишь? Гарри Джеймс Поттер! Кроме того, я думала, что мы уже договорились назвать его в честь моего отца.
– Ну, я думал, что мы назвали Гарри в честь твоего отца.
– Гарри был твоим отцом.
– Да, но… Леонард? – Джеймс скривился. – Я уже вижу широкую надпись «Леонард – Лопух» у него на лбу, когда он пойдет в школу.
– Леонард… Ах, ты! – воскликнула Лили. – Так это ты начал в школе тот кошмар с надписями!
– Ну, кто-то ведь должен был показать твоему бывшему дружку, что он вовсе не так крут, как воображает, – пошутил Ремус.
Она резко повернулась к нему.
– Ты помогал ему, не так ли?! Все это время я думала, что ты лучше всех, потому что ты всегда утешал меня, когда я плакала из-за того, что все вокруг смеются над моим парнем. А ты тем временем смеялся громче всех!
– Подожди минутку… Что там насчет успокаивания?
– Ничего такого, о чем тебе нужно знать, Джеймс, – заверил его Ремус. – Просто несколько полночных занятий в библиотеке, немного украденных с кухни фруктов и пара поцелуев в старых чуланах…
– Ха-ха. Очень смешно, Лунатик.
– Но это правда, Сохатый. И я думал, что ты воспримешь эту новость несколько лучше.
– Ладно уж, хватит об этом, – грозно приказала Лили. – Мне надо было просто забыть о вас обоих и сбежать с Леонардом назло вам. И…
Она замолчала на середине фразы, а ее лицо побледнело и вытянулось от удивления.
Ремус выпрямился.
– В чем дело, Лили?
– У м-меня только что отошли воды, – испуганно ответила она.
– И ты это мне говоришь? – пошутил Джеймс, который все еще держал ее на коленях. – У меня теперь все брюки мокрые.
– Отошли воды?! – Ремус соскочил со стула. – Но у тебя же оставалась еще неделя…
– Думаешь, я сама об этом не знаю?! – воскликнула она, вставая и придерживая живот. – О, Господи! О, Боже…
– Надо отвезти тебя в больницу, – сказал Джеймс, тоже вставая.
– Нет! Кому-то надо пойти за Гарри.
– Я схожу за ним, – быстро вызвался Ремус. – Вы поезжайте в свою маггловскую больницу, а я разыщу Гарри. Встретимся там.
Они разделились. Ремус бросился на улицу, чтобы найти в лесу Гарри, а Джеймс и Лили поспешили в больницу.
А снаружи фигура в черной мантии терпеливо дождалась, пока все трое скроются из виду, и тут же поспешила к своему хозяину с важными новостями. Время пришло.
Обновлено: 18.02.2026