После того как Сунь Цзычэн отвёз Лань Шань обратно в офис, он сразу уехал. А Лань Шань всё ещё прокручивала в голове его слова — неужели ей правда стоит купить ему одежду в ответ? Что-то в этом казалось… странным.
Она вернулась в свежей, чистой одежде, и сразу поймала на себе с десяток косых взглядов. Коллеги переглядывались: ну конечно, если сам босс возит тебя в гостиницу и заботливо обеспечивает новой одеждой, кто тут устоит перед соблазном посплетничать — фантазия у людей богатая.
Но раз никто не спрашивает, сама она объясняться тоже не будет — чем больше оправдываешься, тем подозрительнее выглядишь. Так под пристальными взглядами Лань Шань кое-как дожила до конца рабочего дня и, едва пробил звонок, сбежала из офиса.
Летняя погода оказалась капризной: днём, когда она шла на работу, было солнечно, а теперь небо заволокло свинцовыми тучами, и воздух наполнился предгрозной тяжестью. Лань Шань заглянула в сумку — и, как назло, зонт остался дома.
Она обречённо выдохнула и мысленно воззвала к небесам: «Ну пожалуйста, только не сейчас. Дай дойти до дома, и делай что хочешь!»
Небеса, видимо, решили пошутить. Первые капли полетели сразу же после этой мысли.
Лань Шань закатила глаза и бросилась к метро.
Когда она вышла на своей станции, дождь уже шёл стеной. Потоки воды срывались с крыш и труб, бились о землю с грохотом — не дождь, а натуральный водопад. Ветер ввинчивался под одежду, продувая до костей, от чего кожа покрывалась мурашками. Девушка потёрла замёрзшие плечи.
У выхода из метро скапливались люди — у кого не оказалось зонта, те стояли в нерешительности, а работники метрополитена просили не загораживать проход. Лань Шань прикидывала, не рвануть ли домой бегом.
Краем уха она услышала:
— Девушка, может, пойдём под одним зонтом?
Собиралась уже ответить, как вдруг услышала:
— Лань Шань!
Голос был мягкий, но отчётливый — пробивался сквозь шум дождя и попадал прямо в сердце.
Она обернулась. Цяо Фэн стоял внизу у лестницы с огромным чёрным зонтом. Капли стучали по куполу, рассыпаясь в тонкое облако брызг — зонт будто был окутан дымкой.
Он стоял под дождём, как немой охранник, невозмутимый и упрямый, словно гриб-великан.
Лань Шань всё ещё немного злилась на него… но эта сцена мигом растопила половину её обиды.
Мужчина, стоящий рядом с ней, только хмыкнул: «Чувак, ты за девушкой пришёл или африканских слонов укрывать собрался? С таким-то зонтярой...»
— Лань Шань, иди сюда! — позвал Цяо Фэн.
Она спустилась и встала под его зонт, а он молча взял у неё сумку.
Они пошли вместе. Некоторое время молчали, пока она не спросила:
— А как ты догадался, что я без зонта?
— Не догадался. Просто волновался, что ты его забудешь, — ответил он.
У Лань Шань внутри что-то дрогнуло — до того трогательно это было. Ну как тут злиться, если он такой… чудаковатый, упрямый, но до чертиков искренний?
Но тут Цяо Фэн неожиданно спросил:
— Почему ты сегодня днём была с Сунь Цзычэном в гостинице?
Лань Шань аж остановилась. Глядя ему в глаза, спросила:
— Откуда ты знаешь, что мы были в гостинице? Ты что, шпионил за мной?
— Нет, — покачал головой он.
— Тогда объяснись, — с подозрением сузила глаза она. — Я ведь никому не рассказывала. Ни в сети не писала, ни в переписках не упоминала.
— У тебя была включена геолокация в WeChat. Я построил виртуальные локации и вычислил твое точное местоположение.
Лань Шань, хоть и не поняла всех технических деталей, но суть уловила. Он следил.
И, по сути, какая разница — ты за ней физически идёшь или отслеживаешь через GPS?
— Ладно, — Лань Шань с трудом сдерживала раздражение, — допустим. Но откуда ты узнал, что там был и Сунь Цзычэн?
— Я залез в гостиничную систему и посмотрел список постояльцев. Его имя было, твоего — нет. Значит, номер бронировался на него.
У Лань Шань челюсть отвисла.
— Цяо Фэн, ты что, с ума сошёл?! Тебе вообще не стрёмно так влезать в чужую жизнь?! Это уже мания какая-то!
— Я не извращенец. Я просто хочу знать, что вы там делали.
— А ты сам не можешь догадаться, раз уж такой хакер? — парировала она.
— Видеонаблюдение у них сегодня не работало, камеры были отключены.
— Ты… — она схватила сумку и пошла прочь. — Придурок!
Он пошёл за ней, стараясь не дать ей промокнуть.
— Скажи, зачем вы пошли туда?
— А как ты думаешь, зачем мужчина и женщина идут в гостиницу?
— Не верю, — отрезал он.
— Вот как? А ты, значит, эксперт? — насмешливо бросила она.
— Потому что ты не из тех, кто так делает, — серьёзно сказал он.
— Ошибаешься. Я — именно из тех, — фыркнула она.
— Я не хочу, чтобы ты общалась с Сунь Цзычэном. Он нехороший человек.
— Он лучше тебя!
Цяо Фэн замер на месте.
Лань Шань, не заметив, вышла из-под зонта и тут же оказалась под ледяным ливнем. Вскинула голову — и получила водяной удар по лицу. От неожиданности отпрянула, и тут же зонт снова оказался над ней.
Цяо Фэн стоял рядом, мокрый, но не отходил.
Лань Шань повернулась, и их взгляды встретились. В его глазах — не злость, не упрёк, а какая-то… боль. И тогда, несмотря на всю злость, ей вдруг стало жалко его.
Она насупилась и пробормотала:
— Глупый.
Он шагнул вперёд, обошёл её и заглянул в глаза:
— Лань Шань, ты сердишься?
— Конечно, сержусь! Я с вечера злюсь! Цяо Фэн, ты болван, ты… ты…
Он вдруг обнял её.
— Эй! Ты чего?! Отпусти меня! — завопила она, пытаясь вырваться.
— Я помню, ты репостила когда-то: «Когда девушка злится, ей, как правило, не нужны объяснения — просто обними её, и всё пройдёт».
Она тут же застыла.
Цяо Фэн держал зонт одной рукой, а другой прижал её к себе. Голос был тихим, почти ласковым:
— Лань Шань… не злись.
Она молчала, но плечи начали дрожать. Он отпустил её и увидел, что глаза у Лань Шань покраснели, а по щекам текли слёзы.
— Извини… — пробормотал он, растерянно вытирая слёзы.
— Я… я уже не помню, когда в последний раз кто-то обнимал меня вот так… — всхлипывала она.
— Не плачь…
— Я по дому соскучилась… по родителям…
Резкие перепады в её поведении сбивали Цяо Фэна с толку — ещё мгновение назад кипела от злости, а теперь уже плачет. Он не знал, как с этим справиться, но одно было ясно: видеть её в таком состоянии он не мог. Не говоря ни слова, он просто взял её за руку:
— Лань Шань, скажи, что я могу сделать. Только скажи — и я сделаю.
Она кивнула, слёзы текли не переставая. Ей и самой казалось, что она перегибает, но остановиться не получалось.
Цяо Фэн привёл её к себе, дал время умыться, а сам в это время поставил на плиту имбирный чай с сахаром.
— Слушай, — сказал он, глядя на неё, — я тут подумал. Такое резкое эмоциональное поведение можно объяснить только одним: у тебя, наверное, скоро критические дни.
Она чуть не подавилась.
— Сдурел?!
— Это же научный подход…
— Молчи!
Он послушно замолчал. Потом снова заговорил:
— А ты можешь объяснить, почему ты злилась?
— Во-первых, потому что ты вчера меня опозорил на глазах у всех.
— Прости. Я плохо понимаю эмоции. Больше не буду. Только ты, пожалуйста, не засыпай на парах.
— Ладно, — махнула она рукой. — Вчера уже почти простила, но сегодня… ты серьёзно считаешь нормой следить за мной? Это жутко.
— Ты оставила включённую геолокацию. Это не считается.
— А взлом гостиничной базы?
— Там просто имя… и логический вывод…
Увидев её взгляд, он сдался:
— Ладно, признаю. Я перегнул. Но я не извращенец. Вон, у тебя в ноуте куча уязвимостей, а я туда ни разу не полез.
— И этим ты гордишься?!
— Просто я не знал, почему ты молчала всё утро, — пробормотал он.
— Потому что я злилась!
Она вздохнула. Ладно, он действительно не знал. Как же всё запутанно.
— Мы были в гостинице, потому что одна девушка облила меня едой, а Сунь Цзычэн помог — отвёз, чтобы я могла переодеться. Всё. Конец истории. А теперь можно поесть?
Цяо Фэн было кивнул, но вдруг остановился:
— Лань Шань…
— Что опять?
— Я тоже сегодня был не в настроении.
— У тебя тоже критические дни?
Он застыл. Потом буркнул:
— Ты сказала, что Сунь Цзычэн лучше меня.
— Я со злости ляпнула! На свете никто тебя не переплюнет: и в доме, и на кухне, и по характеру — ты и трудяга, и милашка, и умничка, и вообще редкий экземпляр…
Она собиралась съязвить, но поймала себя на мысли — всё, что сказала, правда.
«Вот чёрт. Что за золотой человек попался?..»
Обновлено: 17.01.2026